Почему центробанки обязаны стать «зелёными»

Нет сомнений в том, что изменение климата создаёт огромные экономические и финансовые риски, и точно так же не должно быть сомнений в том, что центральные банки могут и обязаны играть важную роль в исправлении этого рыночного провала, самого главного из всех

ФОТО: © pixabay

Сегодня, когда центробанки в США и Европе ужесточают условия кредитования, чтобы вновь поставить инфляцию под контроль, они должны начать использовать инструменты надзорной и монетарной политики для подталкивания и стимулирования перехода к углеродно-нейтральной экономике. Бездействие – это не вариант, даже если у большинства центральных банков задача управления климатическими рисками официально не включена в мандат.

Большинство центробанков уже согласны с тем, что им придтся помогать в осуществлении перехода к нетто-нулевым выбросам углекислого газа. В соответствии с новыми правилами отчетности, утвержденными Банком Англии (а конкретно – его Управлением пруденциального регулирования), более 1 300 крупнейших компаний и финансовых учреждений, зарегистрированных в Британии, теперь должны будут раскрывать «финансовую информацию, связанную с климатом». Европейский центральный банк (ЕЦБ) также начал поощрять раскрытие климатической информации, объявив, что будет принимать в качестве залога только активы, которые соответствуют его готовящейся Директиве об отчетности о корпоративной устойчивости.

Даже Федеральный резерв США – один из последних в мире крупнейших центробанков, которые присоединились к Сети центробанков и надзорных органов, выступающих за «озеленение» финансовой системы (NGFS) – сегодня признает, что в вопросах изменения климата он обязан играть определенную роль в части надзора и смягчения рисков. В прошлом году Федеральный резерв учредил Комитет по климатическому надзору для оценки микропруденциальной готовности финансовых учреждений США, а также Комитет по климатической финансовой стабильности для оценки макропруденциальных рисков изменения климата.

Впрочем, центробанки не должны на этом останавливаться. Вместо простой помощи «зеленому» переходу, они должны подталкивать его вперед, вводя необходимые стимулы для частного сектора. В мае Банк Англии опубликовал результаты климатического стресс-теста, который показал, что к 2050 году британские банки могут понести убытки в размере 225 млрд фунтов стерлингов ($265 млрд), а страховые компании ожидает снижение стоимости активов на 15% (в худшем сценарии). А в июле ЕЦБ, проведя свой первый климатический стресс-тест, сообщил, что убытки банков еврозоны могут достигнуть 70 млрд евро в случае беспорядочного перехода к низкоуглеродной экономике.

Эти результаты существенно недооценивают риски, создаваемые изменением климата, потому что стресс-тесту подвергались только конкретные портфели активов, а смоделированные шоки не учитывали вероятность более широкого спада экономики. Кроме того, ни один из тестов пока не использовался, чтобы повлиять на требования к капиталу. В будущем ситуация, скорее всего, изменится, и когда это произойдет, у банков появится еще больше мотивации для приведения своих портфелей в соответствие с глобальными климатическими целями.

В прошлом году, выступая в Палате представителей в Комитете по финансовым услугам председатель ФРС Джером Пауэлл заявил, что ФРС пока что находится на «очень ранних стадиях» обдумывания идеи климатических стресс-тестов, а тем временем Банк Англии и ЕЦБ начали продвигаться вперед и на других направлениях. Для «озеленения» своего баланса Банк Англии при покупке корпоративных облигаций начал отдавать предпочтение компаниям с сильной экологической репутацией, поставив перед собой цель сократить углеродную интенсивность портфеля корпоративных облигаций на 25% к 2025 году. А ЕЦБ недавно объявил, что с октября запускает аналогичную программу декарбонизации портфеля корпоративных облигаций.

Когда центробанки объявляют, что будут покупать определенные активы, аппетит к этим активам повышается, а стоимость заимствований для эмитентов этих активов снижается. Соответственно, Банк Англии и ЕЦБ смягчают условия финансирования для более «зеленых» компаний, причем ровно в тот момент, когда энергоносители вновь стали ключевым фактором инфляции. Центробанки не могут снизить стоимость энергоносителей, но они способны помочь снижению зависимости частного сектора от ископаемого топлива. Если всё сделать правильно, эти шаги помогут выполнить их мандат на поддержание ценовой стабильности. «Озеленение» экономики с помощью одной лишь платы за углерод или с помощью регулирования приведет к включению в цены товаров и услуг платы за углерод, что приведет к ускорению инфляции. А субсидируя более чистые альтернативы грязной энергетике, центральные банки смогут не только сдержать инфляцию, но и поддержать экономический рост.

Один из способов добиться этого – использовать двойные процентные ставки для стимулирования «зеленого» кредитования частным сектором. Банк Англии и ЕЦБ уже проводили такой эксперимент во время борьбы с пандемией. Банк Англии воспользовался «Схемой финансирования кредитования» (FLS) для поддержания британской экономики, а ЕЦБ для тех же целей использовал целевые операции долгосрочного рефинансирования. Однако целью должно быть не просто кредитование центробанками частного сектора. Все эти программы нужно использовать для предоставления банкам льготных (отрицательных) ставок, если они направляют средства на «зеленые» инвестиции.

ФРС никогда не применял двойные процентные ставки, но необходимая для этого инфраструктура уже существует. Федеральный резерв мог бы просто устанавливать дисконтную ставку (это его ставка для банков за предоставляемые им напрямую кредиты) ниже ставки по федеральным фондам (по которой банки предоставляют в кредит избыточные резервы другим банкам на короткий срок), а затем предлагать банкам эту сниженную ставку, если они направляют средства на «зеленое» кредитование.

Очевидно, что подобные предложения вызывают политические вопросы. Политики, пришедшие к власти на выборах, не хотят, чтобы никем не избираемые руководители центробанков принимали решения о распределении ресурсов в экономике. И большинство центробанков тоже не хотят брать на себя такую ответственность, потому что они понимают, что в конечном итоге это может поставить под угрозу их независимость. Но хотя двойные процентные ставки не являются идеальной мерой борьбы с изменением климата, они могут оказаться единственной реализуемой мерой. Если бы у политиков была иная возможность мобилизовать частный капитал для «зеленого» перехода, они бы уже давно ею воспользовались.

Центральные банки могут сделать экономику и финансовую систему более устойчивой, заставляя коммерческие банки учитывать изменение климата в моделях оценки рисков, проводя климатические стресс-тесты для улучшения коэффициентов достаточности капитала, сокращая стоимость заимствований для «зеленых» компаний, используя двойные процентные ставки для субсидирования «зеленых» инвестиций.

Всплеск цен на энергоносители в этом году показал, как именно наша зависимость от ископаемого топлива может в краткосрочной перспективе подорвать ценовую стабильность. Готовясь к среднесрочной и долгосрочной перспективе, мы должны признать, что «зеленый» переход также будет сопровождаться инфляцией, если он будет осуществляться в основном путем введения платы за углерод и регулирования. Центробанки должны использовать имеющиеся в их распоряжении инструменты, чтобы влиять на спрос на «зеленые» активы и их цены. Подобные действия не будут отвлекать их от выполнения ключевого мандата – достижение ценовой стабильности; они будут критически важны для его выполнения.

Меган Грин, старший научный сотрудник Школы государственного управления им. Джона Кеннеди при Гарвардском университете, член Регенеративного антикризисного комитета (RCRC)

© Project Syndicate 1995–2022 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
12383 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить