Миллиардеры со свалки

Технологический прогресс не только превращает автомобили во все более безопасные и легкие в управлении средства передвижения, но и делает их ремонт практически невозможным. Как на этом заработать? Двое товарищей первыми вышли с идеей продавать годные остатки автомобилей в интернете.

Уиллис Джей Джонсон (слева) нанял на работу на тот момент девятнадцатилетнего Адэра в 1989 году. Сегодня и основатель компании, и его зять стали миллиардерами благодаря росту цен на акции Copart с января 2019-го на 150 %.
Уиллис Джей Джонсон (слева) нанял на работу на тот момент девятнадцатилетнего Адэра в 1989 году. Сегодня и основатель компании, и его зять стали миллиардерами благодаря росту цен на акции Copart с января 2019-го на 150 %.

Необъятный участок площадью около 400 тысяч кв. м, расположившийся по соседству с железнодорожными путями и мастерскими по ремонту автомобилей в той части восточного Лонг-Айленда, которую никто точно не спутает с Хэмптонс. Погрузчики ловко маневрируют по территории аккуратной площадки, перемещая самые разные автомобили, начиная от видавших виды пикапов до почти новеньких купе Lotus. Однако это не простая автосвалка: все действия координируются электроникой. Операторы погрузчиков следуют скрупулезно составленному плану работ, записанному на планшеты. Каждому автомобилю, будь то слегка помятый BMW или не подлежащая восстановлению Toyota, присвоен уникальный цифровой код, нанесенный на лобовое стекло для легкости считывания цифровыми сканерами, после чего машину заносят в базу и перемещают на назначенное ей место на торговой площадке. В одноэтажном здании у въезда на территорию те, кто уже купил машину онлайн, ждут, когда смогут забрать свое новенькое приобретение, просканировав QR-код с телефона.

Этот доведенный до автоматизма механизм работает на автомобильных свалках Copart (а их 243) на территории США и за ее пределами. Публичная компания со штаб-квартирой в Далласе лидирует на рынке перепродажи пострадавших автомашин – пострадавших настолько, что страховые компании признали их не подлежащими восстановлению. Страховые компании (в первую очередь), компании по прокату автомобилей, автодилеры и даже физические лица платят Copart за то, чтобы они забрали у них кучу металлолома, ранее называвшуюся автомобилем. Copart затем выставляют купленные остатки на онлайн-аукцион, где их забирают либо те, кто профессионально занимается разбором автомобилей на запчасти, либо те, кто хочет восстановить автомобиль до пригодного к эксплуатации состояния (это по большей части покупатели из стран, где требования к безопасности транспортных средств ниже, чем в США).

«Мы занялись относительно несложным делом, где машины продавались в ходе устного аукциона, и превратили его в бизнес, где годовой объем ставок на торгах достигает $100 млрд, при этом 100% этого бизнеса – онлайн», – рассказывает 51-летний генеральный директор Аарон Джей Адэр во время конференции в Zoom, где присутствует и основатель компании (а также по совместительству тесть Адэра) 73-летний Уиллис Джей Джонсон. «На нашей офлайн-площадке может вообще никого не быть, – добавляет Джонсон. – Когда аукцион проходит онлайн, неважно, если во Флориде в это время бушует торнадо; мы продаем машины».

Это прибыльный бизнес: согласно отчетам Copart, при продажах за 2020-й финансовый год в размере $2,2 млрд чистый доход компании составил $700 млн, что означает рост прибыли по сравнению с предыдущим годом на 18%, несмотря на пандемию. И Адэр и Джонсон стали миллиардерами, а все благодаря росту акций компании с января 2019-го почти на 150%. По подсчетам Forbes, состояние Джонсона, владеющего 6% бизнеса, составляет $1,8 млрд, а 4% компании, которыми владеет Адэр и которые составляют основную часть его личного капитала, оцениваются в $1,1 млрд.

Вопреки, казалось бы, очевидному современные технологические прорывы, задача которых снижать уровень аварийности на дорогах, стали благом и для автосвалок. Конечно же, встроенные в бамперы лидарные датчики и системы автопилотирования помогают снизить количество аварий, однако те автомобили, которые все-таки попадают в дорожные происшествия и ремонт которых признается страховыми компаниями нерентабельным, находятся в объективно лучшем состоянии, что облегчает их перепродажу. А из-за того что технологические автоновинки дорого (а порой и просто невозможно) чинить даже после легких столкновений, последствия которых были бы легко устранимы еще 10 лет назад, страховые компании все чаще предпочитают просто заплатить за них полную страховую стоимость.

«Если произошло лобовое столкновение и на пострадавшей машине установлен автопилот, цена за ремонт бампера вырастает в 5, а то и в 6 раз только из-за того, что на нем есть лидарные датчики, – рассказывает Гэри Престопино, аналитик из чикагского инвестиционного банка Barrington Research. – В нынешних автомобилях так много технологий, что цены на ремонт стремятся только вверх».

«Сегодня мы продаем 12 000 машин, и все наши продажи – онлайн. В наших торгах участвуют люди из более чем 100 стран», – говорит генеральный директор Copart Джей Адэр. Фото сделано в Далласе, на одной из 243 площадок компании.
ФОТО: © Phil Kline для Forbes
«Сегодня мы продаем 12 000 машин, и все наши продажи – онлайн. В наших торгах участвуют люди из более чем 100 стран», – говорит генеральный директор Copart Джей Адэр. Фото сделано в Далласе, на одной из 243 площадок компании.

История Copart началась в 1982 году, когда Джонсон купил контрольный пакет акций в небольшом предприятии, занимавшемся автомобильными аукционами в Вальехо, Калифорния. Родившийся в 1947 году в городке Клинтон, Оклахома, он ушел на войну во Вьетнам всего через шесть месяцев после школьного выпускного. В одном из боев его ранили, и в 20 лет он вернулся в США. Недолго поработав в продуктовом магазине Safeway в городе Спокане, Вашингтон, он приехал в Калифорнию, где стал трудиться на принадлежавшей его отцу автосвалке, пока не купил свою собственную на окраине Сакраменто. Вместе с женой и тремя детьми Джонсон жил в трейлере на территории своего предприятия и последующие несколько лет занимался разбором автомобилей и грузовиков на запчасти. В 1982-м он купил площадку для аукционов в Вальехо в 50 км к северо-западу от Сан-Франциско, после чего занялся скупкой подобных площадок в Северной Калифорнии. В 1989 году он нанял на тот момент девятнадцатилетнего Адэра на должность менеджера.

В 1991-м, после того как он прочел, что его крупнейший на тот момент (и по сей день) конкурент Insurance Auto Auctions (IAA) планирует выходить на биржу, Джонсон задался вопросом, а почему бы его динамично развивающейся компании Copart не сделать того же. Тремя годами позже было проведено IPO, а полученные от размещения ценных бумаг средства Джонсон направил на покупку еще большего числа автосвалок по всей стране.

Очередной прорыв случился в 1998 году, когда Адэр, в то время занимавший пост президента Copart, совершил своего рода революцию, впервые в истории всей индустрии и всего через два года после запуска веб-сайта компании объявив о внедрении модели онлайн-торгов.

«Даже когда вы собирались покупать новую машину, вы не могли посмотреть ее фото в сети. Мы были первыми, кто дал покупателям такую возможность, – вспоминает Адэр. – Меня спрашивали о том, насколько значимую долю в нашем деле могут занимать интернет-аукционы. Помню, что отвечал: «Полагаю, что наша деятельность может на 100% состоять из электронных торгов». И к 2003 году мои прогнозы сбылись».

В том же году Адэр и Джонсон полностью отказались от очного формата аукционов и открыли возможность участвовать в торгах покупателям со всего мира. Семь лет спустя, в 2010-м, Джонсон покинул пост генерального директора и передал бразды правления своему зятю, который расширил географию деятельности Copart в Бразилию, Европу и на Ближний Восток.

В этой сфере, где фактически имеет место дуополия, международное присутствие наряду с технологическими преимуществами – это то, что до сих пор отличает Copart от IAA, считает аналитик из Baird Крейг Кеннисон. На удивление IAA вплоть до 2015 года в достаточной мере не осваивала интернет-продажи, которые Copart полностью внедрил 12 лет назад.

«Когда Copart пришел в интернет, компания сумела найти огромное количество покупателей, заинтересованных в предлагаемых ей автомобилях, – говорит Кеннисон. – А сегодня масштаб деятельности стал поистине глобальным, ведь к ним обращаются покупатели в буквальном смысле со всего света».

Адэру нравится называть Copart «устойчивым к рецессии и пандемии». После всемирного финансового краха 2008 года цены на бывшие в использовании автомобили снизились, ведь потенциальные покупатели потуже затянули пояса и сократили свои расходы. Однако благодаря этому же снижению цен страховым компаниям оказалось дешевле списывать слегка поврежденные автомобили, тем самым Copart получил большее количество машин и больше комиссий за их вывоз.

В начале пандемии весной прошлого года случилось обратное, которое тем не менее также оказало положительное влияние на бизнес Copart: значительно меньшее число людей садилось за руль в те дни, вследствие чего имело место меньшее количество дорожных аварий, соответственно, страховые компании признавали меньше автомобилей как полностью погибшие. Снижение объемов поставок годных остатков серьезно пострадавших автомобилей означало, что Copart платил за каждую больше, чем обычно. Однако при всем этом более высокие цены означали для Copart возможность зарабатывать больше на еще пригодных для ремонта и восстановления экземплярах. Хороший бизнес. Цены вверх? Компания получает прибыль. Цены вниз? Компания все равно получает прибыль.

Площадки Copart были признаны важной составляющей экономики страны и продолжали работать во время локдауна, что позволило компании полностью сохранить штат сотрудников. Компания, обычно сторонящаяся долгов, воспользовалась кредитной линией на $1,1 млрд, чтобы переоборудовать свои производственные объекты и запустить новые онлайн-сервисы, включая регулируемую QR-кодом электронную очередь на площадке в Лонг-Айленде.

«Внутри нашего бизнеса существует естественное хеджирование: любые движения цен, будь то вверх или вниз, компенсируются объемами продаж, – рассказывает Адэр. – Это было четко видно во время пандемии. В этом году мы получили больше прибыли, чем в прошлом, потому что сегодня цены на наши автомобили существенно выше, чем год назад».

Наша культура и наше время неимоверно перенасыщены как мусором, так и сокровищами. – Рэй Бредбери

По оценкам Адэра, примерно одна из пяти машин получает настолько серьезные повреждения в результате дорожно-транспортных происшествий, что из-за используемых в них новых, дорогостоящих технологий страховщики признают ее ремонт нецелесообразным. В конце 1980-х этот показатель составлял один автомобиль из десяти. Аналитики считают, что это далеко не предел и, по мере того как на дорогах планеты новые модели будут заменять старые, нас ждет увеличение еще на 50%.

«Раньше у каждого из нас был знакомый мастер по ремонту телевизоров, а сегодня мы выбрасываем поломавшийся телевизор на свалку, – замечает Адэр. – С машинами сейчас происходит то же самое. И для нашей компании это хорошие новости».

Автор: Джакомо Тоньини

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
5270 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
21 октября родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить