Соглашение между правительством, Нацбанком, и АРРФР: противоречивый шаг вперед?

В марте 2019 было подписано первое соглашении между правительством и Нацбанком о координации мер макроэкономической политики. На прошлой неделе было подписано новое соглашение. Некоторые новшества были вдохновляющими, а некоторые моменты оставили противоречивые впечатления. Давайте сравним два документа

ФОТО: © Depositphotos.com/Kris

На прошлой неделе правительство, Нацбанк и АРРФР заключили соглашение о координации макроэкономической политики (далее «соглашение») и дорожную карту по реализации соглашения. По поводу этого события на сайте Нацбанка было сказано следующее:

"Соглашение о координации мер по макроэкономической политике было впервые инициировано Национальным Банком в 2019 году с целью обеспечения совместно с правительством устойчивого и сбалансированного роста экономики. (…) В текущем году Национальный банк совместно с правительством актуализировали соглашение, расширили его горизонт планирования до 3 лет и включили Агентство по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) в качестве третьей стороны.

Основная цель соглашения осталась прежней – это рост благосостояния и уровня жизни населения, что особенно важно в период восстановления экономики. Для этого определены необходимые совместные действия для проведения эффективной макроэкономической политики, включая вопросы налогово-бюджетной, денежно-кредитной, финансовой и других политик".

С точки зрения новых мер макроэкономической политики было интересно сравнить, что изменилось в новом соглашении по сравнению со старым.

Где анализ исполнения?

К сожалению, стало стандартной практикой, когда власти готовят новые стратегические документы без анализа исполнения и эффективности аналогичных прошлых документов. Оба соглашения сопровождаются планами мероприятий (дорожные карты), в которых указываются конкретные меры, ответственные организации и сроки. Поэтому удивительно, что новое соглашение никак не анализирует исполнение старого. Мне лично было интересно выполнение нескольких пунктов старой дорожной карты.

Например, в старом соглашении было запланировано, что до конца 2019 правительством будет произведен анализ существующих фискальных правил, оптимального объема трансфертов из Национального фонда, рассмотрение путей повышения контрцикличности и гибкости фискальных правил. Однако в новом соглашении говорится практически то же самое – правительство будет проводить устойчивую и предсказуемую фискальную политику, направленную на обеспечение макроэкономических условий, обеспечивающих рост ненефтяной экономики. Для этого правительством совместно с Национальным банком будет разработано контрцикличное бюджетное правило. То есть два года прошло, а воз и ныне там.

Контрциклические бюджетные правила имеют крайнюю важность для стран-экспортеров нефти, таких как Казахстан. Коронавирусный кризис должен был только ускорить разработку правил. Однако вместо этого в 2019 году (в благоприятное время сравнительно высоких цен на нефть) правительство вместо контрцикличной бюджетной политики стало использовать процикличную. То есть делало противоположное тому, что говорилось в соглашении.

В прошлой дорожной карте был запланирован конкретный пункт по «проведению ревизии следующих государственных программ на предмет эффективности и обеспеченности и для дальнейшего формирования единых принципов к механизмам государственной помощи реального сектора», где были указаны все ключевые госпрограммы Казахстана. Однако общественность так и не увидела правительственного, а тем более независимого анализа эффективности госпрограмм, несмотря на то что на них тратятся громадные деньги налогоплательщиков. Спрашивается – зачем нужно подписывать соглашение, если оно не выполняется?

В новом соглашении конкретика по анализу эффективности госрасходов пропала и в него включены стандартные общие декларации – «правительством будет проведена работа по повышению качества бюджетного планирования и эффективности государственных расходов. (…) Правительство откажется от неэффективных мер поддержки, а высвободившиеся ресурсы направит на повышение эффективных мер поддержки и капитальных расходов на развитие инфраструктуры».

Также, в прошлой дорожной карте по реализации соглашения моё внимание привлек следующий пункт, который должен был быть выполнен до конца 2019 года – «развитие и обеспечение функционирования Казахстанской фондовой биржи (КФБ) и биржи Международного финансового центра «Астана» (AIX) с использованием единой кастодиальной и расчетной инфраструктуры рынка ценных бумаг».

Смысл этого пункта дорожной карты заключался в том, что для неразвитого фондового рынка Казахстана наличие двух фондовых бирж, где торгуются те же самые отечественные акции, облигации и другие финансовые инструменты, не имеет никакого смысла и сильно мешает развитию отечественного рынка ценных бумаг.

Изначально создание биржи Международного финансового центра «Астана» (МФЦА) было чисто политическим решением, которое не имело нормального экономического обоснования. Данным пунктом старой дорожной карты делалась попытка хотя бы немного сократить государственные расходы для устранения дублирования биржевой инфраструктуры в Казахстане. Однако этого так и не произошло.

Ежегодно на деятельность МФЦА тратятся громадные деньги налогоплательщиков, однако этот государственный финансовый центр так и не опубликовал свою стратегию развития, где было бы видно, когда и каким образом окупятся эти деньги и как он будет способствовать развитию фондового рынка Казахстана. Удивительно, что в новом соглашении, появилась неплохая глава о развитии рынка ценных бумаг в Казахстане, но в ней ничего не говорится о проблеме наличия двух фондовых бирж в стране.

Положительное новшество в принципах денежно-кредитной политики

Старое и новое соглашения начинаются с принципов проведения макроэкономической политики со стороны правительства, Нацбанка и АРРФР. По сравнению со старым соглашением, в новом документе принципы проведения денежно-кредитной политики Нацбанка практически не поменялись, поскольку монетарный регулятор продолжает следовать политике «инфляционного таргетирования».

Единственным очень положительным дополнением стало упоминание о том, что «участие Нацбанка в финансировании государственных программ поддержки экономики осуществляется с учетом эффективной реализации функции по проведению денежно-кредитной политики и предусматривает с 2023 года поэтапный выход из финансирования государственных программ для обеспечения рыночных принципов функционирования финансовой системы и экономики».

То есть, в первый раз в официальном документе было признано, что льготное финансирование государственных программ нарушает рыночные принципы функционирования финансовой системы и экономики. К моему большому удивлению, правительство поддержало эту точку зрения, и в соглашении до конца этого года оно запланировало разработку «5-летней стратегии по постепенному отходу от нерыночных инструментов господдержки, искажающих реальную стоимость кредитных средств, с определением триггеров и объёмов финансирования».

По поводу нерыночных инструментов господдержки есть только один комментарий. Зачем ждать пять лет, если уже сегодня можно поменять принципы субсидирования процентной ставки для обеспечения рыночных принципов функционирования финансовой системы?

Сейчас уже всем понятно, что любое кредитование по ставкам ниже рыночных напрямую вредит развитию финансового рынка и сильно мешает осуществлению монетарной политики. Если государство хочет продолжать субсидировать процентную ставку по кредитам в течение 5 лет, то оно может это делать прямыми выплатами конечным заёмщикам, а не вмешиваться в рыночное ценообразование на финансовом рынке, включая все государственные и квазигосударственные структуры. В этом случае бизнес должен будет сам искать кредиты на рынке по наилучшим рыночным условиям. Тогда начнет работать реальная конкуренция на финансовом рынке (включая финансовые институты развития), что будет способствовать развитию рыночной экономики в Казахстане.

Принципы развития финансового рынка

В 2019 году АРРФР еще не существовало, и из-за этого в старом соглашении принципы по обеспечению стабильности и развитию финансового рынка были описаны декларативно одним параграфом. В новом соглашении этому вопросу уделяется гораздо большее внимание. И хотя принципы работы АРРФР по финансовому рынку, описанные в этом документе, полностью правильные, тем не менее по ним есть несколько комментариев.

Регулирование и надзор за финансовым рынком – это полностью сфера ответственности АРРФР. Однако развитие этого рынка должно быть одинаковым приоритетом как для АРРФР, так и для правительства и Нацбанка. Беспокоит то, что новом соглашении говорится, что «агентством совместно с Национальным банком будет принята концепция развития финансового сектора до 2030 года». Спрашивается, а где участие правительства? Агентство может выступать лишь модератором (профессиональным помощником процесса), а правительство должно быть ключевой структурой по развитию финансового рынка. Приведу несколько примеров.

Финансовые институты развития («Байтерек» и «Казагро») полностью находятся в руках правительства и по общепризнанному определению их главной задачей является развитие рыночных механизмов на финансовом рынке, с целью обеспечить доступность финансирования для всех секторов экономики. Именно в выполнении этой главной задачи у них очень серьезные проблемы. Вместо устранения «рыночных провалов» наши институты развития заменяют рыночное финансирование на дешевое государственное (государство просто замещает собой рынок).

Фонд проблемных кредитов также находится целиком в руках правительства, что правильно по международным стандартам. Однако деятельность фонда по оздоровлению банков является антирыночной по своей сути и не соответствует лучшим мировым практикам. В новом соглашении затрагивается вопрос об улучшении деятельности фонда, но лишь в контексте развития рынка стрессовых активов, хотя проблемы в фонде гораздо шире и глубже.

Помимо этого, приватизация госкомпаний через фондовый рынок – это целиком сфера ответственности правительства. Однако, уже более десяти лет правительство не выполняет свои собственные планы в этой сфере. Текущая программа по приватизации не вызывает восхищения и есть большие подозрения, что и она не будет выполнена.

Ряд хороших новшеств в принципах экономической политики правительства

В старом соглашении принципы экономической политики правительства не несли особой смысловой нагрузки и не предполагали каких-то серьезных реформ. Например, несколько цитат из этих принципов: «проведение качественного структурного преобразования экономики», «обеспечение предсказуемой фискальной политики» и так далее. Единственное, что выбивалось из общего контекста в старом документе, это принцип «ограничения административных интервенций в экономические рыночные отношения». Это отличный принцип! Однако за прошедшие два года (особенно в коронавирусный кризис) он почему-то работал в обратную сторону.

Внезапно для меня, в новом соглашении у правительства появились новые принципы экономической политики, которых не было в официальных документах правительства более десяти лет. Прежде всего, стоит обратить внимание на то, что в вводной части было отмечено, что «правительство, Нацбанк, и АРРФР приложат все усилия по восстановлению экономического роста, осуществлению масштабной, глубинной трансформации экономики и проведению эффективной макроэкономической политики». Это сразу привлекло внимание, поскольку последние выступления главы государства и премьер-министра говорили о преемственности экономической политики и не подразумевали «масштабной и глубинной трансформации экономики».

Также, в принципах экономической политики удивило следующее – правительство будет осуществлять «диверсификацию экономики через раскрытие потенциала агропромышленного комплекса, индустриализацию с учетом перехода на косвенные инструменты поддержки бизнеса для стимулирования развития эффективных предприятий, не вмешиваясь в рыночные процессы».

Данный принцип экономической политики привлек внимание тем, что, начиная с 2008 года, когда была кардинально переделана рыночно-ориентированная «Стратегия индустриально-инновационного развития Республики Казахстан на 2003-2015 годы», правительство никогда не видело проблем в прямом вмешательстве государства в рыночные процессы. На сегодня практически все текущие госпрограммы искажают рыночные механизмы и конкуренцию в экономике. Поэтому, этот новый принцип работы можно однозначно назвать кардинальным изменением экономической политики правительства. Однако, есть ощущение, что такое неожиданное новшество останется только на словах, поскольку дорожная карта по реализации данного соглашения во многом находится в полном противоречии с данным принципом.

Например, по дорожной карте на три года планируется (!!!): ввод 9 новых птицефабрик, 3 мясокомбинатов и 4 предприятий по производству рыбопродуктов; модернизация 2 молочных заводов; закладка интенсивных садов по производству яблок на площади 12,5 тыс га; строительство нового сахарного завода и модернизация действующих мощностей. Такие планы правительства представляют собой замену рыночных подходов командно-административными, поскольку они целиком основаны на государственных преференциях и субсидиях. И это не единственные подобные примеры из данного документа.

Помимо рыночно-ориентированного принципа работы правительства удивило заявление, что оно будет осуществлять «формирование принципиально нового институционального каркаса, который создаст условия для качественного и устойчивого развития экономики». Этот принцип вызывает ощущение больших реформ, поскольку институциональные изменения представляют собой процесс качественных изменений и преобразований разных политических, правовых, социальных и экономических институтов. Остается надеется, что такая важная реформа не ограничится переименованием госпрограмм в национальные проекты.

В целом, можно отметить, что в новом соглашении появилось достаточно много как положительных, так и довольно противоречивых новшеств. Однако, размер статьи не дает возможности прокомментировать их все. К сожалению, все эти изменения оставили двоякое чувство. Самое большое противоречие заключается в том, что сейчас правительство стало заявлять, что оно начнет следовать законам рыночной экономики, но, одновременно, его реальные действия (командно-административные подходы) идут в противоположном направлении.

Чтобы устранить все эти противоречия, всё-таки очень важно сделать критический и независимый анализ всех текущих государственных программ с точки зрения их реальной эффективности, искажений рыночных механизмов и конкуренции в экономике. В ОЭСР, куда стремится Казахстан, есть отличные инструменты для такой оценки. К сожалению, практически все высокопоставленные чиновники, которые отвечали за разработку и исполнение прошлых и текущих госпрограмм, сейчас находятся во власти и от них трудно ожидать заинтересованности в объективном анализе.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9372 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
17 октября родились
Михаил Ломтадзе
председатель правления АО «Kaspi.kz»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить