Смена режима в мировой экономике

В 1979 году Артур Льюис получил Нобелевскую премию по экономике за анализ динамики экономического роста в развивающихся странах. Получил заслуженно: его концептуальная схема оказалась бесценной для понимания и управления структурными изменениями в целом ряде развивающихся стран

ФОТО: pixabay.com

Базовая идея, которую подчёркивал Льюис, заключалась в следующем: развивающиеся страны начинают расти благодаря расширению экспортных отраслей, поглощающих избыток рабочей силы в традиционных отраслях, например, сельском хозяйстве. По мере роста доходов и покупательной способности внутренние отрасли расширяются, наряду с внешнеторговыми отраслями. Производительность и доходы в промышленных отраслях (трудоёмких и в основном базирующихся в городах) обычно оказываются в 3-4 раза выше, чем в традиционных отраслях, поэтому усреднённые доходы увеличиваются по мере того, как всё больше людей уходят работать в растущий экспортный сектор. Но, как отмечал Льюис, рост зарплат в экспортном секторе остаётся подавленным, пока где-то ещё сохраняется избыток рабочей силы.

Поскольку доступность рабочей силы не является проблемой, ключевым фактором для экономического роста становится уровень капитальных инвестиций, которые необходимы даже в трудоёмких отраслях. Отдача от таких инвестиций зависит от конкурентных условий в мировой экономике.

Результатом подобной динамики могут быть поразительно высокие темпы экономического роста, которые сохраняются иногда годами, даже десятилетиями. Однако у этого роста есть пределы: когда предложение избыточной рабочей силы иссякает, экономика достигает так называемого поворотного момента Льюиса. Обычно это происходит до того, как страна выбирается из категории стран с доходами ниже среднего уровня. Например, Китай достиг поворотного момента Льюиса примерно 10-15 лет назад, что привело к крупным сдвигам в динамике экономического роста этой страны.

Когда наступает поворотный момент Льюиса, стоимость перехода дополнительных работников из традиционных отраслей в модернизированные перестаёт быть пренебрежимо малой. Во всей экономике начинают расти зарплаты, а это значит, что для сохранения высоких темпов экономического роста двигателем этого роста должен становиться не переход рабочей силы из отраслей с низкой производительностью в отрасли с высокой производительностью, а повышение производительности внутри всех отраслей. Поскольку подобная трансформация часто заканчивается неудачей, поворотный момент Льюиса оказывается тем самым моментом, когда многие развивающиеся страны попадают в ловушку средних доходов.

Сегодня о модели роста Льюиса стоит вспомнить, потому что нечто подобное происходит и сейчас. Когда несколько десятилетий назад мировая экономика начала открываться и становиться более интегрированной, огромное количество ранее изолированной и недоступной рабочей силы, а также производственных мощностей в развивающихся странах подключились к промышленным и экспортным отраслям, что привело к впечатляющим результатам. Промышленная деятельность стала выводиться из развитых стран, а объёмы экспорта развивающихся стран стал расти быстрее мировой экономики в целом.

Из-за огромных размеров сравнительно дешёвой рабочей силы в развивающихся странах (особенно в Китае) рост зарплат во внешнеторговых отраслях развитых странах оказался подавлен, даже если деятельность этих отраслей не выводилась в развивающиеся страны. Переговорная сила трудящихся в развитых странах стала сокращаться, а негативное давление на зарплаты среднего и низкого уровня распространилось на отрасли, не связанные с внешней торговлей, поскольку именно туда уходили работники, уволенные из промышленных отраслей.

Однако сегодня этот процесс в целом завершён. Многие развивающиеся страны превратились в страны со средними доходами, а у мировой экономики больше не осталось крупных резервуаров дешёвой рабочей силы, способных поддерживать прежнюю динамику. Да, ещё остаются резервы недостаточно используемой рабочей силы и потенциальных производственных мощностей, например, в Африке. Но представляется маловероятным, чтобы эти работники достаточно быстро и в необходимых масштабах пришли в экспортные отрасли с высокой производительностью, что позволило бы отсрочить поворотный момент.

Наступление поворотного момента Льюиса приведёт к очень серьёзным последствиям для мировой экономики. Силы, подавлявшие размеры зарплат и темпы инфляции на протяжении предыдущих 40 лет, начинают слабеть. Этот тренд подкрепляется старением населения во многих развивающихся и развитых стран, при этом пандемия Covid-19 ещё больше сокращает предложение рабочей силы во многих отраслях, возможно, навсегда. В таких условиях спад доходов трудящихся в виде доли от национального дохода, который можно было наблюдать последние сорок лет, вероятно, остановится и повернёт вспять, хотя автоматизация и другие быстро прогрессирующие технологии, помогающие экономить на труде, могут в некоторой степени противодействовать этому процессу.

Иными словами, сегодня, когда несколько десятилетий экономического роста в развивающихся странах истощили значительную часть неиспользуемых мировых производственных мощностей, глобальный экономический рост стал в большей мере ограничивается не спросом, а предложением и динамикой производительности. И этот сдвиг не является временным.

Одним из наглядных результатов этих процессов стало фундаментальное изменение инфляционных сил. В течение длительного периода времени кривая Филлипса (она описывает обратную связь между инфляцией и безработицей) была исчезающей или спрямлённой, но теперь, она, судя по всему, вернулась к своей форме, причём на постоянной основе. Процентные ставки будут повышаться вместе с инфляционным давлением, которое уже вынуждает крупнейшие центральные банки уменьшать ликвидность на рынках капитала.

Перегруженной долгами мировой экономике (наследие долгих лет низких процентных ставок) предстоит пройти через период турбулентности, поскольку уровни долга будут пересматриваться в соответствии с «новой нормой» процентных ставок. Распределение активов в инвестиционных портфелях будет скорректировано соответствующим образом, а долгий медовый месяц, когда доходность рискованных активов была выше, чем экономики в целом, закончится.

Можно лишь гадать, как резко всё это случится. Конкретные результаты невозможно прогнозировать с точностью. Встреча мировой экономики с поворотным моментом Льюиса будет периодом значительной неопределённости, которую следует ожидать во время любого тектонического сдвига.

Во многих частях мировой экономики произойдёт фундаментальная смена режима. Несколько десятилетий высоких темпов экономического роста в развивающихся странах привели к огромному увеличению числа потребителей из среднего класса и повышению общей покупательной способности, одновременно ликвидируя сверхдешёвые производственные мощности, имевшиеся в мире.

Разумеется, ещё могут быть периоды, когда экономический рост будет ограничиваться спросом – после кризисов, подобных пандемии или будущим климатическим шокам. Но базовой станет модель экономического роста, ограничиваемого предложением и производительностью, поскольку оставшиеся резервуары недостаточно используемых производственных мощностей недостаточно велики для удовлетворения растущего мирового спроса.

Главное внимание в работах Льюис не было сосредоточено в первую очередь на мировой экономике, за исключением того факта, что международные рынки обеспечивают технологии и спрос, необходимые для разогрева изначального экспортно-ориентированный роста в развивающихся странах. Тем не менее, его вывод о том, что модель экономического роста радикально меняется в зависимости от наличия доступных и неохваченных производительных ресурсов (особенно рабочей силы), остаётся сегодня столь же релевантным, как и всегда.

Если применить выводы Льюиса к тем переходным процессам, которые сейчас происходят в мировой экономике, мы можем ожидать серьёзных перемен в тенденциях роста, структуре экономике, конфигурации глобальных производственных цепочек и сравнительных ценах практически на всё – от товаров, услуг и рабочей силы до сырья и различных классов финансовых активов. Не менее важно то, что эти выводы указывают на необратимый характер таких переходных процессов.

Искать дальнейшие пути в этом глобальном варианте поворотного момента Льюиса будет сложно. Но необходимой точкой старта должно стать понимание базовых структурных перемен.

© Project Syndicate 1995-2022 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
10001 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить