«31 каналу» - 20 лет

12 апреля 1993 года начал вещание один из первых частных телеканалов независимого Казахстана. Его вместе с друзьями создал выпускник журфака КазГУ Арманжан Байтасов, когда ему было 23 года. О том, как удалось сделать канал успешным брендом, он рассказал в интервью forbes.kz

Фото: Андрей Лунин
Арманжан Байтасов.

F: Как пришла идея создать собственный телеканал, и почему он получил именно такое название?

- Летним днем 1992 года мы, выпускники журфака, сидели у моего друга в микрорайоновской квартире и размышляли о том, что дальше делать. С конца 80-х годов мы уже занимались бизнесом, понимали, откуда что берется, но хотелось заняться чем-то более значимым. И вот во время обычного кухонного разговора возник вопрос: а не открыть ли нам телекомпанию? Ни у кого в ту минуту и мысли не промелькнуло, что это невозможно. Нам тогда казалось, что нам все по плечу, что это нетрудно сделать. В то время очень долго готовились юридические документы, тогда еще не было так много компьютеров, и первые документы «31 канала» были отпечатаны на машинке. Процесс регистрации тоже достаточно долго тянулся.

По поводу названия компании мы спорили дня два или три. Мои друзья настаивали, чтобы канал назывался наподобие НТВ – то есть аббревиатурой.  А я мыслил по старинке, и мне хотелось, чтобы название было вроде «Туркестан» или что-то подобное. Чтобы не поссориться окончательно и не затягивать этот процесс, я предложил название «31 канал» - по аналогии с частотой, на которой он будет вещать. Назвать так временно, а потом подумать хорошо и запустить новое название. Но получилось, как в известной поговорке: ничто не бывает более постоянным, чем временное. И название так и осталось, менять его уже не стали, потому что бренд мы очень быстро смогли раскачать: всего лишь за год с небольшим «31 канал» в Алматы стал узнаваемым и прочно занял свою нишу. Поэтому в 1994 году, когда открывали радиостанцию, у меня ни на минуту не возникло сомнений, как ее назвать: «Радио 31». С самого начала я хотел построить именно медиахолдинг, а не довольствоваться только одним телеканалом, поэтому мы сначала открыли радиостанцию, с 1995 года начали строить отношения с региональными телекомпаниями, чтобы распространять дальше сигнал и свои программы, и это нам удалось. К концу 90-х мы вещали на территорию всего Казахстана. Потом появилась газета «Мегаполис», и мы стали развивать структуру как медиахолдинг.

F: Какие трудности возникали при становлении канала?

- Трудности мы пережили огромные. На первом этапе у нас были очень сложные кредиты под невероятные проценты. Первый кредит в начале 90-х -под 120% годовых, потом под 180%. Брать кредиты под такие проценты не каждый может себе позволить. Мне приходилось параллельно заниматься еще и другим бизнесом, чтобы поддерживать работу телеканала. В 1993-м, когда открыли телекомпанию, основной доход приносили частные объявления, рекламных роликов практически не было. Порой приходилось доставать деньги из других активов, по сути, из своего кармана, чтобы выплатить людям зарплату. Таких ситуаций было много. В финансовом плане нам было достаточно тяжело до начала 2000-х. В эти годы начался экономический рост в стране, и мы тоже стали себя достаточно хорошо чувствовать.

F: Как собирали команду?

- Достаточно легко. По большому счету, мне повезло: с самого начала ядро телекомпании составляли друзья и единомышленники, с которыми я учился в университете, работал на фестивале «Азия дауысы» и в молодежной редакции Казахского телевидения с конца 80-х до начала 90-х. Вот из тех людей и сформировалась команда «31 канала».

F: Лицом канала всегда были новости «Информбюро», где работала команда профессионалов, которые делали смелые сюжеты, привлекали представителей оппозиции. Многие ветераны этой программы говорят, что в те годы в редакции витал дух свободы. Вы действительно давали свободу журналистам, не вмешивались в политику новостей?

- В 1996 году мы запустили итоговую программу недели, а к сентябрю 1997-го - ежедневные новости. Было несколько «волн» журналистов, которые проработали в «Информбюро». Все они смогли сохранить дух свободы, потому что у нас немного шире флажки были расставлены, и мы позволяли себе быть смелее, чем другие телеканалы. Я это делал осознанно, мы тогда боролись за рейтинги, хотели быть более популярными, более востребованными, и в конце 90-х годов нам это удалось.

Хотя все мы понимаем, что абсолютной свободы не бывает, и у меня с журналистами были очень тяжелые и долгие разговоры практически каждый день. Время с середины и до конца 90-х годов в Казахстане выдалось неспокойное, возникало много трудных тем, касаться которых было чревато для канала. Но нам с журналистами «Информбюро» удавалось делать хорошие и интересные новости, порой показывая события немного под другим ракурсом, приглашая тех спикеров для интервью, которых по разным причинам не показывали на государственных телеканалах. Мы смогли создать действительно оригинальный контент, который был на тот момент рейтинговым и очень хорошо воспринимался аудиторией.

F: У вас была собственная программа «Центр внимания»,  которая тоже имела своего зрителя. По телеэфиру не скучаете?

- Конечно, скучаю, как любой телевизионщик. Хотя телевидением не прекращаю заниматься до сих пор как менеджер: продюсирую некоторые телепередачи, только фамилию свою не указываю. Я погружен в телевизионное производство, понимаю, что и как делается, что происходит в современном казахстанском ТВ. Думаю о том, как вернуться в телеэфир, но как и когда это сделать - пока еще не решил.

F: Какие еще программы, на ваш взгляд, кроме «Информбюро», стали имиджевыми для канала?

- Это программа «Общественный договор», которую вела Гульжан Ергалиева, ток-шоу «Собственное мнение» с ведущим Булатом Абиловым, итоговая информационно-аналитическая программа «Состояние.KZ» Евгения Грюнберга. Также была программа «Бизнес-блокнот», потом «Сезон», которую вела Жамиля Аимбетова. Впоследствии программа трансформировалась в журнал «Сезон». Хотел бы отметить работу Сабита Сулейменова, Романа Райфельда, которые поставили формат «Радио 31». С их приходом радио зазвучало совсем по-другому. Нельзя не вспомнить Игоря Денисова, когда вся его команда «ТНН» ушла с КТК и стала работать на «31 канале». У нас поработали и Сергей Дуванов, и еще много людей, которые внесли свой вклад в развитие бренда «31 канала». Это Татьяна Дельцова, Ирина Хе, Гульнар Бажкенова, Виктор Климов, Дмитрий Бациев, Игорь Шахнович, Светлана Британова, Бекжан Идрисов, Досымбек Конысбекулы, Маржан Ельшибаева, многие другие. Я сам чему-то у них учился, и мы все вместе смогли  поставить канал на тот уровень, к которому я стремился.

F: Тем не менее, вы продали свое детище. Не жалеете?

- Это бизнес, просто хорошая сделка - одна из лучших на всем постсоветском пространстве и самая лучшая в Казахстане. У меня нет сожаления, и я хотел бы пресечь досужие разговоры о том, что у меня «отжали» телеканал, или что мне пришлось отдать телекомпанию по причине каких-то политических коллизий Я смотрю на ситуацию не только как журналист, но и как бизнесмен. У меня всё стоит на достаточно твердой бизнес-основе. К сожалению или счастью, мы не получали денег от государства, не выигрывали никакие тендеры, на нас не лился золотой дождь инвестиций. Все, что мы сделали, - сделали своими руками. А это мы могли сделать только благодаря тому, что у нас было правильное предпринимательское начало. Мы четко отдавали себе отчет в том, что можем себе позволить, а что нет. С точки зрения финансов, с точки зрения бизнеса «31 канал» всегда был очень здоровой и правильной бизнес=организацией, как, впрочем, и все мои медиаактивы: они все очень здоровые.

F: Глядя теперь на «31 канал» уже со стороны, как вы оцениваете его работу, его развитие?

- Я смотрю и радуюсь, что телеканал продолжает развиваться. «31 канал» - действительно успешный бренд, и сегодня, спустя 20 лет, я могу сказать, что мы на пустом месте создали телекомпанию, медиахолдинг, который развился и занял очень серьезную позицию в информационном пространстве Казахстана. Могу с уверенностью сказать, что с новой командой он тоже добился больших успехов. Они  сохранили название канала, программу «Информбюро», более того, стали развивать собственный контент на русском и на казахском языках. Мне иногда говорят, что новости теперь не такие острые, меньше политики стало, меньше думающих людей появляются в эфире, ток-шоу стало меньше. Но ведь и время сейчас другое. В 90-е годы больше была востребована публицистика, сейчас появилась потребность в другом. Телевидение в первую очередь идет в фарватере интересов аудитории. Если идти отдельно от нее, то не будет рекламных денег, не будет рейтингов и, соответственно, развития канала.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


журналист

 

Статистика

7515
просмотров
 
 
Загрузка...