Эпидемия коронавируса в Казахстане может потребовать пересмотра подходов судов к правилам о форс-мажоре

В Казахстане форс-мажор не освобождает сторону от ответственности за неисполнение обязательства по оплате денег

ФОТО: inbusiness.kz

Принятие указа, введение карантина, ограничения на передвижение, выезд, въезд, ограничение деятельности организаций – представляют собой форс-мажор, если они сделали невозможной деятельность предпринимателя. В таком случае, как правило, предприниматель должен освобождаться от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора (убытков, неустойки, иных санкций в связи с задержкой).

На период действия форс-мажора обязательства сторон продлеваются или приостанавливаются (если исполнение не стало окончательно невозможным в результате форс-мажора). Обязательство подлежит исполнению после прекращения действия форс-мажора, если стороны не договорились об ином. Например, договор может предусматривать право стороны расторгнуть его, если форс-мажор длится дольше определенного срока, договор может содержать иные последствия наступления форс-мажора.

Таким образом, если в результате карантина торгово-развлекательный центр не может предоставить доступ к арендуемому бутику, то это будет форс-мажор, так как невозможность предоставить помещение вытекает из акта органа власти. Поскольку арендодатель не способен предоставить помещение, исполнение этого обязательства, как правило, продлевается соразмерно длительности и влиянию форс-мажора. А так как помещение не предоставлено, арендатор, соответственно, платить не должен. Вследствие форс-мажора, арендодатель не несет ответственность за задержку с предоставлением помещения.

Между тем правила о форс-мажоре, как правило, не применяются к обязательствам по оплате денег (оплата кредита, арендной платы). В соответствии с п. 2 ст. 359 Гражданского кодекса РК, «лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет имущественную ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы». Из указанной нормы следует, что на форс-мажор можно сослаться в ситуации, когда обязательство невозможно исполнить. Вся проблема в том, что доказать невозможность оплаты денег крайне тяжело, если вообще возможно.

То есть если арендуемый объект формально не закрыт, арендодатель предоставил помещение, но нет посетителей (например, если в ресторан перестали приходить клиенты, опасаясь эпидемии), в таком случае форс-мажор не должен служить основанием для неуплаты арендной платы/погашения кредита.

При этом, в отличие от России, законодательство Республики Казахстан не содержит прямого запрета на применение правил о форс-мажоре к денежным обязательствам. Можно спорить, что запрет на применение правил форс-мажора к денежным обязательствам вытекает из п. 1 ст. 374 ГК: «обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое должник не отвечает. Действие настоящего правила не распространяется на денежные обязательства».

Между тем в приведенной норме речь идет о ситуации, когда договор прекращается, если несмотря на завершение форс-мажора договор исполнить невозможно. Например, в результате землетрясения здание разрушено и его невозможно сдать в аренду. В случае же с эпидемией речь идет только о задержке исполнения обязательства по оплате аренды/кредита – на период действия эпидемии, нет речи о прощении долга. То есть обязательство по оплате денег можно будет исполнить после прекращения форс-мажора. Поэтому п. 1 ст. 374 ГК неприменим к нашей ситуации.

Таким образом, в Казахстане в теории арендатор или заемщик может привести довод в пользу того, чтобы его освободили от ответственности за задержку платежа в связи с наступлением форс-мажора. Между тем на практике это может оказаться крайне затруднительным с точки зрения доказывания.

Российская судебная практика, хоть она к нам и не применима, занимает позицию, что «не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств…». То есть деньги можно занять или можно предпринять иные действия для получения денег, даже если это выльется в убытки. Подобное мнение достойно внимания, поскольку, действительно, предпринимательская деятельность по определению сопряжена с риском.

Между тем мог ли разумный предприниматель предвидеть последствия существующей эпидемии? С одной стороны, все мы знали, что происходило за рубежом, и можно занять позицию, что предпринимателям следовало подготовиться заранее. Но нельзя отрицать и того, что масштаб происходящего в Казахстане и в мире трудно было предвидеть. Насколько нам известно, подобного масштаба эпидемий в современной истории не было. К каким последствиям для экономики приведет твердая позиция судов о том, что форс-мажор не применяется к денежным обязательствам? Ответ на данный вопрос является, по крайней мере, спорным.

17 марта 2020 вышел пресс-релиз Агентства РК по регулированию и развитию финансового рынка, из которого следует, что введение режима ЧП представляет собой форс-мажор и что по займам и микрокредитам физических и юридических лиц штрафы и пени при просрочке не должны начисляться. На данном этапе не совсем понятно, поддержат ли все банки такое решение агентства, каким образом будет оформляться решение агентства и как подобная инициатива будет реализована в действительности. 

В любом случае, если вопрос потребительского кредитования может быть, и частично разрешен, что делать с договорами аренды? Что делать предпринимателям, у которых имеются аналогичные фиксированные ежемесячные платежи, а доходы упали до нуля?

Из смысла приведенного выше п. 2 ст. 359 ГК следует, что в Казахстане форс-мажор не освобождает сторону от ответственности за неисполнение обязательства по оплате денег. Нельзя не платить кредит или арендную плату со ссылкой на форс-мажор. Но это не вопрос права, а вопрос стандарта доказывания. На вопрос о том, оказалось ли в действительности невозможным исполнение обязательства по оплате денег в конкретной ситуации, может ответить суд исходя из своего внутреннего убеждения. Таким образом, суды могут снизить порог «невозможности», если захотят, учитывая обстоятельства.

Если в отношении бизнеса занять строгую позицию, что форс-мажор к ним не применим, возможны банкротства и дальнейшее ухудшение экономической обстановки. С другой стороны, это не в интересах арендодателей. Новая реальность, по всей видимости, потребует пересмотра правовых подходов к правилам, применимым к форс-мажору. У судов Казахстана и у Верховного суда, в частности, имеется возможность выстроить сбалансированный, верный и справедливый подход к судебной практике в этом вопросе. 

Авторы:
Бахыт Тукулов, партнер,
Сухроб Иссаханов, юрист,
судебная практика,
юридическая фирма «GRATA»
: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
17398 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
4 декабря родились
Бейбит Исабаев
руководитель представительства президента в парламенте
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить