Федеральный резерв – очередной «Обамакер»?

Гуру экономики и колумнист Forbes Дэвид Малпас назначен заместителем по международным делам министра финансов США

Он – лучший выбор по двум основным причинам. По законам США именно Минфин, а не Федеральный резерв определяет долларовую политику. Этот факт вкупе с осведомленностью Малпаса о тонкостях работы ФРС может предотвратить вред, который наносит плохая кредитно-денежная политика нашей экономике.

В своем анализе деструктивных и ошибочных действий Федерального резерва в последнее десятилетие Малпас оказался весьма проницателен. Вполне справедливы были и замечания насчет путей финансирования раздутого портфолио Федерального резерва. Ведь именно подобная безответственность открыла пространство для махинаций, которыми увлеченно занималась корпоративная Америка.

Компании получали займы за бесценок, набивали себе цену, выкупая свои же акции. Все это позволяло выплачивать менеджерам баснословные премии и участвовать во всевозможных сделках по слиянию и поглощению. В то же время рост эффективности капитальных расходов стагнировал.

Малпас прекрасно понимает пагубное влияние нестабильного доллара. Валютные манипуляции – путь в никуда. Спросите хотя бы у Бразилии или Аргентины.

Вторая причина, по которой это назначение можно считать мудрым решением президента Трампа, – это большой опыт Малпаса. Он работал в правительстве при Рональде Рейгане, Джордже Буше – старшем и вряд ли будет наивным в своей борьбе за проведение адекватной политики.

Незаменимая книга о бесподобном человеке

«Джордж Вашингтон. Чудо эпохи» Джона Родхэймела (Yale University Press, $32,50) – это шедевр. Лаконично, увлекательно написанная биография, основанная на крепких исторических фактах. Родхэймел редактировал два тома собрания американской библиотеки о великих американских писателях. Один был посвящен творчеству Вашингтона, другой – литературе американской революции. В своей новой книге ему удалось создать точный и довольно откровенный портрет человека, который сделал возможным создание Соединенных Штатов и заложил основы их процветания. Разумеется, Вашингтон – один из считаных гигантов в истории человечества.

«Джордж Вашингтон был революционером, на протяжении четверти века он – центральная фигура радикальной революции, цель которой ни много ни мало трансформация западной цивилизации. Когда Вашингтон умер в 1799 году, XVIII век заканчивался, а с ним уходила в прошлое и эпоха наследственной власти, сама идея «урожденного правления». А США суждено было перерасти роль выселка Европы и выйти в авангард мировой истории. Кто знал, что маленькая республика станет гигантской континентальной демократией – страной, не похожей ни на одну другую в истории. Американский успех стал поворотным пунктом в бытии человечества».

Радикальная природа умонастроений и действий Вашингтона несколько заслонена сложившимся образом главнокомандующего, полководца. Его представляли мраморной скульптурой и при жизни: говорят, у него было бесчисленное множество почитателей и ни одного друга.

Родхэймел умело и убедительно описывает хронику жизненного пути Вашингтона, то, как он «сам себя создавал». К примеру, переписал и выучил 110 «Правил цивилизованности и достойного поведения», составленные французскими иезуитами за полтора века до того. Или сумел – за редким исключением – обуздать свой буйный нрав. Он научился почитать наставников и покровителей, скрыв свою железную волю под маской учтивости, мягкости, почтительного тона. Вашингтон неустанно занимался самообразованием. Ему удалось стать прекрасным наездником и – что было особенно важно в колониальном виргинском обществе – искусным танцором. Писатель из него вышел талантливый и плодовитый; рост и осанка выделяли на фоне остальных физически.

Вашингтон славился энергичностью и бесстрашием. Во время битв он бросался в самое пекло, и пули обходили его стороной.

Став ополченцем, он сделал первый выстрел в столкновении, ставшем всемирным, – Семилетней войне. Опыт этот был горьким как в политическом, так и в военном отношении. Вашингтон совершал ошибки сам и увидел, как опоздания политиков в наборе рекрутов и снабжении солдат приводят к трагедиям. Смелость ему, впрочем, не изменяла, и, прославившись, в 1775 году он стал лидером американской повстанческой армии уже в другой войне – за независимость США. Его богатый опыт оказался незаменимым в поисках выхода из очень сложного положения. Британия была твердо намерена подавить революционное восстание в 13 колониях и отправила на американский континент внушительную армию, среди воинов которой были знаменитые своей жестокостью гессенские наемники.

Вашингтон не был безупречным полководцем. Родхэймел отмечает, что выиграл он всего две битвы, а проиграл в пяти. Одна закончилась ничьей. Тем не менее Вашингтон сумел сохранить единство среди солдат и сделать армию более боеспособной. Сохранять боевой дух в солдатах было непросто: многие из них не готовы были так долго воевать, снабжение было чудовищно плохим. История о трагедии в долине Фордж не вымысел – там от болезней, холода и голода погибла четверть всех солдат. В свирепые морозы многие из них ходили в отрепьях.

Война за независимость окончилась решительной победой американо-французской коалиции в сражении под Йорктауном. Двумя годами позже, в 1783-м, между Великобританией и США был заключен мирный договор. Вашингтон продемонстрировал свою верность республиканским принципам в Ньюбурге, когда оголодавшие солдаты подняли мятеж и собирались захватить Континентальный конгресс. Вашингтон единолично «подавил» восстание, с присущим ему сценическим мастерством произнеся превосходную речь. Тогда и было решено раз и навсегда: каким бы некомпетентным или коррумпированным ни было гражданское правительство, оно правит армией. Вашинтон не стал ни Цезарем, ни Наполеоном. Сделав что должно, он вернулся домой.

Когда стало ясно, что Статьи Конфедерации (первый конституционный документ США) неудачны и страна нуждается в реальном федеральном правительстве, Вашингтон не побоялся рискнуть. Он взял на себя ответственность по созыву Филадельфийского конвента, где в 1787 году и была подписана новая Конституция США. В роли первого президента Америки (1789–1797) Вашингтон был по-прежнему решителен. Он поддержал реформы первого министра финансов Александра Гамильтона, благодаря которым Америка из хронического должника превратилась в страну золотого стандарта, куда бурным потоком потекли иностранные инвестиции. Так США стали на путь имперского величия. Вашингтон поднял авторитет федерального правительства. Оно с честью выдержало проверку на прочность в 1791-м, когда не желавшие платить налог на алкоголь фермеры подняли «восстание виски».

В те годы хватало политических баталий, жертвой которых частенько становился и сам Вашингтон. Он не боялся принимать непопулярные решения (например, чтобы не вступать в очередную вой­ну с Великобританией, отказался поддерживать Францию, невзирая на общественное мнение). Да, ему было тяжело смириться с существованием оппозиции, но никого из оппонентов он не арестовывал, тайную полицию не учреждал, палачей ни к кому не подсылал. Во имя нации он был готов терпеть критику. Во время своего второго президентского срока он выступил в поддержку соглашения с Великобританией, обеспечившего мир.
Верность принципам он продемонстрировал и спустя два президентских срока, добровольно отказавшись от власти (хотя и мог править до самой своей смерти). В последние годы жизни Вашингтон был серьезно озабочен проблемой рабства. В своем завещании он давал вольную рабам и велел наследникам помочь им получить образование. Впрочем, власти Виргинии выполнить эту его волю не позволили.

Это в основном заслуга Джорджа Вашингтона, что американская революция и последующие эксперименты удались. Родхэймел прав, считая это главным памятником первого президента США.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


главный редактор журнала Forbes

 

Статистика

373
просмотра
 
 
Загрузка...