Серджиу Руссу: «Жертвы торговли людьми не всегда понимают, что они жертвы»

Начальник отдела по борьбе с торговлей людьми Генпрокуратуры Молдовы рассказал о проблемах в расследованиях подобных дел и поделился рекомендациями по улучшению практики в этой области

Серджиу Руссу
ФОТО: МОМ
Серджиу Руссу

В столице завершился 5-дневный тренинг для оперуполномоченных и следователей департаментов полиции со всего Казахстана. Участники ознакомились с международным опытом по борьбе с торговлей людьми и узнали о том, как можно совершенствовать методы расследования подобных дел в Казахстане.

Тренинг был организован Международной организацией по миграции (МОМ) в Казахстане, совместно с МВД РК, при финансовой поддержке Посольства США в Нур-Султане.

Его проводил приглашенный эксперт МОМ, начальник отдела по борьбе с торговлей людьми Генеральной прокуратуры Республики Молдова Серджиу Руссу совместно с экспертами Карагандинской академии полиции.

Серджиу Руссу рассказал о ключевых проблемах в расследованиях дел торговли людьми и поделился рекомендациями по улучшению практики в этой области.

Какова ситуация в сфере торговли людьми в регионе Восточной Европы и Центральной Азии?

- Сейчас самые вопиющие формы торговли людьми, а именно сексуальная эксплуатация женщин и девочек, постепенно снижается. В то же время, все больше мужчин становятся жертвами торговли людьми в целях их принуждения к труду. К тому же, интернет-технологии очень широко используются траффикёрами для вербовки жертв и контроля над ними.

Траффикёры измeнили свои методы совершения преступлений. Например, были выявлены ситуации, когда группы траффикёров создавали трудовые агентства для маскировки вербовки и перевозки жертв под видом услуг по трудоустройству за границей. Казалось бы, все легально, имеется юридическая фирма, заключается договор, но люди становятся жертвами обмана и под прикрытием таких юридических лиц, траффикёры растворяются и не несут никакой ответственности за свои деяния.

Ещё одна особенная тенденция в регионе Восточной Европы и Центральной Азии – это модификация воздействий траффикёров на жертв. Если до 2000-х годов они использовали насилие для вербовки жертв или для их эксплуатации, то сейчас методы более изощренные — часто используют обман и вводят жертв в заблуждение.

Серджиу Руссу
ФОТО: МОМ
Серджиу Руссу

Какие есть ключевые проблемы в расследовании дел?

- Ключевых проблем в расследовании дел торговли людьми довольно много, но я отметил бы три главных.

Латентность преступления — одно из ключевых проблем в расследовании дел торговли людьми. Не только представители органов правопорядка и общества, другие госслужащие, но даже сами жертвы не идентифицируют себя пострадавшими в результате этого преступления.
Эти обстоятельства обусловлены множеством факторов, самым главным из которых является психологический портрет жертвы. Стокгольмский синдром, страх, психологическая и материальная зависимость жертвы от траффикёра — это только некоторые примеры проблем, с которыми сталкиваются специалисты, проводящие расследование подобных дел.

Другая проблема — это сложные и долгие процедуры в оказании международной правовой помощи в расследовании этих дел. В случаях, когда преступления имеют транснациональный характер появляется необходимость провести следственные действия в других юрисдикциях (в зависимости от ситуации – в странах происхождения транзита или в странах назначения жертв).

Так, направляется запрос об оказании международной правовой помощи в то или иное государство. Исходя из разных обстоятельств, эти запросы исполняются в довольно долгие сроки, как правило от полугода до нескольких лет. За это время, жертвы меняют места жительства, преступники скрываются и важные улики, которые обусловлены информацией из ответа на запрос нельзя проверить из-за того, что истёк срок их хранения.

Еще одна большая проблема — это непонимание. Непонимание некоторых представителей властей и части общества особенных аспектов этого криминального феномена.

В чём оно состоит?

- Многие говорят, что это надуманные преступления в виду того, что надо с чем-то бороться. Другие не понимают, зачем надо преследовать траффикёра, когда потерпевшее лицо не имеет претензий и наоборот просит, чтобы этого человека освободили. Еще есть много стереотипов у людей, которые мало информированы о торговле людьми. Это непонимание очень часто препятствует следователям, прокурорам и судьям, чтобы обосновать свои действия. Когда преследуешь человека и ему грозит 7 лет тюрьмы, а в деле потерпевшие лица дают показания что «нет никаких претензий», то приходится сложно. Так, помимо преследования преступников и помощи жертвам, мы вынуждены проводить ликбез некоторым неосведомленным лицам, которые не понимают смысла и целей нашей деятельности.

Смогли бы вы проиллюстрировать?

- Один из вопиющих примеров, и я знаю, что это уже довольно обширная практика, когда траффикёры вербуют жертв, а именно детей через интернет. Сейчас телефон у ребенка, это — не только контакт с ним, но и возможное оружие, которое можно использовать против него.

Так, один траффикёр, методом обмана, принуждения и методом «lover boy» влюбил в себя около 15 девочек. После этого он заставлял их снимать разные фотографии интимного характера. Девочек шантажировали и сексуально эксплуатировали. Одна из них даже хотела покончить с собой. А другая была вынуждена уехать из города, где она жила, потому что ее шантажировали. В конце, траффикёр выслал фотографии и видео всем ее друзьям и родственникам.

Интернет-технологии стали широкодоступными как для взрослых, так и для детей. Поэтому важно предупреждать о рисках и рассказывать о том, как использовать разные приложения или программы, чтобы не попасться в сети траффикеров.

Что бы вы порекомендовали людям, чтобы они не попались на уловки траффикёров?

- Основная рекомендация — это осведомленность и недоверие всему тому, что пишут в интернете. Часто, люди выдают ложную информацию о себе — другой возраст, другую страну происхождения и так далее. Так что осведомленность и недоверие к информации в сети — основа основ.

Есть ли какие-то универсальные вопросы, которые позволят человеку усомниться в идентификации человека? Например, вы говорите, что люди могут выдавать себя за других, обмануть по возрасту, полу, роду деятельности, месте пребывания. Есть ли какие-то вопросы, на которые стоит реагировать?

Я думаю, что не следует обнадёживаться только ответами на вопросы, поскольку риск очень велик. Единственная возможность, я считаю, это увидеть человека живьем, учитывая, что это не гарантия успеха, но хорошая предпосылка для проверки профиля потенциального преступника.

Но если всё-таки на определённом этапе ещё невозможно встретится?

- O личности человека можно также узнать из открытых источников. Очень часто люди делают профили и на других соцсетях, поэтому можно проверить данные человека на других платформах. К тому же есть специальные программы, где можно внести фотографию человека и с какой-то определенной вероятностью узнать, где эта фотография использовалась еще, a также о ее происхождении. Эти программы есть в открытом доступе и их можно скачать, чтобы проверить: определенный профиль является профилем настоящего человека или под той же фотографии представляется другой человек.

Итак, некоторые меры предосторожности, конечно, можно предпринять. Однако, это не будет 100% гарантия, что вы говорите именно с тем человеком даже после того, как проверили его. Тем более, опытные траффикёры, которые занимаются рекрутингом по интернету, знают, как ввести в заблуждение жертву.

Есть ли какая-то характерная особенность проблемы в Казахстане?

Одной из важнейших проблем, которые я выявил в ходе дискуссии с казахстанскими коллегами во время тренинга, это, естественно, отсутствие закона о противодействии торговле людьми.

Отсутствие единого закона, где должны быть заключены главные принципы работы и ответственные государственные структуры, которые должны будут преследовать преступников, предотвращать даннные преступления и оказывать помощь жертвам.

Я думаю, что ответы на все вопросы можно извлечь из принятия такого закона, который, как я знаю, есть у многих стран, ратифицировавших Палермский Протокол. К слову, Казахстан также ратифицировал этот международный акт, где акцентируется опасность данного вида преступления против свободы личности как для отдельных людей, так и для стран в целом.

Какие вы дали бы три ключевые рекомендации для улучшения расследования против траффикерoв?

- Во-первых, важно проводить проактивное расследование. В виду латентности этого преступления, не надо дожидаться подачи заявления от жертвы, а выявлять эти преступления через специфические индикаторы. Проактивное расследование — это один из самых эффективных методов предотвращения этих преступлений. Используя этот метод, есть возможность собрать существенную доказательственную базу для вынесения объективного решения.

Параллельные финансовые расследования в ходе дел по торговле людьми. Ввиду того, что, чаще всего, злоумышленники совершают преступления торговли людьми из корыстных побуждений, отслеживание финансового следа есть та нить, которая подтверждает связь между преступником и жертвой. Также, нельзя допустить чтобы траффикеры или бенефициары преступления присваивали и пользовались деньгами, которые они нажили, эксплуатируя людей.

Еще один метод — это расследование, сфокусированное на правах жертвы. Часто, в ходе расследования дел по торговле людьми, жертвы остаются без надлежащего внимания и соответствующей помощи, тогда как в эти моменты жертвам нужна медицинская, психологическая и юридическая помощь. Работая усердно, чтобы установить обстоятельства и поймать преступника, порой, можно упустить из внимания заботу о жертвах. Необходимо четко соблюдать принцип, согласно которому расследование этих дел проводятся не для того, чтобы посадить в тюрьму преступника. Мы работаем, чтобы спасти жертву. Поэтому надо сфокусировать расследование на правах и защите жертв торговли людьми.

Что должна знать общественность о торговле людьми?

- Торговля людьми — это преступление против свободы человека. Его называют еще современным рабством. Если страна или общество, ценят свободу не только отдельных людей из этого общества, но всех живущих в одной стране, то они должны понять, что это преступление, и должны очень внимательно реагировать на такие случаи. Общество должно доводить до сведения правоохранительных органов или других социальных служб, когда выявляют такие или любые подозрительные случаи. Очень часто случаи торговлей людьми бывают у всех на виду.

Какие именно случаи имеете ввиду?

- Возьмем, к примеру, организацию “попрошайничества”. Человек просит милостыню в центре города. Все проходят мимо, дают милостыню. Многие видят, что этого человека привозят и увозят на машине странные люди, и это не кажется подозрительным. Есть и другие случаи, где люди работают сверх нормы в нечеловеческих условиях. И то, что можно тут предпринять — очевидец может довести эту информацию до следственных органов, полиции или других социальных служб.
Важно, чтобы каждый из нас имел активную роль в предотвращении преступления торговли людьми. Общество должно знать, что свобода человека священна и не зависит от социального статуса, возраста и количества денег.

Сейчас профиль жертвы очень размыт и жертвой торговли людьми может быть практически любой гражданин, начиная от госслужащего и заканчивая ребенком 10 лет, который сидит в соседней комнате с телефоном, и родитель думает, что он в абсолютной безопасности. Так что надо ценить свободу людей, так как ценишь собственную свободу.

Какие самые частые причины развала дела и не до хождения до суда?

- Это важная часть работы следственных органов. Одна из первых причин — это когда жертва меняет свои показания или не дает правдивые показания, прикрывая преступника. В этой ситуации есть способы, когда через психолога и очень кропотливую работу с жертвой можно дойти до тех правдивых показаний по делу.

Второй аспект — это то, что часто специалисты, которые ведут эти дела, натыкаются на транснациональный аспект преступления. Они направляют запросы о международной правовой помощи, не дожидаются ответа и думают, что ничего не произошло, или получают ответ, что нет существенных доказательств на территории страны, где эксплуатировали жертву.

Другая довольно важная проблема, которую некоторые специалисты не используют, это — реализация проактивных действий до активной фазы операции. Допустим, есть случай или информация о совершении преступления, и многие следователи первое, что делают, идут с обысками.

Это могло бы каким-нибудь образом навредить следствию?

- Этот принцип может работать только в той ситуации, когда жизнь жертвы под риском. А если угрозы жизни нет, то значит можно провести специальные мероприятия под прикрытием – прослушку телефонов, собрать существенную доказательную базу, и после этого начать действовать, совершать обыски и задержания.

Если использовать такие принципы и методы, то дела по торговле людьми будут чаще доходить до суда.

Какой опыт Молдовы в борьбе с торговлей людьми может быть перенят Казахстаном?

- Я думаю, что опыт Молдовы по проведению международных операций в международных следственных группах, когда в транснациональные дела по торговле людьми вовлечены полицейские, прокуроры, как из страны, где эксплуатировали жертв, так и из страны-происхождения жертв.

Это — опыт, который может быть перенят коллегами из Казахстана. Когда в международных операциях действуют согласованно, проводятся все следственные мероприятия и работа под прикрытием или секретные следственные действия, тогда собирается существенная доказательная база. Если траффикёр действует в двух и более странах, значит, чтобы дать им соответствующий ответ, надо действовать согласованно c полицейскими из тех стран, которые являются странaмu назначения и происхождения жертв.

Второй аспект — это использование интернет-технологий в выявлении этих преступлений. Преступники используют интернет, и мы должны взять на вооружение те же технологии, чтобы предотвращать и расследовать данные преступления.

Эти две рекомендации можно в кратчайшие сроки перенять и применять на практике.

Можете уточнить, как именно на практике вы используете интернет-технологии для выявления этих преступлений?

- Могу привести один пример, когда человек пытался завербовать девочку для сексуальной эксплуатации. Были высланы много фотографий интимного характера девочки и проведена довольно кропотливая работа по психологическому прессингу этой девочки. Узнав об этом, ее родители подали заявление в полицию. Полицейские сразу начали проводить следственные действия под прикрытием.

Офицер полиции выдавала себя за эту девочку, проводила разговоры, назначала встречи, и после долгих дискуссий было выявлено, что помимо этой жертвы, были и другие. Так, удалось назначить встречу с преступником и провести задержание.

Есть ли разница в методах работы с жертвами в Казахстане и Молдове? Какие есть успешные практики?

- Как минимум, в ходе тренингов я не видел разницу в методах работы с жертвами траффикёров. Могу сказать, что защита жертв в Казахстане производится чуть лучше из-за того, что у вас есть возможность жертву поместить временно в отдельную квартиру. У нас «шэлтер» или приют общий и разделен для мужчин, женщин и отдельно для детей. В этом смысле, я думаю, что Казахстан лучше помогает жертвам с приютом или с местом, где они могут временно проживать.

Есть ли какие-то успешные практики по работе с торговлей людьми, которые вам импонируют?
Мне понравилась практика коллег из Франции, где жертв торговли детьми отвозят на 200-300 километров от их дома. Так, они проходят период адаптации или реабилитации к нормальной жизни. Это практика, когда ребенка отдаляют от дома ввиду того, что родители не были способны защитить его/ее. Ребенку предоставляется всевозможная помощь — медицинская и психологическая, проводятся разные курсы по реабилитации. Эффективность этих действий — 60-70 процентов. Ребенок меняет свое поведение, он больше не так склонен к улице, к наркотикам или к другим ситуациям, которые ставят его под риск, что его могут завербовать траффикёры.

Что для вас лично значит проблема торговли людьми?

- Для меня проблема торговли людьми — это возможность помочь человеку, который потерял свободу, часто сам этого не понимая. В феврале этого года мы провели большую операцию.

Помимо того, что мы провели расследование, также предприняли меры для того, чтобы помочь жертвам торговли людьми — гражданам Республики Молдова на территории Франции, чтобы они получили вид на жительство и какую-то помощь. Это работа ни полиции и ни прокуроров. Но из-за того, что жертвы не знали языка, мы социальные службы пытались связаться, объяснить, доказать и попытаться как-то улучшить состояние жертвы, тем более что дома ее ничего хорошего не ждало.

Она была из неблагополучной семьи и не хотела возвращаться домой. У женщины был ребенок, девочка 10 лет, которая тоже работала, ее эксплуатировали через принудительный труд.

После того, как мы провели расследование, помогли с видом на жительство и другой социальной помощью, я оставил свой номер телефона, пообещав оказать любую посильную помощь в случае необходимости.

В июле месяце она мне написала и просто поблагодарила за проведенную в феврале операцию.

Она писала, что даже не понимала, что случилось, почему мы пришли и не понимала, что является жертвой.

Вот именно для таких моментов я и работаю, когда тебе удается помочь другому человеку.

Интервью представлено пресс-службой МОМ в Казахстане

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
5430 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить