Общий энергетический рынок ЕАЭС: ломать не строить

Экономист Пётр Своик: «Главная проблема электроэнергетики в Казахстане – отсутствие как органа, ответственного за неё, так и того, кто мог бы справиться с такой ответственностью»

Фото: futureaccess.ru

Впервые за много лет Алматы навестил московский гостьДаниал Ахметов, министр по энергетике и инфраструктуре Евразийской экономической комиссии: 9 июля здесь прошло внеочередное заседание Консультативного комитета по нефти и газу при коллегии ЕЭК

Впрочем, незадолго до этого наш бывший премьер Даниал Ахметов, а ныне «союзный министр» (именно так практически официально именуют членов руководства Евразийского экономического союза) побывал и в столице Казахстана – на VII Астанинском экономическом форуме. Сквозной темой было создание общего энергетического рынка: нефти и газа - пока только к 2025, а электроэнергии – уже в ближайшие годы. Причем форсируется именно электрорынок: менее чем через год, к 1 июля 2015, должна быть сформирована его концепция, а в 2019 весь процесс должен уже завершиться.

Электроэнергетика доедает советский ресурс

Как энергетик - всецело поддерживаю такое быстрое продвижение. Тем более что речь идет не о создании чего-то нового, а об элементарном восстановлении той общей энергосистемы, что активно создавалась еще при Сооветском Союзе. Уже тогда взаимно необходимой и полезной. Имевшей мощные планы дальнейшего российско-казахстанского энергетического развития. Которые с распадом СССР тоже распались.

К примеру, Экибастузский энергоузел строился как опорная часть моста для переброски дешевой электроэнергии сибирских ГЭС в центр России. Для этого были построены сразу две уникальные линии напряжением свыше миллиона кВ: одна на постоянном токе, другая на переменном. Обе - от Барнаула до Экибастуза и от Экибастуза до Тамбова.

Все это проектировалось и строилось при двух действительно мощных министрах энергетики: в Москве сидел П. С. Непорожний, в Алма-Ате – Т. И. Батуров.

Но не всё они успели.

Едущие из Астаны в Павлодар мимо Экибастуза могут и сейчас наблюдать слева от дороги громадную многоэтажную коробку без окон и дверей, торчащую посреди степи. А это как раз одно из ключевых сооружений – подстанция для преобразования переменного тока в постоянный. Напичканная не просто уникальным, но даже «штучным» оборудованием того еще времени.

Да, сейчас связи Барнаул - Экибастуз и Экибастуз - Тамбов работают, но - на «детском» для них напряжении. Большего, впрочем, пока и не требуется: нагрузки в годы «рыночных реформ» резко просели и до сих пор еще не восстановились до уровня 25-летней давности. И не надо нам рассказывать об экономии и повышении энергоэффективности. Всё это лишь на бумагах профильных министерств - индустрии и новых технологий, а также охраны окружающей среды. Да в торжественных рапортах при дистанционных пусках объектов ФИИР. Реально же культура энергопотребления практически не повысилась. А всего лишь понизилась энерговооруженность экономики, переведенной в «экспортно-сырьевой» формат. И у нас, и в России.

Но, как бы то ни было, потребление все-таки растет, крупных генераций и дальних перебросок начинает уже опять не хватать, и рассыпавшиеся с крахом СССР планы приходится вновь собирать и оживлять уже Евразийскому союзу.

Так вот, если кому-то показалось, что Москва и здесь использует Экибастуз «для себя», подчеркнём: те уникальные высоковольтные линии – лишь часть общего проекта, нацеленного стратегически как раз на Казахстан и Центральную Азию. Для чего посередине длиннющего высоковольтного перегона от Экибастуза до Алматы должна была быть сооружена Балхашская ГРЭС – полный аналог Экибастузских ГРЭС-1 и ГРЭС-2. Ну и, конечно, достроена до полной мощности та самая ГРЭС-2. И тогда Экибастуз действительно стал бы центром всей Евразийской энергосистемы, обеспечивающим стратегические связи и мощные переброски на восток, запад и юг. Кстати, и на север тоже, поскольку запитка омского энергорегиона также стратегически шла от Экибастуза.

Однако коммунисты развалились, не закончив дела. И оставив после себя не включенные на проектную мощность сверхвысоковольтные ЛЭП, всего лишь два (вместо восьми) энергоблока на ЭГРЭС-2, строительный поселок (ныне  Улькен) и заложенный нулевой цикл на площадке Балхашской ГРЭС.

С тех пор если что и добавилось, так это восстановление трех аварийных блоков на ЭГРЭС-1, достройка третьего блока на ЭГРЭС-2 да бесконечное включение в планы развития электроэнергетики начала строительства той самой Балхашской ГРЭС. Аккуратно переименованной в ТЭС (тепловая электрическая станция), поскольку за этой аббревиатурой возможен и угольный, и атомный формат. Хотя и поныне и южнокорейский, и российский, и угольный, и атомный варианты этой ТЭС остаются, похоже, на уровне разговоров и протоколов о намерениях.

Ну, и сообщим для сведения: еще в первые годы суверенитетов добавилась ЛЭП-500, срочно протянутая РАО ЕЭС по российской территории для запитки Омска не от Казахстана.

Короче, советский генерационный и сетевой передающий ресурс энергетиками и их потребителями сильно подъеден, поэтому планы по воссоединению российской и казахстанской энергосистем в формате общего рынка накладываются на необходимость разработки не только общей эксплуатационной, но и инвестиционной концепции.

А теперь - рынок, и каждому придется отвечать за себя.

В этой связи такая информация к размышлению.

Беспредельный тариф в обмен на инвестиции

Политика «тариф в обмен на инвестиции» в отношении электростанций реализуется в Казахстане с 2009. По сравнению с 2008 уровень отпускных тарифов на конец 2014 увеличился в 1,8-3,8 раза.

За пять лет инвестиции в сферу генерации составили 692,2 млрд тенге, с вводом 1776 МВт электрических мощностей (новые мощности – 1086 МВт, восстановленные – 690 МВт).

Между тем, существуют достаточные резервы для сохранения темпов инвестиций в модернизацию и развитие генерирующих мощностей без повышения предельных тарифов.

В качестве примера можно привести факт получения дополнительных доходов за счет превышения выработки электроэнергии по сравнению с объемами, заложенными при расчете предельных тарифов. Так, с 2009 по 2012 совокупный объем выработки электроэнергии Экибастузской ГРЭС-1 по соглашениям составил 41,8 млрд кВт-часов, а фактически отпущено на 21% больше (50,6 млрд кВт-часов). Таким образом, необоснованный доход ЭГРЭС-1, не подкрепленный инвестиционными обязательствами, составил 28 млрд тенге.

При наличии тарифных «излишеств» допускается неэффективное и нецелевое использование средств. Например, средства направляются не на развитие генерирующих мощностей, а на приобретение автотранспорта и офисной техники, ряд электростанций выплачивает дивиденды с прибыли, полученной от предельных тарифов. К примеру, та же ЭГРЭС-1 выплатила порядка 8 млрд тенге за 2012.

«Перефинансирование» выражено и в существенно большем уровне капиталовложений на восстановление выбывших из-за аварий или износа старых мощностей, и достройку незаконченных блоков на существующих электростанциях (390 тыс. тенге, или $2534 на один кВт мощности) по сравнению с инвестициями даже в новое строительство. Для сравнения: капиталовложения в первую (относительно более дорогостоящую) очередь возводимой «с нуля» Балхашской ТЭС оцениваются в 566 млрд тенге, или $2505 за один кВт.

Примененный при исчислении «предельных» тарифов подход обеспечивает сверхпривлекательность инвестиций и высокую норму доходности, создает условия для перегрева экономики.

В частности, предусмотрена возможность годовой окупаемости капиталовложений: объем инвестиций определяется исходя из суммы, собираемой в течение года через амортизацию и прибыль в тарифе. В то же время инвестиции направляются в долгосрочные активы со сроком службы более 15 лет.

По сути, учет прямых инвестиций приводит к постоянному экономически необоснованному росту тарифа и не стимулирует привлечение заемных средств для увеличения объемов и темпов модернизации электростанций. Например, при пятилетнем сроке кредитования источники инвестиций (при неизменном уровне тарифа) увеличиваются более чем втрое.

В 2015 предлагается сохранить уровни тарифов 2014. При этом для Экибастузских ГРЭС-1 и ГРЭС-2, Евразийской энергокомпании и алматинских электрических станций - тарифы снизить до уровня 2013.

Нет человека – нет проблемы

Текст, который вы читаете, согласитесь, весьма критический, с крупными оргвыводами: все перечисленные для «урезания» тарифов электростанции – самые мощные в Казахстане. Однако это не оппозиционный материал, а почти дословный пересказ записки первого вице-премьера Бакытжана Сагинтаева на имя премьера Карима Масимова. И хотя здесь в подоплеке - аппаратная коллизия (за тарифы на генерацию отвечает другой вице-премьер - Асет Исекешев), изложено все верно.

Иными словами, ситуация такова: за 5,5 лет опережающего повышения тарифов на генерацию электроэнергии удалось ввести немалые мощности. Но это всего лишь восстановление выбывших по авариям или по старости турбин на действующих электростанциях и достройка недостроенных. Причем обошлось это по ценам, высоковатым и для строительства электростанций «с нуля».

А вот именно с нуля, за исключением совсем небольшой Жанажольской ГТЭС и нескольких малых ГЭС, – не построено ничего. И даже не начато. Начиная с действительно необходимой и много лет включаемой в планы Балхашской ТЭС.

Причина этому очевидна, хотя и напрочь не замечаема руководителями казахстанской энергетики. В стране нет системы нормирования и аудирования деятельности электростанций, высоковольтных и распределительных электросетей. Поэтому и эксплуатационные, и «инвестиционные» тарифы растворяются в непрозрачности и неподотчетности энергомонополистов.

К тому же еще со времен министра энергетики Мухтара Аблязова в Казахстане внедряется так называемый «оптовый рынок электроэнергии», подхваченный и реализованный Даниалом Ахметовым в бытность премьер-министром. Достаточно спорный в концепции и бесспорно несостоятельный в практическом исполнении.

И всё это надо бы срочно осмыслить-переварить. Не только в преддверии общего с Россией и Белоруссией энергорынка, но еще более из-за берущей нас за горло необходимости серьезных инвестиций в энергетику – при ее нынешней неэффективности и непрозрачности.

Впрочем, проблема осмысления и составления работоспособной Концепции устройства и развития казахстанского и евразийского энергорынка снимается другой проблемой. Это отсутствие в Казахстане как органа, ответственного за электроэнергетику, так и того, кто мог бы справиться с такой ответственностью.

Боюсь, московский министр энергетики Даниал Ахметов (пусть даже как строитель и руководитель он состоялся именно в Экибастузе) нам оттуда вряд ли поможет.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9944 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
22 сентября родились
Кайрат Боранбаев
председатель наблюдательного совета ФК "Кайрат", №13 рейтинга богатейших бизнесменов Казахстана - 2019
Ануар Джумадильдаев
экс-председатель Комитета по финансовому мониторингу Министерства финансов Республики Казахстан
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить