Какова ситуация в сфере инвестиций в проекты здравоохранения

Об этом автор Forbes.kz поговорил со специалистом в области биомедицинских и медико-демографических исследований, международного здравоохранения и больничного управления доктором Алмазом Шарманом

Фото: pixabay.com

Инвестиции и сделки по слиянию и поглощению компаний в сфере медицины и фармацевтики всегда отличались крупными суммами и высокой конкуренцией за рынки и технологии. К примеру, по итогам трёх кварталов 2018 крупнейшей сделкой в $79,7 млрд является приобретение японской фармацевтической компанией Takeda Pharmaceutical Company Limited ирландской Shire Plc. Примечательно также, что на фоне всеобщего тренда по здоровому питанию и снижению потребления сахаросодержащих напитков даже такие традиционные food & beverage компании, как Coca-Cola и Pepsi, интересуются приобретением подразделения по производству диетического питания ещё одного игрока из Big Pharma - GlaxoSmithKline.

Для понимания ситуации в сфере инвестиций в проекты здравоохранения, производства лекарственных средств, а также подготовки кадров для повышения качества медицины в Казахстане, старший консультант департамента финансового консультирования «Делойт» Бауржан Шалбаев обратился к американскому учёному-медику казахского происхождения, специалисту в области биомедицинских и медико-демографических исследований, международного здравоохранения и больничного управления, члену Американской ассоциации здравоохранения доктору Алмазу Шарману.

- Алмаз, скажите, пожалуйста, какие, на ваш взгляд, имеются перспективы и барьеры по привлечению частных инвестиций в проекты по созданию современных медицинских клиник? Как правило, это может быть государственно-частное партнёрство, где могут участвовать как финансовые, так и стратегические инвесторы, а также передача государственных клиник под управление опытным международным операторам.

- В настоящее время низкие тарифы на возмещение медицинских услуг не дают желаемого возврата инвестиций для реализации проектов государственно-частного партнерства или передачи государственных клиник в доверительное управление, что также требует значительных инвестиций от оператора. Также, согласно Бюджетному кодексу РК, бюджет формируется только на один год, что не даёт государственных гарантий инвесторам для длительных инвестиций. Система обязательного медицинского страхования (ОСМС) в какой-то степени позволяет обойти эту норму, благодаря возможности заключения долгосрочных договоров на возмещение стоимости медицинских услуг.

- Что вы думаете об инвестициях в создание полностью частных специализированных клиник для замещения импорта медицинских услуг по таким направлениям, как нейрохирургия или урология, а также клиник общей терапии для регулярных процедур?

- Главным барьером для привлечения инвестиций для создания частных многопрофильных клиник являются низкие тарифы и ограниченная платёжеспособность населения. Что касается импортозамещения медицинских услуг, то кардиохирургия и другие смежные сферы достаточно доступны в рамках государственного заказа и качественны в нашей стране, а для онкологии необходимы значительные инвестиции в оборудование и экспертизу.

- В таком случае для повышения тарифов на обслуживание необходимо развивать систему обязательного медицинского страхования. Что вы думаете об опыте США с программой Medicare и Евросоюза – Германии и Великобритании?

- Система медицинского страхования, несомненно, стимулирует инвестиции на долгосрочный период. Западные страны имеют преимущественно добровольную систему медицинского страхования. В США во время президентства Барака Обамы качество услуг и эффективность расходов системы здравоохранения было призвано обеспечиваться за счёт подушевого финансирования в рамках аccountable care organizations – добровольных объединений медицинских организаций и практикующих врачей, подотчётных пациентам и населению в целом. Германия имеет одну из старейших в мире систем социального медицинского страхования, которая в значительной степени универсальна и имеет максимальный охват населения и заболеваний. National Healthcare System (NHS) в Великобритании, которой уже более 60 лет, – также очень прогрессивная система и является одной из лучших в мире по многим показателям. Ещё стоит выделить канадскую систему социального страхования.

- Вопросы финансирования и систем страхования, конечно, являются важными, но всё же ключевым ресурсом для обеспечения качественной медицины в стране являются кадры и их подготовка. Что вы думаете о необходимости реформ в системе медицинского образования, чтобы готовить сильные местные кадры? Какие проблемы у наших университетов? Нужно ли нам развивать экспорт услуг медицинского образования?

- На самом деле в Казахстане имеет место переизбыток врачей (около 1 млн занятых человек согласно Агентству по статистике РК – прим. автора). Система финансирования образовательных грантов для медицинских профессий значительно отличается от других специальностей ввиду высокой стоимости подготовки кадров. Вместе с тем у нас стоимость обучения в медицинских вузах относительно низкая по сравнению с ведущими странами с развитым здравоохранением, поэтому к нам приезжают студенты из других стран, таких как Индия или Пакистан, но это не должно быть приоритетом – в первую очередь нам необходимо обучать качественно свои кадры. В США система медицинского образования сложнее – бакалавры получают опыт работы несколько лет и далее сдают Medical College Admission Test (MCAT) для поступления в медицинские школы, в которые поступить достаточно трудно.

- Что вы думаете о последней новости касательно отмены оплаты за обучение студентам медицинских профессий в New York University, составляющей около $50 тыс. в год, которая стоила учебному заведению около $600 млн, из которых $100 млн пожертвовал сооснователь Home Depot миллиардер Ken Langone? Основной целью этой инициативы является повышение интереса выпускников из небогатых семей к медицинским специальностям, который снижается из-за высокой стоимости обучения, что вынуждало выбирать высокооплачиваемые позиции радиологов или нейрохирургов, в то время как во врачах общей терапии существует дефицит, особенно в небольших городах.

- На самом деле высокая стоимость обучения в медицинских американских вузах окупается высокими зарплатами врачей в США, где заработок высококвалифицированных специалистов может составлять до $1 млн в год. Расходы на обучение будущих врачей там в основном покрываются страховыми компаниями и пожертвованиями выпускников вузов (alumni), которые иногда исчисляются десятками миллионов долларов.

- Теперь хотелось бы задать вопросы по сфере фармацевтики, а именно по исследованиям и разработкам лекарств в Казахстане. Стоит ли инвестировать в местные лаборатории и кадры на фоне объёмов затрат на исследования и разработки транснациональных фармацевтических холдингов big pharma? Какие направления исследований и разработок лекарственных средств могут быть успешны у нас в стране? Возможно, мы можем выполнять роль промежуточных элементов, которые можно встроить в глобальные цепочки создания лекарств, или предлагать другие простые решения?

- Современные компании big pharma обычно инвестируют до 10-12% от своего валового дохода в научно-технические разработки (R&D). В последние годы наиболее перспективными являются лекарства из области персонализированной медицины. Это так называемые biologicals, разрабатываемые с помощью генной инженерии и клеточных технологий. Традиционное химическое производство – это удел меньших по размеру компаний, которые выпускают так называемые дженерики – химические формулы, срок действия патента на которые завершился. Считаю, что в Казахстане стоит задуматься над разработкой и производством лекарств от туберкулёза - болезни бедных стран, которые не интересны крупным международным компаниям из-за низкой платежёспособности населения, обычно страдающего от этой болезни (по данным ВОЗ, 64% общего числа случаев приходится на семь стран, среди которых первое место занимает Индия, а за ней следуют Индонезия, Китай, Нигерия, Пакистан, Филиппины и Южная Африка – прим. автора).

В целом в мире идет тренд на трансляционную медицину, которая использует достижения дорогостоящих фундаментальных исследований, проводимых в богатых ресурсами странах для решения практических вопросов здравоохранения стран с ограниченными ресурсами – материальными и научными.

- Интересно ваше мнение по санаторному и традиционному лечению, и также представляют интерес лечебные свойства кобыльего молока и кумыса.

 

- Санаторное лечение – понятие из советского прошлого, изначально предназначенное для шахтёров-стахановцев, для восстановления здоровья путём пятиразового питания и отдыха за городом. Партийные функционеры при физической нагрузке в разы ниже, чем у шахтёров, начали использовать эту модель лечения для себя, что приводило к росту у них ожирения и сердечных заболеваний. Позже были добавлены УВЧ, кварцевание и другие процедуры с мнимым эффектом: кроме постсоветских стран, они нигде в мире не применяются. Думается, что было бы правильным шире внедрять современные методы реабилитации, особенно для пациентов после нейрохирургических операций, инсульта и различных травм.

Что касается кобыльего молока, оно обладает уникальными свойствами, связанными с содержанием в нем белка альбумина. В этом смысле оно похоже на грудное молоко. Также в нём отсутствуют вредные транс-жиры, которые имеются в коровьем молоке. У кобыльего молока большие перспективы в качестве сырья для органических продуктов, а также продуктов функционального питания, исключительно полезного для здоровья.

- И напоследок предлагаю обсудить будущие тренды в развитии технологий, такие как экспертные диагностические системы, робототехника в хирургии и подготовка кадров со знанием и IT, и медицины.

- Цифровые экспертные диагностические системы популярны в мобильных приложениях, и с развитием интернета вещей (IoT) данная технология значительно облегчает диагностику и предупреждение заболеваний на ранних стадиях, а также программы по управлению заболеваниями дают возможность эффективнее вести лечение пациента.

Что касается робототехники в хирургии –комплекс Da Vinci весьма эффективен при операциях при раке простаты. Однако стоить отметить, что стоимость аппаратуры составляет от 2 до 10 млн долларов США, а ежегодное обслуживание доходит до $100 тыс., что значительно дороже использования человеческого труда, особенно в нашей стране.

Что касается вопроса, необходимо ли врачам учить программирование для работы в новых технологических реалиях, то, как сказал мой коллега, профессор Стэнфордского университета Абрахам Вергиз, непревзойдённой инновацией всех времен и народов являются глаза, уши и руки опытного врача. Вместе с тем на помощь врачам могут сегодня прийти технологии, особенно цифровые. Однако врач в первую очередь должен быть хорошим экспертом с обширными практическими знаниями, а компьютерная программа с применением алгоритмов машинного познания будет сопровождать процесс диагностики, как это делают системы Watson от IBM или Google AI, которые имеют простой и понятный интерфейс.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
2014 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
13 декабря родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить