Мягкая сила

Зачем российские университеты идут в Казахстан

ФОТО: © Depositphotos.com/olega.rudnik

Бурные события января 2022 года заставили власти Казахстана пересмотреть свои взгляды на многие аспекты социальной и экономической жизни. Сфера образования тоже оказалась в центре внимания: текущий курс был признан неверным, и президент Касым-Жомарт Токаев объявил о смене приоритетов в сторону подготовки кадров по техническим специальностям. «Мы слишком много производим экономистов, юристов, менеджеров», – заявил он на встрече с крупными бизнесменами. При этом, по мнению главы государства, помочь нам здесь может в том числе открытие филиалов ведущих российских университетов. Уже в феврале Токаев провел переговоры с Владимиром Путиным, по результатам которых было решено открыть в Казахстане шесть новых филиалов вузов РФ. Действительно ли существует острая необходимость в подобном шаге, сразу же задались вопросом некоторые эксперты, или это просто ответный жест в благодарность за помощь сил ОДКБ во главе с Россией в наведении порядка в республике?

Расширение присутствия

Идея расширения присутствия российских университетов в Казахстане не нова. Те, кто следит за сферой образования, помнят, что соответствующие предложения впервые прозвучали летом 2020 года, причем с российской стороны. «Нынешние абитуриенты (из Казахстана. – Прим. ред.) через некоторое время после того, как поступят в российские вузы, станут такими же выпускниками российских вузов (как россияне. – Прим. ред.). А мы заинтересованы в том, чтобы они вернулись в Казахстан и влились в экономические проекты и программы, которые реализуются в рамках ЕАЭС. Есть идея создания здесь более крупной и серьезной сети филиалов российских вузов. Мы думаем, что без вашей поддержки решение этой задачи совершенно невозможно», – обратился тогда к казахстанским властям представитель Россотрудничества Константин Воробьев.

Правительство РК с энтузиазмом поддержало идею. А в декабре прошлого года министр Асхат Аймагамбетов обсудил вопросы сотрудничества с министром науки и высшего образования РФ Валерием Фальковым. Казахстанская делегация посетила ряд московских вузов. «Провели переговоры по вопросам сотрудничества и открытия филиалов российских университетов у нас в стране», – подтвердил вице-министр образования Куаныш Ергалиев. Первым же действительно серьезным итогом этого процесса стала упоминавшаяся выше встреча двух президентов 10 февраля этого года, на которой были заключены меморандумы о партнерстве Казахстана с ведущими российскими учебными заведениями: Московским государственным техническим университетом имени Н. Э. Баумана, Национальным исследовательским технологическим университетом «МИСиС», Национальным исследовательским ядерным университетом «МИФИ», Московским физико-техническим институтом, Российским государственным университетом нефти и газа имени И. М. Губкина и Национальным исследовательским университетом ИТМО.

Здесь следует отметить, что филиалы российских вузов успешно работали в нашей стране и раньше. Еще в 2001 году при ЕНУ имени Л. Н. Гумилева в столице открылся филиал МГУ имени М. В. Ломоносова. По данным посольства РФ в Казахстане, сегодня здесь функционируют шесть филиалов российских вузов. Это также Алматинский филиал Академии труда и социальных отношений; Усть-Каменогорский филиал МЭСИ; Костанайский филиал ЧелГУ; Алматинский филиал Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов; филиал МАИ «Восход» в Байконыре. Все они достаточно популярны. Российское высшее образование у нас по-прежнему котируется и считается конкурентоспособным. В международном рейтинге QS World University Rankings 2022 от Казахстана присутствует 14 вузов, тогда как от России – в 3 раза больше. В топ-100, например, вошел тот же МГУ (78-е место), а ведущий отечественный университет – КазНУ имени аль-Фараби – отстает от московского «коллеги» почти на сто позиций (175-е). Технические же вузы России, и не только московские, но и, скажем, сибирские, пользуются еще большим признанием. Заложенная в советские годы база позволяет им выпускать крепких даже по мировым меркам специалистов.

Наращивая образовательное сотрудничество с Россией, Казахстан преследует две цели. Во-первых, вузы соседней страны действительно могут помочь нам в подготовке тех самых инженеров, которых сегодня, по словам президента Токаева, так остро не хватает. Во-вторых, открытие филиалов российских вузов, возможно, несколько снизит образовательную эмиграцию способной казахстанской молодежи в РФ. Только в 2020 году, по официальным данным, Казахстан покинуло более 59 тыс. абитуриентов. При этом, по данным Фонда имени Фридриха Эберта, 23,3% уехавших молодых людей выбирают в качестве направления Россию, где зачастую остаются и по окончании учебы.

Коммерческий рекрутинг

Сауле Кемельбаева, декан Международной школы экономики Университета КАЗГЮУ имени М. С. Нарикбаева, считает: притом что в России есть очень сильные университеты, в большинстве вузов качество образования и исследований оставляет желать лучшего. Материальные ресурсы и уровень коррупции во многих случаях сопоставимы с казахстанскими. «Исторически российские университеты имеют преимущества по ограниченному набору исследований и специальностей», – объясняет эксперт. Инициатива же казахстанских властей, считает она, больше похожа на попытку остановить отток студентов в Россию.

ФОТО: архив пресс-службы

Основные причины оттока, по мнению Кемельбаевой, это активные рекрутинговые кампании университетов РФ, отсутствие в них вступительного тестирования, предоставление грантов на обучение, а также привлекательность российского диплома для российского рынка труда. «Российские университеты активно привлекают наших абитуриентов, поскольку сами столкнулись с оттоком своих абитуриентов за рубеж. Для вузов соседней страны, как и для наших, достаточный набор студентов – едва ли не ключевое условие хорошего финансирования», – отмечает собеседница.

При этом, говорит Кемельбаева, не стоит забывать, что создание филиалов российских вузов в Казахстане потребует значительных инвестиций. Для самих вузов подобные вложения вряд ли привлекательны. «Учитывая, что у нас небольшой рынок абитуриентов, а их платежеспособность в целом низка, филиалы российских и любых других зарубежных вузов к нам придут при условии поддержки со стороны казахстанского правительства. Нужно ли нам финансировать зарубежные университеты при низком уровне финансирования собственных – на мой взгляд, вопрос крайне спорный», – замечает она.

Эксперт считает, что подобная инициатива может как положительно отразиться на уровне образования казахстанцев, так и разбиться о суровую реальность. «Острое недофинансирование высшего образования за всю эпоху независимости вкупе с быстрым ростом числа вузов привели к снижению качества образования и науки, деградации материально-технической базы, росту коррупции, низкому качеству как менедж­мента, так и преподавательского штата большинства казахстанских университетов. Все это отдалило нас от международных стандартов», – ставит неутешительный диагноз Кемельбаева. Она полагает, что усиление конкуренции с российскими филиалами не поможет решить эти проблемы, а, наоборот, создаст еще большую угрозу действующим отечественным вузам, которые пытаются выживать на и без того конкурентном рынке. «Конечно, будучи представителем университета, который чувствует себя неплохо и отдает приоритет качеству подготовки студентов, я бы хотела, чтобы у себя дома нас поддерживали, а не создавали нам новые сложности и вызовы», – признает она.

Проводники перемен

Участница рейтинга «30 до 30» Forbes Kazakhstan 2018 года Ольга Мун занимается исследованиями в области высшего образования в Оксфордском университете. На ее взгляд, приход российских университетов в Казахстан вполне можно расценивать как проявление мягкой силы, однако ничего кардинально нового в этом нет. «Искать какие-­то новые скрытые угрозы не стоит хотя бы потому, что влияние России на Казахстан никогда и не прекращалось», – замечает собеседница. На глобальном рынке образования многие университеты стремятся не только упрочить свое влияние, но и заработать денег, поэтому ищут выходы на новые рынки.

ФОТО: © Arzhia Habibi

«В какой-то мере я вижу подобное сотрудничество между двумя странами логичным. Многие в Казахстане говорят на русском языке, в долгосрочной перспективе это может быть полезно для нашей страны в контексте устойчивого развития. Можно будет дешевле обучить большее число технических специалистов в Казахстане и дать им возможность остаться на родине и применять себя здесь», – рассуждает Мун.

Эксперт подчеркивает: ученые РФ и Казахстана никогда не прекращали тесного сотрудничества. При этом, считает она, нам не стоит забывать и про развитие отношений с иностранными партнерами – европейскими, американскими и азиатскими университетами. Мун отмечает важную роль международного академического сотрудничества для всех стран. Некоторые ученые считают, что иностранные студенты – отличные проводники перемен. Возвращаясь к себе на родину по окончании того или иного вуза, эти люди часто берут на себя роль агентов перемен. «Стипендии вроде американской программы Фулбрайта, гранты на обучение в китайских и российских вузах поэтому и существуют», – поясняет собеседница. Однако в некоторых случаях эти ожидания переоценены, так как большинство студентов не учатся за рубежом, поэтому очень важно повышать качество местных университетов, считает эксперт.

Она воспринимает текущий курс Министерства образования и науки РК со сдержанным оптимизмом, но находит и поводы для критики. В Казахстане, замечает Мун, последние пять лет образование разворачивается в сторону STEM-подхода – модели, объединяющей естественные науки и инженерные предметы в одну систему. Это неплохо, как и то, что научная база в стране постепенно растет. Однако для полноценной реформы высшего образования нужны регулярные и систематические исследования потребностей этой сферы и развитие также социальных и гуманитарных дисциплин, а не только STEM.

В современной казахстанской науке работает несколько групп ученых: представители советской школы, выпускники зарубежных вузов и молодые специалисты, окончившие местные университеты. «Все они по-разному видят дальнейшее развитие образования, – отмечает Мун. – Кто-то хочет выбрать западную модель, кто-то – поддерживать отношения с Россией, Китаем или Турцией».

Другой проблемой отечественного образования Мун считает наследие 1990-х, когда наука перестала финансироваться и многие ученые уехали из страны. «Тяжело развивать научные кадры при подобных разломах в научных школах. Науке необходима преемственность», – комментирует эксперт. С финансированием есть проблемы и сегодня. Денег в науке и образовании стало больше, но доступ к ним неравен. Мун убеждена: критически важно поддерживать разные вузы, а не один, как в случае с Назарбаев Университетом. «Чтобы создать здоровый климат в научной среде, нужно поддерживать институты и университеты во всех регионах. В Казахстане пока с этим наблюдаются сложности. Большие города притягивают научные кадры, поэтому тяжело развивать научные центры в регионах», – констатирует она.

Резюмируя, эксперт затрагивает исследования, которые проводила в Казахстане в прошлом году. «Оказалось, что институты внутри Казахстана крайне мало сотрудничают между собой. Это одно из слабых мест в образовании. При этом часто приветствуется сотрудничество с зарубежными университетами», – говорит Мун. Она считает, что все нынешние проблемы казахстанского образования решаемы. Главное – чтобы реформы имели под собой научное обоснование, а не проводились на основе нескольких встреч с консультантами.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
926 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить