Александр Комаров: Диспропорция на рынке приводит к его неустойчивости

Глава «Beeline Казахстан» - о возможной покупке Kcell «Казахтелекомом»

Александр Комаров
Фото: Архив пресс-службы
Александр Комаров

В конце января 2018 Halyk Finance сообщила: АО «Казахтелеком» подало ходатайство в антимонопольный комитет РК о покупке 75% акций сотового оператора Kcell. Это с учетом, что телекоммуникационная компания уже владеет 51% совместного предприятия Tele2/Altel c опционом на выкуп оставшейся доли объединённого мобильного оператора. Если планы «Казахтелекома» осуществятся, оператор связи займет ещё более доминирующее положение на телеком-рынке. По данным Halyk Finance, на 31 декабря 2016 рыночные доли «Казахтелекома» уже составляли: в широкоплосном интернете - 72%, в фиксированной телефонии - 93%, в передаче данных - 73%.

О том, как может измениться рынок, если сделку по покупке Kcell одобрят, рассказывает CEO «Beeline Казахстан» Александр Комаров.

Александр, в 2015 вы приветствовали объединение Tele2 и Altel. Теперь выступаете против покупки Kcell «Казахтелекомом». Почему?

- В первую очередь мы выступаем за здоровый баланс на рынках, особенно на таких принципиально важных, как телеком. Это - не рынок стирального порошка, который может сам собой легко регулироваться; крупные компании в телекоме – стратегически важны для государства. В том числе и с точки зрения социальной значимости. Для потребителя связь – один из наиболее часто используемых сервисов, и люди здесь бурно реагируют на изменение цен и качества сервиса.

Также телеком - принципиально важный бизнес для акционеров. Это не то дело, которое ведут абы как - в телеком, как правило, приходят всерьез и надолго, с очень большими инвестициями. В этом бизнесе высокий порог входа и достаточно долгие циклы возврата вложений. Это тяжелый, инвестиционно ёмкий бизнес.

Мы приветствовали трансформацию рынка с четырёх до трёх игроков. Очень простые расчёты показывали, что четырёх игроков для Казахстана в принципе много, и все они не смогут обеспечить реинвестирование вложенных средств на должном уровне. Например, мы стабильно реинвестируем 20% от дохода, и при этом несём очень серьёзную налоговую нагрузку. Поэтому, чтобы получать возврат вложенного капитала в чистом виде хотя бы на уровне 10-15%, всему рынку надо иметь рентабельность минимум 30%. В противном случае это скажется на уровне развития технологий, качестве покрытия и предоставляемых услуг и т.д. Простые расчёты показывали, что рынок не устойчив при четырёх игроках.

Объединение Altel и Tele2 также было гармоничным шагом в развитии для «Казахтелекома». Сделка позволила убрать дисбаланс на рынке, а «Казахтелеком» стал полноценным универсальным оператором, что, наверное, стратегически правильно.

С тех пор рынок оздоровился. Уровень инвестиций к доходу за последние два года значительно вырос по сравнению с 2014-2015. И это создало позитивные предпосылки для дальнейшего развития телекома.

Теперь же мы имеем риск получить супермонополиста, который получит опосредованный контроль над двумя из трёх мобильных операторов. За ним будет закреплено 75% частотного спектра, 65% доходов и абонентов. Это – диспропорция, которая вновь приведёт к неустойчивому рынку.

Какие цели могут быть у этой возможной сделки? Перепродажа? Повышение капитализации «Казахтелекома» накануне IPO?

- Я сам пытаюсь понять смысл сделки. Потому что, когда ты его находишь, тебе легче предвидеть и строить сценарии развития. Но больше всего меня пугает то, что я не вижу в этом смысла.

Ведь может быть создан супермонополист, который всегда будет бросаться в глаза. Его надо будет как-то сложно регулировать. Только представьте себе влияние столь крупной структуры на экономику и людей! Любое движение гиганта может создать массу социальных вопросов.

С точки зрения экономики, я тоже не понимаю сделку. По нашим подсчетам, для выкупа 75% Kcell и оставшейся половины в СП Tele2/Altel понадобится около 450 млрд тенге. То есть компании надо будет привлечь огромные заёмные средства. В Казахстане они дорогие, в лучшем случае под 12% годовых. А в долларах никто не будет привлекать – это суицид, когда у тебя доходы в национальной валюте. Кроме того, у Kcell относительно приемлемый уровень закредитованности, что-то на уровне одной годовой EBIDTA (доналоговой прибыли). И это съедает, я думаю, около 30-40% годовых дивидендов на обслуживание долга.

О неоправданности сделки говорит и обстановка на глобальном рынке. Инвесторы уже давно не ожидают роста в телекоме - для этого просто нет оснований. Только в долгосрочной перспективе возможен рост, но только у ограниченного числа операторов на развивающихся рынках, да и этот рост существенно ниже инфляции.  

Кстати, мобильная индустрия сейчас находится в преддверии огромных инвестиций в новый стандарт 5G. Там будут совсем иные требования к сети, и инвесторы должны иметь возможность инвестировать в связь нового поколения с достаточно высокой вероятностью возврата инвестиций и получения прибыли.  Мобильный бизнес становится слишком рискованным.

Вы не консультировались с юристами, допускает ли казахстанское законодательство такую сделку?

- Вопрос сложный, который я оставлю Комитету по регулированию естественных монополий. Мы в Beeline предпочитаем полагаться на здравый смысл. И с этой позиции сделка невозможна. Считаю, это противоречит текущим устремлениям государства, логике рынка и инвестиционной привлекательности Казахстана.

Известны ли вам случаи в мировой практике, когда рынок сотовой связи в той или иной стране двигался в сторону монополизации?

- Есть прецеденты в Азербайджане, где несколько операторов находятся под контролем одного акционера. Но не думаю, что это яркий пример, которому надо следовать. Других примеров стран, где из трёх операторов два подконтрольны одному акционеру, нет. Но есть масса примеров, когда такие сделки блокировались, причем когда рынок укрупнялся не до двух операторов из трёх, а из пяти до четырёх или из четырёх до трёх. В США, например, был знаменитый кейс по попытке объединения AT&T и T-Mobile, которая была заблокирована. Во многих странах внимательно относятся к сделкам по объединению операторов, поскольку они потенциально сужают конкурентное поле.

В «Beeline Казахстан» рассматривали возможность покупки Kcell?

- Серьёзно - нет. Было лишь обсуждение на уровне менеджмента, который однозначно заключил: из-за антимонопольного регулирования сделка никогда не будет утверждена.

«Beeline Казахстан» (ТОО «КаР-Тел») принадлежит международному холдингу Veon и группе «Верный капитал». Скажите, акционеры рассматривают продажу компании и уход с рынка в случае покупки Kcell «Казахтелекомом»?

- Таких планов нет. Более того, мы гордимся, что являемся единственным мобильным оператором в Казахстане, не выставленным на продажу. Мы давно на рынке страны, мы растём, у нас устойчивая позиция универсального оператора. Планов уйти с рынка нет. Но может ли изменение среды повлиять на это? Безусловно. Только это уже вопрос к акционерам. Обратите внимание, например, на массовый выход инвесторов из мобильного рынка Таджикистана. Там бизнесы превратились в чемодан без ручки – нести неудобно, бросить жалко.

Безусловно, наша роль на рынке изменится. И возможная покупка конкурента повлияет на нашу стратегию. Например, у нас есть большой совместный проект с Kcell по развертыванию сети LTE. Как сделка повлияет на это кейс? Как монополизация повлияет на розничные цены? Мы прорисовываем сценарии.

Они пессимистичные?

- В долгосрочной перспективе – безусловно. Представьте: если для покупки будут взяты большие кредиты, их надо возвращать. Источник заработка операторов – абонентская выручка, других денег нет. Поэтому на покрытие долга деньги придется брать либо из рынка, либо из конкуренции. Кроме того, если у кого-то на рынке будет доминантное положение, я не верю, что оно не будет использовано. Иначе это противоречит логике капитализма.

Сейчас власти много говорят о цифровизации Казахстана. Я считаю, лучшая цифровизация – это создание конкурентной среды в телекоме. Взять, например, цифровизацию села. Лучше туда привлекать не один «Казахтелеком», а создавать экосистему, в которой будет конкуренция. Провайдером должен быть лучший, а не единственный оператор. В этом решение. А прокладывание дороги для одного игрока – это путь в никуда.

Я не верю, что диспропорционально построенные системы стабильны. Сейчас же мы видим попытку построить именно такую систему.

Александр, вы выражаете мнение в том числе акционеров – холдинга Veon и «Верный капитал»?

- Да, это не моё частное мнение, мы активно обсуждали и согласовывали нашу позицию на уровне наблюдательного совета Beeline Казахстан.

Кстати

Редакция Forbes.kz предоставила возможность высказаться в этом вопросе крупнейшим игрокам телеком-рынка, в том числе «Казахтелекому».

В Kcell от комментариев воздержались.

В СП Tele2/Altel нам предоставили ответ штаб-квартиры Группы Tele2 (Швеция): «Сообщаемые новости о предполагаемой сделке между «Казахтелекомом» и Kcell пока не находят подтверждения от этих компаний. Следовательно, мы не будем спекулировать и комментировать возможное слияние этих компаний. Мы постоянно оцениваем нашу деятельность в Казахстане, как и на всех других рынках. Если антимонопольный комитет одобрит такую сделку, то мы, конечно, учтём новые рыночные условия».

Касательно условий соглашений с «Казахтелекомом» по выкупу опциона в СП Tele2/Altel в штаб-квартире Группы Tele2 поясняют: «В наше соглашение входят стандартные неконкурентные соглашения. Мы не можем делиться более подробной информацией по коммерческим соображениям».

В компании не поясняют деталей этих «стандартных неконкурентных соглашений», однако, по нашей информации, в условиях договора Группы Tele2 и «Казахтелекома» оговорено неучастие последнего в других сделках по приобретению прочих сотовых операторов.

Комментариями других участников рынка на момент публикации этой статьи редакция не располагала.

Независимое мнение

Светлана Черненко, эксперт телеком-рынка, глава представительства iKS-Consulting в РК:

Светлана Черненко
Светлана Черненко

«Ситуация с трансформацией казахстанского рынка мобильной связи в дуополию, в которой один из игроков, владея практически 2/3 абонентов и подключенных устройств, становится явным доминантом, на первый взгляд, выглядит как шаг назад – мы привыкли наблюдать на высокотехнологичных рынках острую конкуренцию, стимулирующую их развитие. В обществе уже пошла волна обеспокоенности тем, что столь существенное расширение сферы влияния «Казахтелекома» на мобильный рынок неизбежно приведет к росту тарифов и расходов пользователей. Этот сценарий, безусловно, нельзя исключать, т.к. он лежит на поверхности и является самым легко- и быстрореализуемым.

На самом деле всё зависит от долгосрочности целей «Казахтелекома» в отношении этого актива. В случае если цель сводится лишь к росту стоимости компании накануне IPO, то краткосрочный маневр с ростом тарифов возможен. Причем это может быть реализовано вполне стандартным для рынка способом – изменением наполнения пакетов и определенным увеличением цены. Объективно говоря, такой подход операторы используют и сейчас – по сути, коррекция тарифных планов во многом остановила падение доходов в 2017 и даже обеспечила формальный рост. Напрямую существенно повысить тарифы лишь за счет своего доминирующего положения «Казахтелекому» едва ли удастся – хоть казахстанские абоненты в массе своей и достаточно инертны в плане смены оператора, в условиях ощутимого изменения тарифов им не составит труда перенести свои номера в сеть Beeline, тем более что процедура MNP отработана и отлажена.

Для меня гораздо интереснее возможное развитие событий в случае, если «Казахтелеком» рассматривает приобретение Kcell с расчетом на долгосрочную перспективу. В такой ситуации простое «давление массой» будет крайне низкоэффективным по причине, описанной выше, возможности оттока абонентов. Таким образом, стратегия компании в отношении своих мобильных активов будет серьёзным тестом на профессионализм и управленческий талант. Рост прибыли возможен и без роста тарифов – за счёт сокращения затрат. Инфраструктурная оптимизация может дать группе компаний «Казахтелеком» существенную экономию на издержках на магистральную часть и получить эффект масштаба.

Что касается рынка, то он может получить новые фиксированно-мобильные предложения. Но главное – возможен запуск сервисов, критичных к количеству пользователей. Причём это могут быть как зарубежные сервисы, которым не очень интересно договариваться с каждым оператором отдельно, так и казахстанские проекты, чувствительные к затратам на продвижение в условиях отсутствия консолидированного доступа к большому числу абонентов. Однако, повторюсь, все это возможно при наличии соответствующих компетенций и стратегического видения в части развития мобильного бизнеса».

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
10353 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
26 сентября родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить