В «хоргосском деле» на передовой остались только Бендицкий и Махатов

Рассказ секретного агента, благодаря которому удалось обезвредить хорошо организованную банду контрабандистов, выкачивавших миллиарды долларов на таможне

В пятницу, 16 марта, в сети книжных магазинов «Меломан» вниманию читателей была представлена книга Геннадия Бендицкого «Беспредел. Реальная история Казахстана в начале XXI века».

В этой книге собраны наиболее яркие расследования, проведенные Геннадием за последние два десятилетия.

На презентацию приехали не только читатели. Среди гостей оказался один из героев публикаций Бендицкого – специальный агент Саныч.

Агент «Саныч» — Талгат Махатов (слева)
Фото: ratel.kz
Агент «Саныч» — Талгат Махатов (слева)

Таким был оперативный псевдоним Талгата Махатова, благодаря которому удалось обезвредить многочисленную и хорошо организованную банду контрабандистов, выкачивавших миллиарды долларов на таможне.

Знаменитое «хоргосское дело» было подробно описано в статьях Геннадия.

Бендицкий показал, каких масштабов достигла контрабанда. Высокопоставленные таможенники, влиятельные сотрудники Комитета национальной безопасности, генеральские дети, криминальные авторитеты – в многомиллиардные операции контрабандистов были втянуты сотни человек.

Чтобы понимать, насколько это было серьёзно, напомним, что расследование контрабандных схем началось после доклада президенту страны.

Само расследование было сопряжено с личными драмами людей, противостоявших хорошо организованной преступной группе, в которой заправляли руководители силовых структур, занимавшие высокие позиции.

Саныч был агентом, внедрённым в среду контрабандистов. С риском для жизни он собирал доказательства: схемы движения денег, структуру таможенной мафии, иерархию клана контрабандистов и данные об оборотнях в погонах.

Фото: ratel.kz
Фото: ratel.kz
Фото: ratel.kz

Санычу не просто угрожали, но и даже похищали, покушались на его жизнь, вывозили в степь, сожгли машину – в общем, всё как в мафиозных сериалах. Его имя пытались смешать с грязью в средствах массовой информации, обвиняя в хищениях и контрабанде.

В судьбе Геннадия Бендицкого «хоргосское дело» тоже оставило след.

В самый разгар расследования, когда Гена каждую неделю публиковал захватывающие подробности этого дела, его предали коллеги.

За спиной Геннадия редакция, в которой он работал, опубликовала материал в защиту контрабандистов. Более того, был раскрыт агент Саныч. Началась открытая кампания по преследованию секретного сотрудника.

Генеральная прокуратура начала расследование уголовного дела о разглашении государственных секретов, но направлено оно было против Бендицкого.

Но Гена продолжил расследование в своей передаче «Час Бендицкого», выходившей в эфире республиканской телекомпании «31 канал».

Вскоре контрабандисты были осуждены и получили длительные сроки.

Сам Саныч только недавно вышел из-под домашнего ареста, куда он был помещён по ложному обвинению в организации заказного убийства. Он не смог быть на похоронах Гены и проститься с ним, но, узнав о выходе в свет книги «Беспредел», пришел на ее презентацию.

Сегодня мы публикуем выдержки из его рассказа.

- Он сыграл важную роль в профессиональной журналистике Казахстана. Я не припомню другого такого человека, как Гена, который не боялся браться за самые острые темы, связанные с безопасностью государства и граждан. Да, люди пишут о коррупции, политических скандалах, но мало кто делает это так профессионально.

То, что Гена публиковал о "хоргосском деле", где я участвовал, не каждый журналист смог бы. Многие его коллеги видели, какая эта серьёзная и скандальная тема, но не знали, не могли решить, как им поступить с этими материалами - слишком это было все сложно.

Во-первых, не хватало, наверное, всё-таки профессионализма.

Во-вторых, смелости и силы воли.

В-третьих, им не хватало особой журналистской хватки, способности не только разобраться во всех нюансах, но и увидеть картину в целом.

На мой взгляд, именно благодаря материалам Гены приговор всё же состоялся!

На сегодняшний день в казну поступают дополнительные миллиарды долларов, которые раньше уходили контрабандистам. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть таможенную статистику, где разница между платежами, поступавшими в бюджет до 2011, и суммами таможенных пошлин, перечисляемых сегодня, не может не впечатлить - это миллиарды долларов.

Вообще, если говорить об этом деле, то меня не должны были даже оставить в живых. Меня неоднократно похищали, сожгли машину, угрожали, обвиняли во взяточничестве - в одном из заявлений написали, что я получил 18 миллионов долларов, писали, что я «крышевал» кого-то.

Говорили, что я сам свою машину сжег, чтобы привлечь к себе внимание. Отмечу: если бы мой автомобиль вовремя не потушили, был бы страшный взрыв. Джип был припаркован рядом с пятиэтажным домом, и мне даже страшно представить, сколько бы там было трупов. Машина стояла в паре метров от дома, передняя её часть сгорела, а там два полных бака залиты бензином под завязку...

Меня силой вывозили в Астану, в Комитет национальной безопасности, и требовали не просто дать показания против сотрудников финансовой полиции, но ещё и опровергнуть все обвинения против сотрудников КНБ - бывшего начальника пятого департамента полковника Талгата Жакаева, подполковника КНБ Ирлана Абдрахманова и остальных, в том числе начальника алматинской таможни Курманбека Артыкбаева.

Даже спустя много лет меня пытались обвинить в заказном убийстве. Одно издание начало публиковать всё то, что говорили обо мне преступники. Потом редакция, конечно, все это дезавуировала и была вынуждена печатать материалы, полностью опровергающие все свои прошлые публикации в защиту контрабандистов.

Это дело хотели развалить и показать общественности совсем с другой стороны, многие журналисты «играли» на другой стороне. Мы работали над этим делом много лет. Уникальность этого дела была в том, что мы разработали все – от закупки в Китае товара, прохождения груза через таможенный пост, как его встречали, как растаможивали, сопровождали, перегружали и т.д. Но самое главное - кто и какую сумму получал, кто всё это «крышевал». У нас обычно как бывает: взятку дали, получателя арестовали, а кто выше, кто ниже, кто заинтересован - никто не знает эту цепь. А тут мы разработали всех - от сопровождающих, сборщиков товаров и тех, кто оформлял таможенные документы, до тех, кто это все организовал и получал деньги. То есть от дежурного охранника до учредителей частных компаний, от рядового таможенника до высокопоставленных сотрудников КНБ и таможни.

Но даже при всей масштабности этой работы аналитиков и оперативников финансовой полиции, у меня нет уверенности, чем бы закончилась вся история и многолетняя разработка, если бы не Геннадий. Это он предал её огласке. Я думаю, если бы не он, то, скорее всего, эта преступная группа до сих пор бы вела свою деятельность. У них были огромные ресурсы и связи, они могли купить любого. Кроме Геннадия.

Как герой его публикаций, я со стопроцентной гарантией заявляю, что он писал чистую правду! И свою позицию не менял…

Люди, реально боровшиеся с коррупцией, рисковали жизнью. И Гена тоже рисковал.

Про меня, как и про Бендицкого, писали и говорили всякую ерунду. Якобы я коррупционер-миллиардер, совершил кучу убийств и так далее. Мол, главный злодей в истории с Хоргосом – это Талгат Махатов. И я знаю, что многие коллеги Гены, и не только коллеги, утверждали, что он продажный журналист и работает только за деньги.

Я свое мнение скажу. Когда я встретился с Геной, он был в простой охотничьей куртке, приехал на старом праворульном джипе с дизельным двигателем. Потом я побывал в его квартире в одном из алматинских микрорайонов. Увидев всё это и поговорив с Геной, я понял, что все эти слухи – абсолютная ложь. У нас какой-нибудь помощник районного прокурора или районный аким живут в элитных жилых комплексах или в огромных особняках. Если сложить все суммы, которые приписывали сплетники Геннадию Бендицкому, он был бы миллионером. Я видел продажных людей на таможне и в силовых структурах, я знаю, что преступные деньги делают с человеком и во что он превращается. Геннадий был совсем другим, я в этом лично убедился.

Мне было очень приятно общаться с Бендицким. Я его называл дядя Гена.

У меня есть один знакомый, не буду называть его фамилию, сын одного высокопоставленного чиновника - министра. Он постоянно говорил про Гену всякую ерунду. Я спросил тогда Бендицкого: «Дядь Ген, один человек про вас говорит, что у вас выходила статья о нём, и вы получили за это деньги». Геннадий говорит: «Набери-ка мне этого подонка». Я набрал номер, говорю этому парню, чтобы повторил лично Геннадию ту информацию, которую он распространял, и передал Гене трубку. Сын министра страшно испугался, начал что-то лепетать, потом трубку бросил. Дядя Гена всегда говорил: «Если я писал неправду, то пусть мне принесут аргументы, что это неправда, я напишу об этом и извинюсь перед всеми. Но я знаю, что они мне этого не принесут!» А тот человек, который плохо говорил про Гену, оказывается, ещё и звонил ему, матерился, угрожал, когда Бендицкий написал о нём. Гена всегда за свои слова был готов ответить и за себя постоять. Не всем это по плечу.

Например, некоторые журналисты писали о «хоргосском деле», но при этом очень старательно выступая на стороне контрабандистов. Потом, когда преступников осудили, рассыпалось выдвинутое против меня обвинение в заказном убийстве, пришлось менять свою позицию. Дядя Гена знал, что он прав, шёл до конца. Как показала жизнь, в его публикациях не было ни одного слова лжи. Его детям никогда не будет стыдно за своего отца, они могут с гордостью носить его фамилию.

Я подал в суд на одного из авторов, защищавших преступников и обвинявших меня в страшных преступлениях. В суде он понял, что ошибался. Потом вышли публикации, в которых была опубликована реальная картина дела, которую описывал Гена Бендицкий. Но из песни слов не выбросишь…

А еще одна дама-журналистка напечатала в своей газете статью с заголовком «Браво, коллеги! Поздравляю вас с выходом из похмелья», обращаясь к редакции газеты «Время», которая после ухода Бендицкого, по её же словам, «легко и непринуждённо» раскрыла имя и фамилию спецагента. Про меня она тоже писала, что я «стукач». Как после этого может работать секретный режим, как будут внедряться и работать агенты специальных служб, если такие люди будут нас раскрывать, чтобы жуликам было легче расправляться с сотрудниками, работающими под прикрытием и ежеминутно рискующими жизнью? Понимает ли эта дама, что только в воровской среде человека, раскрывшего банду контрабандистов, могут называть стукачом?

Если бы я знал, что у Гены такие проблемы со здоровьем…

Это для меня страшнейшая утрата.

Я от души говорю: если бы таких, как Бендицкий, было бы в Казахстане хотя бы десять журналистов, то ни один чиновник не осмелился бы воровать. Меня никто не убедит в том, что у нас не дают писать - дадут, если есть факты. Если бы не давали бы, то и «хоргосского дела» не было бы. Ермегияева бы не посадили, Бишимбаева не осудили бы, не было бы приговора Серику Ахметову. Нет в нашей стране неприкасаемых людей – Рахата Алиева президент не пожалел, потому что он преступник! И если бы все журналисты были бы как Гена, то чиновники бы и работали иначе. Они бы боялись, что завтра появятся публикации, а потом их задержат и осудят.

Мы встретились уже после того, когда Гена ушёл из газеты «Время». Он сказал, что открыл программу «Час Бендицкого» на «31 канале» и предложил сделать передачу о «хоргосском деле», чтобы я рассказал, как всё это было.

На тот момент я ещё не был официально рассекречен. Мою фамилию и имя тогда уже опубликовали в газете «Время», но в лицо меня никто не знал. И тогда мы решили: чтобы нового покушения на меня не было, лицо моё закроем, и я дам интервью. Я тогда был под охраной финансовой полиции, это был октябрь 2012.

После выхода передачи меня вызвал тогдашний начальник алматинского департамента финансовой полиции генерал Амирхан Аманбаев. Он говорил, что ему звонил Рашид Тусупбеков, который был страшно возмущён передачей Бендицкого. Аманбаев на меня так орал, что у него изо рта шла пена, я думал, что он потеряет сознание. На тот момент даже действующие сотрудники финансовой полиции боялись говорить о «хоргосском деле», там были замешаны очень влиятельные люди. Эти люди годами получали от контрабандистов очень крупные суммы вознаграждений. И меня спрашивают, зачем я интервью даю, ведь мне ещё в суд идти. И я сказал, что пойду в суд и буду открыто говорить, как на самом деле это было.

Я явился в суд, и что вы думаете? В суде оказалось, что многие доказательства, то есть стенограммы разговоров между мной и контрабандистами, другие очень важные документы не приобщили к уголовному делу, не провели соответствующую экспертизу и по этим фактам не выдвинули обвинений. Я спрашиваю: «А где записи моих разговоров?», называю даты и фамилии фигурантов дела, а мне отвечают, что в деле полторы тысячи томов, но этих разговоров нет. Я настоял на том, чтобы их не только нашли, но и приобщили к делу с обвинительным уклоном. Например, был разговор с главным кассиром Толебаевым, который мне говорил: «Тысячу долларов даём комитетчикам, две тысячи долларов даём Артыкбаеву...» То есть человек рассказывает про контрольный закуп, который мы завезли, сколько денег и кому надо отдать, а это же главное! И это всё попытались убрать из дела.

Я уверен, что это они убили моего друга, они сожгли мою машину, они организовали на меня покушение, они в меня стреляли. Что только они ни делали, чтобы я не пришёл на этот процесс. Кого-то они подкупили, чтобы стенограммы не дошли до суда. Если бы я не явился в суд, то не знаю, возможно, их бы и оправдали. Было сделано все, чтобы я не явился в суд, и огромное спасибо дяде Гене, что он на всю республику рассказал обо всём этом. Мы на тот момент с ним остались вдвоём. К тому времени все разработчики - сотрудники финансовой полиции - уже уволились. На передовой остались только Бендицкий и Махатов.

На процессе был огромный прессинг, заинтересованные люди со стороны контрабандистов давили на обвинение и следствие. Я показал все стенограммы, которые выпали из дела, в передаче «Час Бендицкого» по «31 каналу», и с этим пошёл на судебный процесс. Им пришлось их принять и рассмотреть в суде!

Эти стенограммы были ключевым доказательством – названия фирм, фамилии людей, суммы взяток и т.д.

Для них это было самое страшное. Они использовали любую возможность, даже играли на неточности перевода. Например, там был стенограмма, на которой основной создатель ОПГ Талгат Каирбаев говорит: «Жакаев жеп отыр, Шаман жеп отыр, Курман Артыкбаев жеп отыр...» И я не могу найти эти слова! Оказывается, они перевели так: «Жакаев болтает, Абдрахманов болтает…» Понятно же, что на самом деле это надо было перевести, как «кормятся». Даже переводчиков они подкупали!

Ещё по делу проходила компания «Үш Қоңыр», я долго искал эту фирму в деле, но не мог найти. А потом оказалось, что они её название перевели «Три коричневых»! Но ведь названия компаний не переводятся. Вот и представьте, что там творилось! Они очень хотели сломать это дело.

А потом их все-таки осудили. И в этом огромная заслуга Геннадия Бендицкого.

Я часто вижу, как награждают никому не известных журналистов. Что они написали, какие расследования провели?

Дядя Гена помог вернуть стране миллиарды долларов, не дал превратить государственный аппарат в организованную преступную группировку. Но его не наградили. Я знаю, что ему это было не нужно, но это нужно стране. Он делал для своей страны благо - боролся с преступностью. Гена очень любил свою работу, и я думаю, что он просто забывал о своем здоровье, на первом месте для него была журналистика. Геннадий Бендицкий - это огромная потеря для страны!

Он сыграл важную роль в моей жизни. Он писал правду. В этой жизни говорить правду, когда на кону стоят огромные интересы некоторых людей, не каждый сможет.

Сколько у нас журналистов в Казахстане?

А дядя Гена - один!

***

От редакции. В отношении агента Саныча судья, приговоривший контрабандистов к длительным срокам заключения, вынес частное постановление о необходимости отметить его гражданское мужество, проявленное им в ходе проведённой операции по обезвреживанию группировки, а также при участии в качестве свидетеля в ходе расследования и на судебном процессе.

Книгу Геннадия Бендицкого «Беспредел. Реальная история Казахстана в начале XXI века» можно приобрести в магазинах «Меломан» и Marwin. Ее цена – 2390 тенге. Все средства от продажи книги пойдут на поддержку семьи журналиста.

Источник: Ratel.kz

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
6453 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
20 июля родились
Именинников сегодня нет
Самые интересные материалы сайта у тебя на почте!
Подпишись на рассылку
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить