Налоговый пресс: правозащитные и медийные организации оштрафованы на огромные суммы

НПО предупреждают об ущербе международной репутации Казахстана в связи с действиями налоговых органов

Евгений Жовтис
ФОТО: azattyk.org
Евгений Жовтис

«Казахстанские правозащитные и медийные общественные организации подвергаются необоснованным и несоразмерным штрафам и приостановлению деятельности, - сказано в распространенном 29 января пресс-релизе. - Штрафы и приостановление деятельности НПО противоречат озвученным государством приоритетам развития гражданского общества, наносят ущерб международной репутации Казахстана».

По данным НПО, «на сегодняшний день организации «Эхо» и «Международная правовая инициатива» оштрафованы на 400 МРП (1 166 800 тенге) каждая, и их деятельность приостановлена на 3 месяца. Казахстанское международное бюро по правам человека и соблюдению законности (КМБПЧСЗ) оштрафовано на 800 МРП (2 333 600 тенге) с приостановлением деятельности на 3 месяца. Другая организация «Еркіндік қанаты» оштрафована на 100 МРП (277 800 тенге)».

За комментариями по сложившейся ситуации мы обратили к главе (КМБПЧСЗ) Евгению Жовтису.

Евгений Александрович, информация противоречивая: одни говорят, что фонды не справились с бухучетом, вторые — что налоговая «зацепилась» за мелкие нарушения, третьи — что идет атака на правозащитников. Что происходит на самом деле?

- Чтобы понимать происходящее, немного предыстории.

Начнем с того, что в 2016 году в Налоговый кодекс были внесены изменения. Согласно этим поправкам, все юридические и физические лица, которые получают финансирование из-за рубежа на три цели: правовую помощь, опросы общественного мнения, сбор, анализ и распространение информации, обязаны отчитываться в органы госдоходов, представляя две формы отчетности — 017 (в течение 10 суток указать, какие деньги поступили) и 018 (раз в квартал отчитаться за расход этих средств).

Мы как организация, достаточно прозрачная с точки зрения соблюдения законности, решили пойти дальше, не делить наши проекты по целям и отчитываться за все. То есть мы в налоговые органы каждый квартал отправляем от 200 до 500 страниц отчетности, указывая, откуда мы получили деньги и куда их израсходовали. И в течение четырех лет была тишина, все было нормально, тем более что наша организация относится к налогоплательщикам с низкой степенью риска.

Но в августе-сентябре прошлого года что-то где-то щелкнуло, органы госдоходов стали проверять, по случайному совпадению, все наиболее активные организации, которые занимаются наблюдением на выборах («Еркiндiк қанаты», «Эхо» и др.,), поддержкой журналистов («Адил соз», MediaNet и «Правовой медиацентр») и ряд организаций, которые занимаются политическими правами и гражданскими свободами, в частности наше бюро, «Международная правовая инициатива» и др. Около 20 организаций страны попали под прессинг.

В результате этих проверок нам выписали протоколы об административных правонарушениях, что якобы установлены расхождения в нашей отчетности. Я вам говорил, что мы от 200 до 500 страниц предоставляем такой отчётности раз в квартал. И из этих тысяч или десятков тысяч страниц они нашли четыре не бьющих друг с другом цифры. Нашему бухгалтеру надо ставить памятник! Это идеальная работа, чтобы из этого количества найти 4 технические ошибки. 28 ноября нам предъявили 4 протокола.

Мы, естественно, сразу же стали жаловаться, объяснять, писать возражения и прочее. Еще один немаловажный момент, на который хочу обратить ваше внимание: наш Налоговый кодекс достаточно разумный, и он представляет налоговому органу возможность уведомить налогоплательщика, если у него нашли какие-то незначительные нарушения или ошибки, он должен их исправить. Это называется камеральный контроль, налогоплательщику дается 30 дней, чтобы исправить неточности. Мы получили извещение 28 ноября, 29 ноября и 1 декабря мы все эти формы скорректировали, 4 расхождения — это не нарушения, а технические ошибки - исправили и прислали скорректированные дополнительные формы, которые легли, как говорят налоговики, в их налоговую базу. Но 2 декабря нам выписали 4 протокола о правонарушении, каждый из которых влечет за собой 200 минимальных расчетных показателей (583 400 тенге) штрафов и безальтернативное приостановление деятельности на 3 месяца.

Однако самих рассмотрений еще не было. Они все время переносились, было ощущение, что это связано с выборами. До выборов все переносилось, а после выборов «понеслась душа в рай». Сначала 15 января оштрафовали «Эхо». 25 января приостановили нашу деятельность и деятельность «Международной правовой инициативы», у остальных в ближайшие несколько дней рассмотрение дел.

Решение окончательное, вы обязаны не работать и заплатить штрафы?

- У нас есть возможность обжаловать это. Они не вступили в силу, никто нас еще фактически не приостановил. Пока это только документ, постановление, не вступившее в силу. У нас есть возможность его обжаловать в департамент госдоходов, есть возможность его обжаловать в суд, после департамента, потом еще в суд апелляционной инстанции. Ещё месяц можно бороться.

Но, как мы понимаем, все это очень скоординировано, организовано, явно контролируется сверху, потому что в случае с «Эхо» их пригласили в пять часов вечера на рассмотрение, до шести часов ждали какого-то звонка, в 6 часов получили звонок и сразу же вынесли постановление, даже рассмотрения не было. Не дали возможности что-то объяснить, свидетелей допросить, ходатайство заявить, вообще ничего.

Но формально налоговые органы правы, они же нашли нарушения?

- Есть два кодекса — налоговый и Кодекс об административных правонарушениях. По Налоговому кодексу устанавливают нарушения, которые могли быть технической ошибкой, могли быть опечаткой, могли быть обусловлены неправильным пониманием налогоплательщиком того, как он должен отчитываться. Для того чтобы это нарушение по Налоговому кодексу превратилось в правонарушение, которое карается Административным кодексом, необходимо как минимум доказать вину, что у нарушителя были противоправные намерения и т.д.

У вас была возможность ошибки исправить?

- Здесь есть разница. Если это проводится камеральный контроль, то налоговики обязаны нас уведомить о нарушениях и предоставить 30 дней на исправление. Но вся проблема заключается в том, что они пытаются доказать, что это был не камеральный контроль, а какая-то особая форма контроля, которой нет в Налоговом кодексе. Но по кодексу это либо налоговая проверка, и тогда вы должны нас предупредить за 30 дней до ее проведения и прийти с предписанием. Либо это камеральный контроль, и тогда вы должны дать нам 30 дней, чтобы исправить ошибки. Мы спрашиваем: а вы что проводили? И почему вы нам не дали возможности исправить? Они не отвечают. Хотя наши ошибки не имеют отношения к уклонению от уплаты налогов и вообще не имеют отношения к налоговой отчетности, это чисто информационные формы. Там нет умысла, там нет состава правонарушения. Там возможна ошибка по Налоговому кодексу. А они на все это не обращают внимания.

Почему?

- Какова цель - понять очень сложно. Приструнить, запугать, действительно приостановить - зачем? Было понятно, что это спровоцирует реакцию за рубежом, все-таки организации достаточно известные, мы члены целого ряда международных коалиций. Конечно, ко всем будем обращаться, будут запросы из госдепартамента, Европейского парламента, конгресса, ОБСЕ. Мы уже обратились к спецпредставителю ООН.

Сайт Forbes.kz обратился за комментариями в пресс-службу Комитета госудоходов Министерства финансов РК, сначала с неформальной просьбой, затем с официальным запросом. На момент публикации ответ не был получен. 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
12962 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
8 мая родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить