Сможет ли финсектор стать точкой роста в неэффективной экономике?

С момента ипотечного кризиса в США, а затем и прекращения роста цен на энергоносители казахстанскую экономику лихорадит безостановочно. Поэтому поиск конкурентных преимуществ и точек роста для экономики Казахстана является вопросов выживания и экономического суверенитета. А при более широком рассмотрении – и вопросом политической самостоятельности в принятии любых решений

Фото: shkolazhizni.ru

Даже самые упорные уже понимают, что сырье уже не может быть драйвером роста нашей экономики. Она зажата между нашим союзником и сырьевым конкурентом – Россией и другим стратегическим партнером, производителем всего на свете и потребителем-гегемоном нашего сырья – Китаем. Очевиден факт, что мы не сможем конкурировать с Россией и диктовать цены на наше сырье Китаю.

В то же время рост нам необходим. Правительство запускает новую модернизацию, пытается написать принципиально новый налоговый кодекс, попутно добавляя нагрузку через введение новых налоговых платежей – обязательное медицинское страхование.

В идеале оптимизация расходов госбюджета, производства нефти и газа, запуск новых предприятий в рамках индустриализации послужат медленному, но стабильному росту экономики.

Но если абстрагироваться от долгосрочных задач экономического роста, видно, что более срочной проблемой является дефицит ликвидности в экономике, зависимость диверсификации от импортного оборудования, а также фактор нестабильного курса тенге к основным валютам импорта – доллару и евро.

Другими словами, если источником самого быстрого роста экономики может стать активность малого и среднего бизнеса, то это должно, в свою очередь, опираться на доступные кредитные средства.

Даже с лучшими в мире налогами нам понадобятся деньги на начало бизнеса, оборотный капитал и новые инвестиции в оборудование.

Однако кредит тяжело взять из-за высоких процентных ставок. Ни один кредит не взять ниже, чем под 16-20% годовых.

То есть, например, если компания привлекла в абсолютно надежный бизнес 10 млн тенге на 5 лет, то, не считая комиссии за организацию кредита и прочих сборов, фирма в первый год должна выплатить 1,6 млн тенге плюс 2 млн из основной суммы. Итого 3,6 млн тенге в первый год.

Если кредитор максимально дружелюбен, то, с учетом ежегодного снижения основной суммы, по которой начисляются проценты, эффективная ставка на первоначальную сумму кредита должна составить около 9,6% годовых. Если бы не было инфляции и риска резких изменений курса.

Однако непредсказуемость экономической ситуации, курса тенге к доллару, 8% ежегодной инфляции заставляют кредитора вносить страховочные меры, в результате которых годовая эффективная ставка может вырасти до 25% в зависимости от рискованности бизнеса.

Например, накопленная инфляция за эти пять лет составит 36% к базовому году, которую надо будет учитывать банку при подсчете финансовых рисков.

К этому надо будет прибавить средний финансовый риск (то есть долю банкротств и NPL по кредитам, ранее выданным в похожую бизнес модель) по конкретной индустрии. Поэтому если банк больше, чем на 60-70% зависит от кредитной деятельности, то процентные ставки должны будут составлять около 25% при нашей инфляции, без учета колебаний курса.

Вот почему статистика показывает снижение кредитования бизнеса. В первую очередь, это неопределенность курса тенге при более чем 50%-ном импорте товаров в Казахстан. А в категориях оборудование, доля импорта доходит до 90%, что свидетельствует о сильной зависимости любого производства от валютного курса.

С учетом двух девальваций в 2014 и 2015 и укрепления тенге в 2016 бизнесу порой легче замораживать операции, чем пытаться предсказать ситуацию.

Но жизнь не стоит на месте, вместо поколения предпринимателей 90-х на рынок выходят те, кто еще не успел обжечься об административные барьеры и девальвации. У них выше квалификация и более гибкое мышление. И они встречаются с проблемой дефицита кредитных средств для открытия своего бизнеса.

Пока правительство и НПП «Атамекен» пишут новый налоговый кодекс, а в бюджете ищут деньги на новую индустриализацию, бизнес все еще нуждается в деньгах на оборудование и оборотные средства.

Что за кривая у Нацбанка?

Основной задачей Национального банка Казахстана является стабильность цен и инфляционное таргетирование. Не углубляясь в тонкости – это, чтобы цены не росли, и инфляция была в заданном коридоре, наиболее благоприятном для финансовой стабильности и бизнес активности.

Сейчас Национальный банк активно торгует государственными ценными бумагами разных сроков для того, чтобы определить справедливую цену денег, так называемую кривую доходности или, другими словами, график зависимости процентных ставок от сроков ценной бумаги. Она нужна, чтобы государственные и частные эмитенты при выпуске своих ценных бумаг понимали, какая прибыльность сможет конкурировать на рынке.

Например, вот кривая доходности, полученная в феврале 2017 на встрече Нацбанка с экспертами. На оси X отложены годы, а на вертикальной оси Y – доходность в процентах с точностью до четырех знаков после запятой.

Из таблицы видно, что при выпуске облигаций на 5 лет доходность в тенге 10% будет отвечать требованиям рынка и, значит, эти ценные бумаги будут покупать портфельные управляющие.

Если сроки облигаций будут дольше, то, в соответствии с логикой финансов,  рынок по ним потребует вознаграждения выше из-за рисков.

После того, как кривая доходности будет стабильна и исследована для всех случаев ценных бумаг и сроков выпуска, это будет основой для развития рынка ценных бумаг.

В идеале, такой рынок ценных бумаг частично решит проблему ликвидности, когда у компаний возникнет возможность выпускать корпоративные облигации, торговаться на бирже. Имея перед глазами такой график доходности, и компании, и инвесторы смогут понимать, насколько привлекательны те или иные бумаги.

Кроме нахождения кривой доходности, Нацбанк также регулирует денежную массу в системе. И это непростая задача, потому что много ликвидности в обороте неминуемо повысят инфляцию и осложнят контроль цен.

Как мы отметили ранее, меньше компаний обращаются за кредитами, больше компаний закрывается.

Можно предположить, что люди, работающие в сфере предпринимательства, которых часто называют самозанятыми, зарабатывают больше, чем учтенные сотрудники крупных компаний. Закрыв один бизнес, они думают над открытием другого, ограничивая свои расходы в это время.

То есть согласно любой, а тем более казахстанской статистике, безработица не сильно растет, но платежеспособный спрос население снижается быстрыми темпами.

Снижение платежеспособного спроса остужает бизнес и экономику в целом. А Нацбанк стерилизует избыток ликвидности через активные торги ценными бумагами с банками.

С одной стороны, у банков появляется доходность с таких операций с Нацбанком, чтобы привлекать депозиты. С другой, у банков может пропасть мотивация кредитовать бизнес, тем более с нынешним уровнем NPL.

Вот почему государство выделяет более 2 трлн тенге на выкуп проблемных долгов банков - чтобы те могли выдать кредиты.

Но, все же, в силу высоких ставок по кредитам, замораживания активности бизнеса и высокого уровня NPL в системе есть лишь дорогая ликвидность. И Нацбанк находится в несколько затруднительном положении. Чтобы повысить кредитную активность, надо в систему поставлять деньги, однако, если сделать их дешевыми, это немедленно взвинтит инфляцию и следом за ней – ослабит курс тенге к доллару, так как импорт все еще высокий.

Со стороны может показаться, что дефицит доступной ликвидности сдерживает экономический рост – и это будет правильное впечатление. К сожалению, по всей видимости, времени на дальнейшие изыскания в области доходности ценных бумаг нет, и придется в системе оставлять ликвидность с риском повышения инфляции со всеми вытекающими последствиями. Экономический рост нужен быстрее.

Однако следующим звеном между возможно дешевыми деньгами и вероятно плохими компаниями служат коммерческие банки. Они не могут выдавать деньги всем подряд, не ухудшив свой портфель. Поэтому правительство само выдает деньги бизнесу в рамках разнообразных госпрограмм.

И все же этого мало. Но и Национальный банк не может ничего поделать без того, чтобы не повредить инфляции и курсу тенге.

Дебиторский трамплин

Дефицит ликвидности, сокращение спроса и накопление NPL привели к накоплению дебиторской задолженности во многих компаниях, и часто ее размеры в текущих и долгосрочных активах приобрели угрожающий масштаб и несоразмерны снижающемуся потоку наличности на счета компаний.

Дебиторская задолженность – это деньги, которая компания должна получить по уже оказанным услугам или отгруженному товару. В балансе она отражается как актив, однако не все 100% дебиторской задолженности превращаются в живые деньги. Компаниям часто приходится делать скидки за выплату вовремя, лишь бы избежать кассового разрыва.

В случае банкротства контрагента это моментальные потери и неминуемые проблемы с наличностью.

По самым скромным подсчетам, в силу ряда объективных причин в корпоративном секторе Казахстана накопилось не менее 1 трлн тенге дебиторской задолженности.

Поэтому одним из источников ликвидности на рынке может быть секьюритизация, то есть выпуск облигаций под накопленную задолженность. Это уже интересный рынок для профессионального финансиста.

Как мы обсуждали выше, Нацбанк практически закончил график доходности, а, значит, у организаторов выпусков ценных бумаг (underwriter) уже есть на руках необходимые данные для рассмотрения ценообразования и выхода на рынок.

В условиях волатильного курса тенге к доллару и больших рисков внешних займов – единственным рынком капитала доступным для наших компаний является внутренний корпоративный рынок. Государственные программы для поддержки бизнеса часто развращают частные компании и формируют значительные коррупционные риски. А дебиторская задолженность является лишь одним из многих примеров источников ликвидности для высыхающего рынка.

И это, кстати, та самая суть дедолларизации, о которой немало рассказывают. Суть дедолларизации в том, чтобы можно было занимать деньги в тенге, и их бы хватало на бизнес.

Поэтому, пока государство идет своим чередом и запускает разные программы, бизнесу четко надо осознать свою независимость от госпомощи и найти новые источники роста, которые завтра станут точкой роста всей экономики. Ведь настоящая точка роста находится в голове у бизнесмена.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


финансовый консультант

 

Статистика

3709
просмотров
 
 
Загрузка...