«Электроэнергетика – локомотив не развития, а инфляции»

Экономист Пётр Своик: «Электроэнергетика, дающая свет, стала самой темной отраслью в стране»

Фото: yk-news.kz

Более трети запланированных до 2015 новых генерирующих мощностей введены в строй в Казахстане, сообщил в среду, 9 октября, вице-премьер - министр индустрии и новых технологий страны Асет Исекешев в ходе VIII Евразийского форума Kazenergy.

«Планируется ввести до 2015 года (с 2009 года) более 3 тысяч мегаватт генерирующих мощностей, из которых уже сегодня введено 1250 мегаватт. Остальные проекты в работе и в установленный срок – до 2015 года – мы получим 3 тысячи мегаватт», - сказал Асет Исекешев.

Новое – хорошо забитое старое

Да, так оно и есть, но только стоит добавить, что почти все (кроме небольшой Жанажольской ГТЭС на 48 МВт) введенные 1250 МВт – это восстановление когда-то работавших, но остановленных по старости или из-за серьезных аварий турбин в Экибастузе, Аксу и еще на нескольких ТЭЦ. А оставшиеся две тысячи мегаватт расшифровываются так: это возвращение в строй еще двух стоящих блоков на Аксуйской ГРЭС и ЭГРЭС-1 и достройка не законченной при советской власти Экибастузской ГРЭС-2 блоком номер три.

И – всё. Больше в Казахстане восстанавливать и достраивать нечего (кроме той же ЭГРЭС-2). Перед энергетиками в полный рост встала проблема нового строительства - штука много более долгая, дорогая и сложная.

В частности, уже неотложно надо приступать к реанимации остановленного еще в советские годы «нулевого» цикла новой Балхашской ТЭС, да и поставленная президентом задача выбора места и начала строительства первой казахстанской АЭС тоже подпирает.

Поэтому в самый раз подвести промежуточный итог: во что потребителям и казахстанской экономике в целом обошелся относительно недорогой и несложный первый этап подтягивания энергетических мощностей – ремонтно-восстановительный.

Если по деньгам, то надо (как справедливо отметил министр) отсчитывать с 2009 года: именно тогда МИНТ перевел электростанции на так называемые «предельные» тарифы. В которые сознательно заложили больше, чем ГЭС, ГРЭС и ТЭЦ необходимо для текущей деятельности. Расчет был на то, что и эти надбавки пойдут на инвестиции, и что повышенный тариф заманит в отрасль частных инвесторов.

Итог таков: частный инвестор не заманился, а единственными невольными инвесторами стали сами потребители - население и экономика. Собрано (сверх собственно эксплуатационных расходов) 514,6 млрд тенге (это данные самого МИНТ), или $3,43 млрд. В итоге инвестиционная эффективность «предельных» тарифов составила $2740 на каждый восстановленный кВт. А чтобы иметь представление, много это или мало, сообщим для сравнения, что строительство действительно новой Балхашской электростанции обойдется нам по проекту по $1705 за кВт. И это по мировым строительным меркам даже дороговато.

Да, чуть не забыл! Возвращение в строй аварийных блоков имело, кроме полученных электростанциями «предельных» тарифов, еще и свои источники финансирования.

То есть, если уж говорить напрямую, то вся «предельная» тарифная политика МИНТ поддержала в лучшем случае эксплуатацию и позволила худо-бедно отремонтироваться - не более. Большая же часть принудительных потребительских «инвестиций» растворилась в непрозрачности и неподотчетности энергетических монополистов.

Если же от собственно тарифного обременения перейти к общесистемному воздействию энергетики на национальную экономику и социальную сферы, вывод такой: электроэнергетика ныне не локомотив развития – она локомотив инфляции.

Ситуация совершенно парадоксальная: правительство рассматривает борьбу с инфляцией как важнейший приоритет своей деятельности, старается держать ее в планируемом на год-три вперед коридоре, а ключевое ведомство, ответственное за всю индустрию и новые технологии, пускает электрические тарифы паровозом ко всем ценовым цепочкам в экономике.

Вот данные Агентства по статистике:

С 2005 по 2011 плата за электричество более чем удвоилась (118%), и это примерно в 2 раза выше среднего роста всех цен. В 2012, например, при отчетной инфляции 6,0% тариф на электроэнергию вырос на 10,1%. А в 2013, если общий рост цен с января по август вышел на уровень 5,8%, то тарифы на электроснабжение подняты уже на 11,9%.

Одно дело, если бы правительство открыто обратилось к населению и бизнесу: давайте потерпим, пусть стоимость киловатт-часа подстегивает общий рост цен в стране, но зато такой ценой мы получим современную и экономичную энергетику. А вот так: тишком, да с явно пшиковым эффектом – нехорошо получается.

Что нам стоит ТЭС построить

Теперь о предстоящем уже новом строительстве.

Подсчитанный самими энергетиками необходимый объем вложений до 2030 - 10,5 трлн тенге, то есть минимум по 600 млрд в год. Тогда как с 2009 по 2012  собрано «инвестиций» всего 514,6 млрд тенге. Да хотя бы они все пошли в дело – разве реально думать, что с потребителей можно собрать столько?

Но ведь думают же!

«В целом энергетика – одна из базовых отраслей, от которой зависит развитие экономики, поэтому сейчас ведется работа по разработке стратегии развития энергетического комплекса до 2030 года, которая должна определить четкий энергобаланс и определить основные направления по всем вопросам электроэнергетики. Эта работа сейчас практически завершается и в четвертом квартале этого года будет уже обсуждаться в правительстве».

Это тоже цитата из выступления министра на форуме Kazenergy, и тут тоже есть что добавить. Подтвердим: проект упомянутой стратегии уже существует, он разработан компанией Strategy Partners Group, заказчиком выступило  АО «Самрук-Энерго», а техническое задание согласовано МИНТ.

Так вот, по проработкам Strategy Partners Group,  предлагаемые решения основываются на повышении среднего тарифа на электроэнергию для конечного потребителя с 13 тенге/кВт-час на уровне 2014 до 23 тенге к 2020 году и до 42 тенге к 2030. То есть, средним темпом по 13% в год, в том числе на ближайшие годы разработчики закладывают рост 19% в год.

В самом деле, чего мелочиться: сколько денег нужно, на столько и надо повышать тарифы, кто бы сомневался!

Ну, а насчет того, как это соотносится с платежеспособностью населения, не рухнет ли под таким тарифом вся несырьевая экономика – на этот счет Концепция и не заикается: главный энергомонополист Казахстана проплатил, курирующее министерство техзадание подписало – вот вам чисто конкретно отраслевой подход!

Стратегическое партнерство – с кем?

Что характерно: за солидным английским названием «Группы стратегического партнерства» стоит отнюдь не заморский адрес. Это российская консалтинговая компания, осуществляющая на коммерческой основе консультирование и стратегические разработки для международных корпораций и правительственных организаций, с недавних пор открывшая свой офис и в Астане.

Расписанная ею Стратегия для казахстанской энергетики оформлена вполне профессионально, с хорошим владением материалом. Например, в преамбуле совершенно справедливо указано, что необходимость ее разработки обусловлена отсутствием видения развития электроэнергетической отрасли после 2015 года. И там же честно и со знанием дела показаны причины отсутствия этого видения: неработоспособность той модели рынка электроэнергии, которая была принята и реализована еще в бытность руководителями электроэнергетики Казахстана и России господ Аблязова и Чубайса.

Однако единственным вариантом выхода из этого тупика Стратегия видит… дальнейшую реализацию той же неработоспособной модели, но только в еще более радикальном варианте. Так, явно не оправдывающий своего назначения оптовый рынок электроэнергии предлагается дополнить еще и рынком мощности - еще более удорожающим тариф.

При этом вопрос: почему имитационный с самого начала оптовый рынок электроэнергии, окончательно выхолощенный самим же МИНТ через введение с 2009 фиксированных по группам электростанций «предельных» тарифов, вдруг должен эффективно заработать? – даже не рассматривается.

То есть, документ-то профессиональный, но односторонний и целенаправленный – исключительно в сторону продолжения функционирования либерально-рыночной модели электроэнергетики, априори «безальтернативной».

Другие возможные варианты для Казахстана не только не сопоставляются - не рассматриваются вовсе. Фактически Концепция есть квазипрофессиональное обоснование политического заказа, в котором собственно профессиональная часть (достаточно качественная) используется лишь постольку, поскольку она необходима для такого обоснования.

Например, обстоятельные ссылки на опыт организации энергорынков во многих странах мира остаются без конечных выводов. И это понятно: мировой опыт либерализации далеко не однозначен и отнюдь не демонстрирует безусловные преимущества по сравнению с жестко регулируемыми государством рынками, включая и государства высокоразвитые.

Где будем экономить?

«Для обеспечения этих задач принято специальное законодательство и программа «Энергосбережение-2020», которая представляет собой комплекс мер по многим направлениям. Это не только в области энергетики, здесь речь идет и об энергоэффективной промышленности и строительстве, социальном секторе. В целом это позволит снизить потребление энергии к 2030 году до 145 миллиардов киловатт-часов. Если бы не было этого процесса, то было бы потребление 170 миллиардов киловатт-часов».

Это тоже цитата из выступления министра, очень правильная. Но открою секрет: главные резервы энергоэффективности – они не в потреблении, а в выработке и доставке электроэнергии до потребителей.

Однако, если вы ждете, что сейчас начну грузить вас цифрами, как много денег и материалов неэффективно теряется на электростанциях и в сетях – не дождетесь. Этих цифр не знает никто: реальных данных нет ни у МИНТ, ни у АРЕМ, ни у Агентства по статистике.

Раньше у энергетиков была такая форма – «3-тех», ее все боялись. Потому что, правильно заполненная, она сообщала всю правду об экономичности или неэкономичности данной электростанции, при таком-то наборе оборудования и виде топлива. Бывало, конечно, и приписывали, но приписки можно было легко выявить. А теперь - нет такой отчетности, никому она не нужна. Рыночная либерализация!

Идеология и практика либерального рынка выстроена на менталитете европейского человека - законопослушность, индивидуализм и мотивация частной прибылью.

Вместе с заимствованной в Европе идеологией и практикой «рынка электроэнергии» в казахстанскую электроэнергетику пришел и западный человек – только не на производство, а в руководство. Это болашакеры, получившие хорошее университетское образование, ни дня не проработавшие в цехах в родном Отечестве и делающие теперь карьеру и погоду в АП, правительстве, отраслевых и регуляторных ведомствах.

То, что из опущенной в «рынок» электроэнергетики убрали за ненадобностью нормирование технико-экономических показателей и отчетность об их исполнении (вернее, перевели на «самонормирование» и «самоотчетность»), – это ладно. Так ведь и вообще избавили энергетиков от профессиональных внешних проверок. В результате электроэнергетика, дающая свет, стала самой темной отраслью в стране.

Вот за это и платим! 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
13582 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
19 апреля родились
Именинников сегодня нет
Хроники бизнесменов. Владимир Ким

На чём зарабатывает своё состояние №1 списка 50 богатейших бизнесменов Казахстана по версии Forbes Kazakhstan

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить