Как четыре президента искали в Минске аварийный выход

Досым Сатпаев, директор Группы оценки рисков: Сам факт проведения переговоров в Минске означает, что Украина, ЕС и Россия явно чувствуют, что украинский конфликт загоняет всех в политический и экономический тупик, из которого пока не найдено аварийного выхода

Фото: пресс-служба Акорды
Нурсултан Назарбаев, Владимир Путин, Александр Лукашенко и Петр Порошенко.

Диалог или монолог?

Говорить о каком-то провале переговоров вряд ли стоит. В конечном счете, встреча президентов Украины и России после нескольких месяцев затяжных и кровопролитных боевых действий – уже определенный успех. По крайней мере, 26 августа в Минске состоялась попытка провести первый серьезный диалог, который не получалось наладить до этого. Войну этот диалог не остановил, но обе стороны прощупали границу возможных уступок со стороны друг друга. Впрочем, основная проблема заключается в том, что руководство Украины и России в последнее время так активно загоняло себя в тупик ура-патриотических настроений внутри своих стран, что теперь опасается продемонстрировать слабину. Но любой полноценный диалог невозможен без намерения пойти на взаимные уступки.

Петр Порошенко боится из «президента надежд» превратиться в «президента разочарований», если не сможет быстро решить проблемы с сепаратистами, если в стране начнется жесткий финансово-экономический кризис и газовые проблемы зимой. Тревожным знаком для Порошенко, а также для премьер-министра Украины Арсения Яценюка были новые митинги в Киеве, которые недавно провела радикальная организация «Правый сектор», принимавшая активное участие в последней смене власти. Также неясными являются последствия предстоящих парламентских выборов в Верховную Раду, в которых вряд ли будет участвовать значительная часть Восточной Украины. Следовательно, легитимность нового парламента всегда можно поставить под сомнение.

На этом фоне политическая и экономическая ситуация на Украине будет только ухудшаться. Украинские власти уже заявили, что страна может потерять около $7 млрд в течение года в результате санкций в отношении России. К этому надо приплюсовать потерю контроля над промышленными восточными регионами Украины, что наносит серьезный удар по экономическому потенциалу государства.

Не меньше вопросов вызывает и газовая проблема. Заявление Яценюка о том, что транзит российского газа через Украину может быть остановлен, вызвало негативную реакцию в Германии. Тогда премьер изменил формулировку, заявив, что ему известно о планах России полностью прекратить транзит газа через Украину в страны Евросоюза грядущей зимой. Муссирование этой темы означает нежелание Киева начать газовый диалог с Москвой, а это может привести к ухудшению отношений с рядом европейских стран, которые еще сомневаются в чрезмерном давлении на Россию. Неудивительно, что газовая тема была одной из обсуждаемых в ходе минской встречи. По крайней мере, министр энергетики РФ Александр Новак сообщил, что Россия, Украина и ЕС договорились продолжить консультации по поставкам газа уже 6 сентября 2014.

Как ни странно, но именно война санкций также заложила основу для попытки начать переговорный процесс между Россией и Западом, так как обе стороны понимают, что понесут серьезные финансовые убытки.  По оценкам некоторых экспертов, экономические потери России от санкций Евросоюза составят примерно 100 млрд евро за 2 года. Европейский союз может понести аналогичный ущерб. Неудивительно, что два крупных участника ЕС – Германия и Франция – готовы продолжать диалог с Россией. Президент РФ Владимир Путин в начале августа уже провел телефонную беседу с канцлером Германии Ангелой Меркель, которая считает, что необходимо продолжать переговоры с российским руководством по разрешению украинского кризиса.

Бизнесмены за мир

В конечном счете, дальнейшая эскалация конфликта в Восточной Украине, связанная с появлением Донецкой (ДНР) и Луганской (ЛНР) народных республик, поставили российскую элиту в сложное положение. С одной стороны, Кремль не мог отказать в поддержке (военной, технической и гуманитарной) сепаратистам, которые выступали за присоединение к России. Кстати, украинская сторона посчитала успехом переговоров именно начало консультаций с российским руководством по поводу ужесточения контроля на российско-украинской границе. Но отказ от поддержки сепаратистов может нанести удар по рейтингам Путина, которого активно позиционировали как спасителя всей восточной Украины, а не только Крыма. Об этом свидетельствуют результаты опроса российского «Левады-центра», которые показали, что сейчас за Путина готовы голосовать 52% из числа всех опрошенных и 82% из тех, кто уже определился с выбором. В июле 2014 опрос американского Gallup также продемонстрировал, что популярность президента среди россиян достигла максимума за 6 лет. И впервые с 2008 большинство (73%)  россиян считают, что руководство страны проводит верный курс. Для сравнения: в январе 2014, по результатам аналогичного опроса «Левады-центра», Путина на выборах готовы были поддержать только 29% опрошенных.

С другой стороны, руководство России хорошо понимает, что ситуация рано или поздно выйдет из-под контроля. Более того, из-под контроля могут выйти и сами сепаратисты. Кроме того, затягивание военных действий между официальными властями Украины и сепаратистами в Донецке и Луганске усиливали позиции «ястребов» не только в США, но и в некоторых европейских странах. Ситуация еще больше осложнилась после введения санкций не только против отдельных представителей российской политической и бизнес-элиты, но и против крупных российских банков и компаний.

Дошло до того, что, по данным немецких СМИ, в президентском окружении началась борьба между сторонниками жесткого политического курса и бизнес-элитами. В начале украинского кризиса российская элита выглядела более монолитной, но олигархов сильно обеспокоило, что Европейский союз и Великобритания начали подготовку списка российских бизнесменов и чиновников, чьи бизнес-интересы на Западе могут пострадать. Таким образом, крупный российский бизнес является больше сторонником переговоров, нежели продолжения конфликта. Аналогичной позиции придерживаются украинские олигархи и их западные партнеры. Именно поэтому недавно появилось совместное заявление бизнесменов с призывом к мирному урегулированию конфликта. Это обращение подписали владелец Virgin Group Ричард Брэнсон, а также 15 российских, украинских и западных бизнесменов. Олигархи даже предложили свою помощь в решении этой проблемы.

Появятся ли на Украине миротворцы ООН?

Однако Владимир Путин вновь обвинил украинские силовые структуры в продолжении активных боевых действий, которые ведут к многочисленным человеческим жертвам и обострению гуманитарных проблем (уже сейчас на территории России находится более 730 тыс. украинских беженцев). При этом Путин подчеркнул, что ответственность за происходящее несет Киев.

Эти выпады, по сути, означают, что Россия решила поменять тактику по отношению к властям Украины, делая акцент на угрозе гуманитарной катастрофы в Донецке и Луганске. Эта тема была вынесена на рассмотрение и на экстренном заседании Совета безопасности ООН, созванном по инициативе России. Интересно то, что в 2008, также заявляя о гуманитарных проблемах, Россия оказала военную поддержку Южной Осетии и Абхазии, которые получили независимость от Грузии. Возможно, именно поэтому Вашингтон и Лондон уже предостерегли Россию от использования гуманитарной помощи на востоке Украины как повода для ввода войск. Кстати, именно США и Великобритания открыто демонстрируют позицию «ястребов», вынуждая Киев проводить более жесткую политику. Более того, все активнее звучат призывы нарастить силы НАТО в балтийских странах, что также вызывает опасения в Москве.

Впрочем, для Путина более актуальным является не ввод войск на Украину, а сохранение переговорного окна с европейскими странами. Россия пытается внести раскол между США и некоторыми европейскими странами. Для Москвы также важно использовать Берлин и Париж в качестве дополнительного инструмента давления на Киев.

США и Великобритания считают, что для урегулирования украинского кризиса Россия сначала должна прекратить поддерживать сепаратистов, которые должны сложить оружие и начать исполнять мирный план украинского президента. Суть этого плана состоит в том, что восточные регионы Украины получают широкую автономию, в том числе, с точки зрения определения своей языковой политики. В целом это напоминает модель федерализации страны, которую когда-то предлагала Украине Россия. Отмечу, что в Минске Путин призвал Киев вести переговоры именно с ДНР и ЛНР (но без требований разоружения), отрицая участие России в украинском конфликте.

В результате украинская власть попала в сложную ситуацию, так как США и Россия фактически признают за сепаратистами право голоса. Отличия только в деталях. Но, неофициально смирившись с потерей Крыма, украинские власти вряд ли смирятся с дополнительной потерей контроля над промышленным востоком страны. Особенно учитывая, что Украина и так на грани экономического коллапса. Все это говорит о том, что если конфликтующим сторонам не удастся договориться, то, возможно, правы те эксперты, утверждающие, что самым оптимальным вариантом может быть ввод в зону конфликта миротворческого контингента ООН с целью создания демаркационной и демилитаризованной зоны. Хотя, как показывает мировая практика, такие зоны могут существовать десятилетиями, фактически разделяя страну на две части. Это значит, что для Киева такой вариант будет менее предпочтительным.

Конфигурация посредников

Конфликт на Украине не только изменил геополитическую конфигурацию постсоветского пространства, но и породил интересную конфигурацию посреднических услуг, так как сложилась довольно интересная группа модераторов, куда вошли страны Европейского и Таможенного союзов. Действительно, кто еще в прошлом году мог предположить, что "изгой" на Западе Александр Лукашенко вдруг превратится в одного из инициаторов переговорного процесса, который поддержали многие европейские политики? Интересно, что именно белорусская, а не казахстанская столица стала местом переговоров. Впрочем, официальный Минск, в отличие от Астаны, не получал две ноты протеста от Киева по поводу не совсем деликатных заявлений относительно Крыма и других событий на Украине. Поэтому можно согласиться, что от этих переговоров политические дивиденды получил именно Лукашенко, который, как выяснилось, уже не кажется Западу таким «проблемным», как раньше, на фоне нарастающего политического и экономического хаоса на Украине. Хотя Минск также беспокоят не только экономические и военные последствия украинского кризиса, но и то, что разрастание военного конфликта на востоке соседней страны может привести к росту беженцев не в одну лишь в Россию, но и в Белоруссию.

Что касается Казахстана, то президент Нурсултан Назарбаев заявил по итогам минских переговоров, что следующая встреча в таком же или расширенном составе может состояться в Астане. То есть наша республика все активнее пытается вернуть себе статус нейтрального посредника после нескольких дипломатических ошибок, сделанных весной 2014 при оценке ситуации в Украине.

В конечном счете, у Казахстана есть опыт посредничества. Например, совсем недавно республика предоставляла площадку для многосторонних переговоров Запада с Тегераном по поводу иранской ядерной программы. Но самое главное, что Украина все же видит в Белоруссии и в Казахстане некий дополнительный инструмент влияния на Россию. Только за два последних месяца Назарбаев и Путин провели 6 телефонных переговоров. Президенты обсуждали как события на Украине и войну санкций, так и перспективы Евразийского экономического союза. Дело в том, что уже возникли разногласия между Минском, Астаной и Москвой по поводу взаимоотношений с Украиной, которую Лукашенко и Назарбаев не собираются исключать из списка торговых и политических партнеров. В Минске, кстати, на этом был сделан акцент.

Что касается болезненного для России вопроса о ратификации соглашения об ассоциации Украины с Европейским союзом, то президент Казахстана был довольно дипломатичен, высказавшись в поддержку создания рабочей группы, которая должна учесть все плюсы и минусы этой ассоциации как для Украины и ЕС, так и для России. При этом Астана, в отличие от России, не отрицала суверенного права Украины на принятие такого решения.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


политолог

 

Статистика

7232
просмотр