Рубен Варданян: Проблема наследников из семейной может стать государственной уже через 10-15 лет

О том, кому оставлять в наследство бизнес, нужны ли квоты для женщин в советах директоров и сколько государства должно быть в бизнесе, экс-глава ГК «Тройка Диалог» рассказал в интервью Forbes.kz

Встреча с известным бизнесменом и филантропом, одним из учредителей московской школы управления «Сколково» и гуманитарной инициативы «Аврора», занимающим 103 строчку в рейтинге Forbes Russia, была организована в рамках отчётной встречи Университета Нархоз. Мероприятие называлось Insight(Inside)Narxoz и состояло из подведения итогов года, планов на следующий (в частности, главное здание университета будет закрыто на двухлетнюю реконструкцию) и презентации стратегии развития вуза — превращения его в «гражданский университет».

Рубен Варданян был приглашён в качестве хедлайнера мероприятия. Его презентация называлась «Миграция в будущее», но спрашивали его больше о миграции из стран СНГ на Запад. Тем более что сам Варданян в 17 лет уехал из Армении и стал успешным предпринимателем в России. Сейчас у него много проектов на родине.

- Я не знаю, был бы я более полезен Армении, если я бы там остался, чем сейчас, когда я, добившись успеха, сохранил связь с родиной, - засомневался он. - Вопрос в другом — как привлечь лучших. Это вопрос создания экосистемы — зачем нужен хороший вуз, если потом человек не может делать нормальный бизнес, не может создать новую компанию, не может добиться хорошей должности, для этого он должен быть родственником кого-то.

Для наглядности Варданян привёл пример с усилиями Фонда Билла Гейтса по борьбе с малярией. Если представить, что фонд добился успеха и в Африке 30 млн человек ежегодно перестали умирать от малярии, то через пять лет для 150 млн выживших не будет школ, больниц, не будет работы — а значит, опять поднимется волна миграции.

- Я ещё раз говорю, нельзя делать только образовательный проект, не меняя всю структуру, не создавая фонды поддержки, не привлекая корпорации, - сделал он вывод. - Проблемы общества отражаются на образовании и наоборот.

А в качестве одного из направлений развития для университетов участник списка Forbes Russia предложил открывать программы для 60-летних.

- Мы будем жить до 90 лет, а сейчас человек, если ему 50-60 лет и он не СЕО, то ему некуда пойти учиться и он рискует быть выброшенным из общества, - объяснил он. - Университет в сегодняшнем виде монастыря знаний закончился, требуется качественное преобразование.

В обществе изменилось отношение к образованию, считает мультимиллионер.

- Наши родители мечтали, что их дети будут учиться в вузе, это был показатель успешности, это было престижно, поэтому произошла подмена знаний дипломом. Не важно, что ты знаешь, важно, какой вуз ты закончил, - рассуждал Варданян на пресс-конференции после форума. - И ещё - родители пытались заставить детей делать то, что они сами не сделали. Поэтому дети учат английский, а не фарси или турецкий, несмотря на то что рядом крупнейшие рынки. Потому что в Советском Союзе английский был престижный язык. Надо инвестировать в то, чтобы образование стало уникальным кластером для всей страны.

Разговор на тему ценности образования продолжился и во время интервью с корреспондентом Forbes.kz.

F: Издатель Forbes Kazakhstan Арманжан Байтасов созывает бизнес-форум для молодых бизнесменов, чтобы, по его словам, «дать им возможность познакомиться друг с другом, обрасти теми связями, которыми они смогут воспользоваться для полной реализации своих планов и амбиций». Как выдумаете, что важнее в сегодняшнем бизнесе для молодого предпринимателя: личные связи или образование?

- Всё важно. Я думаю, что умение выстраивать отношения как внутри коллектива, так и вовне является важнейшим условием успешности человека, хотя только этого недостаточно - надо иметь большие цели, быть последовательным. Сетевые отношения важны, но это иллюзия — что достаточно познакомиться, сказать своё имя. Нужны механизмы для стимулирования этих отношений, больше, чем просто знакомство. Если же имеется в виду знакомство с влиятельными людьми, то это всегда хорошо, ты имеешь возможность доступа к ресурсам, неважно, ресурсам финансовым или административным. Это всегда нелишнее. Другой вопрос, как ты этим пользуешься: создаёшь дополнительную стоимость или пытаешься на этом паразитировать.

F: У нас есть много государственных программ, когда бюджетные средства вливаются в бизнес, например, через снижение ставок по кредиту. Продуктивный ли это путь и вообще сколько государства должно быть в бизнесе?

- Нет правильного ответа. Например, в США, где частная собственность доминирует, были периоды, когда государство вообще обеспечивало работой всех и вся, как во времена Рузвельта. Или в 2008 году государство вмешалось и национализировало огромное количество финансовых институтов, а потом продало их. Во Франции — очень большая роль государства в бизнесе, и оно достаточно конкурентно работает. В Швеции государство достаточно много вмешивается. В этом смысле надо быть гибким. Не важно, государственные ресурсы или частные - вопрос, в чём измерять успех. Выражается ли это в том, что ты можешь дать больше ипотечных кредитов, или повысить прибыльность, или снять социальное напряжение. Проблема в том, что не всегда чётко и точно формулируется, для чего государство участвует (в бизнесе) и как оно потом измеряет эффективность, например, работы госменеджеров.

Вмешательство государства может быть не только через выдачу денег, но и через отбирание денег через налоговые и другие механизмы. Чем выше налоги, тем менее эффективно работает экономика.

F: В российских изданиях время от времени поднимается проблема наследников бизнеса. Зачастую дети не хотят продолжать дело или отцы прочат в наследники сына, не обращая внимания на более способную дочь и т. д. Какие решения вы видите?

- Это ключевая моя задача, которую я пытаюсь решить. Здесь тоже нет одного правильного ответа. У нас есть специальный Центр управления благосостоянием и филантропии Московской школы управления «Сколково», который занимается наследием, есть клуб, который обсуждает эти проблемы, есть компания «Феникс», которая занимается тем, что помогает создавать наследие (компания Phoenix Advisors предоставляет услуги по защите и управлению благосостоянием семьи и подготовке плана преемственности - F).

Есть пять вариантов, они все понятные. Первый вариант — пусть наследники получают, что положено по закону, и сами решают, что делать дальше. Второй — я вижу преемника, который будет вести дело, и готовлю его к этому. Третий - если нет преемника, никто не хочет заниматься бизнесом, я продам всё и оставлю только богатство. Четвёртый вариант - я найду менеджмент, который будет управлять делом, а наследники будут получать прибыль. И пятый — я всё раздам или потрачу сам, никому ничего не оставлю.

Главное — об этом надо думать, об этом надо говорить, и эта тема становится всё более актуальной, потому что в следующие 10-20 лет и в Казахстане, и в России это будет массовое явление. А когда это будет массовое явление, это станет экономической, а не социальной проблемой. Когда одновременно в судах будет пять тысяч разбирательств по поводу наследства, кому что досталось, это будет уже не личные семейные дела, а экономическая проблема для страны. Потому что в этот момент бизнес не сможет работать, всё будет заморожено и т. д.

Необходимо создание экосистем. Это не просто завещание, это ещё и семейные ценности, это наследие в широком смысле слова. Люди не понимают, что завещание - это маленькая толика того, о чём мы говорим. Им кажется, что наследие — это написал завещание, юридически оформил и всё. На самом деле это философия, это семейные ценности, которые очень важны. Мы очень много в это инвестируем.

F: Одна из проблем в этом плане — в преемники готовят сыновей, не обращая внимания на дочерей. Как вы вообще относитесь к теме женщины в бизнесе, в частности квотирования мест в советах директоров для женщин?

- Не стоит продвигать какие-то искусственные, выдуманные вещи. Я глубоко убеждён, что мы идём в эру, когда женщина будет играть всё большую роль. Она не должна быть мужчиной, но она будет играть роль, потому что в XXI веке очень важным элементом успеха будет интеграция разнообразия. Не специализация, где важно быть сильнее, быстрее и где мужчина физически, биологически имеет преимущество. А женщина имеет преимущество в интеграции разнообразия, она может интегрировать то, что не может интегрировать мужчина. Матриархат был интеграцией разнообразия.

И в будущем бизнес будет строиться по-другому, благотворительность и бизнес будут сращиваться, бизнес будет становиться социальным, и у женщин там будет большое преимущество. Поэтому я уверен, что мы скоро, лет через 20-25, будем говорить о квотах для мужчин, а не для женщин.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
6603 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
22 февраля родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить