Кто успешней борется с ковидом - государство или бизнес?

И почему западные вакцины от Covid появились не благодаря промышленному планированию

ФОТО: © Depositphotos/racorn

ЧИКАГО/МИЛАН – После начала вакцинации от Covid-19 лишь некоторые страны мира смогли вздохнуть с облегчением. А в большинстве стран недостаток или отсутствие доз заставляют вспомнить о дефиците продуктов в коммунистической Восточной Европе в 1980-е. Если бы мы распределяли продовольствие так же, как сейчас распределяются вакцины, то есть государственным, некоммерческим образом, тогда мы бы все сильно потеряли в весе.

Однако есть люди, которые считают успешную разработку вакцин доказательством того, что «государство снова действует». Когда-то давно, согласно этому списку предполагаемых триумфов активного государства, Америка построила трансконтинентальные железные дороги, гидроэлектростанцию «Гранд-Кули», скоростные шоссе между штатами, а также развивала космическую программу. А теперь мы получили вакцину, чья формула была предложена биотехнологической фирмой Moderna из Массачусетса буквально через неделю после публикации китайскими учёными расшифровки генома вируса SARS-CoV-2, вызывающего болезнь Covid-19.

Энтузиасты активного государства считают это достижение аргументом в пользу успешного «промышленного планирования». Эта концепция, которая звучит столь многообещающе, с недавних пор начала привлекать широкий спектр сторонников, начиная от американского сенатора Марко Рубио на правом фланге и заканчивая радикальным кейнсианским экономистом Марианой Маццукато на левом.

Но вакцины от Covid-19 являются триумфом не государственничества (этатизм) и планирования, а «инновизма», то есть осуществляемого под руководством частного сектора поиска – методом проб и ошибок – таких хороших вещей, за которые потребители были бы готовы заплатить. Для этого явления есть старое, но ошибочное слово – «капитализм», хотя оно подразумевает, что богатыми становятся благодаря накоплению, а не благодаря созданию нового.

Но именно это в данном случае сделала фармацевтическая отрасль, которую в США справедливо винят за покупку политического влияния, не позволяющего американцам получать лекарства из Канады. Частный сектор выполнил свою инновационную роль, а вот правительство США еле шевелилось, хотя некоторые из решений администрации Трампа помогли освободить фармацевтические фирмы от консерватизма федерального регулирования, пуcть даже и временно.

Со времён талидомидовой катастрофы 1961 года американскому Управлению по надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) и Центрам по контролю и профилактике заболеваний (CDC) поручили быть осторожней при одобрении новых лекарств. Однако всего четырьмя годами ранее, в 1957 году, американский микробиолог Морис Хиллеман разработал вакцину от гриппа H2N2, который опустошал Гонконг, и убедил компанию Merck начать её производство за четыре месяца.

В наши дни федеральное правительство действительно помогало, выступив в роли крупного банка, финансировавшего вакцины от Covid-19, но она не выбирало победителя, как это принято при промышленном планировании. В рамках операции «Сверхсветовая скорость» предполагалось закупать все хорошие вакцины и платить вперёд за их гарантированные поставки. То же самое делала Южная Корея: государство субсидировало исследования и разработки, совершаемые методом проб и ошибок, но полагалось на их проведение коммерческими фирмами.

По такому же принципу осуществлялись федеральные закупки во время Второй мировой войны: государство закачивало деньги как в небольшие инновационные фирмы, например American Austin Car Company, так и в крупные, подобные General Motors. Вопреки мифу об американском промышленном чуде во время войны, историк-экономист Александр Филд показал, что спешка была неэффективной с точки зрения воображаемого идеала. Но такая спешка была необходима, чтобы выиграть войну. И результат стоил того. Как и операция «Сверхсветовая скорость».

Во время Второй мировой войны правительство США обычно не выбирало заранее промышленных «чемпионов». А когда оно это делало, оно тут же привлекало внимание на возглавлявшихся сенатором Гарри Трумэном слушаниях о коррупции при госзакупках. Как правило, власти заставляли конкурировать частные компании, что приводило к появлению таких победителей, как созданный в сотрудничестве компаниями Willys и Ford автомобиль Jeep. Генерал (а затем президент) Дуайт Эйзенхауэр называл эту странно выглядящую, полноприводную машину без крыши «одним из трёх решающих видов оружия» Америки в войне.

В нынешней мировой войне с Covid-19 ключевое оружие пока что удалось создать компаниям Moderna, Pfizer/BioNTech, Oxford-AstraZeneca и Johnson & Johnson. В числе проигравших – компании Merck и Sanofi, хотя Sanofi начала сотрудничать с Pfizer.

Трудно сказать, являются ли китайские вакцины от Covid-19 или российский «Спутник V» победителями или проигравшими, потому что Китай и Россия заранее выбрали предполагаемых победителей (в соответствии с принципом промышленного планирования), а затем передали слишком мало данных регуляторам других стран, чтобы можно было судить об их эффективности и безопасности.

Дело в том, что детальное промышленное планирование практически никогда не работает. Большинство так называемых триумфов подобного планирования в реальности оказались провалами, как например, англо-французский сверхзвуковой самолёт «Конкорд». Утверждения, будто бюрократы в столицах умеют хорошо выбирать победителей, выглядят странно. Тем не менее в 1936 году Джон Мейнард Кейнс заявлял, что у правительства (конечно, советующегося с самим же Кейнсом) есть возможность «рассчитать маржинальную эффективность основных фондов [то есть прибыльность] в долгосрочной перспективе, исходя из общих социальных выгод». Маццукато соглашается с этим; она рекомендует правительствам «вести» экономику, «направляя» инновации.

Для нас это неубедительно. Новоявленные защитники государственной промышленной политики любят приводить в качестве примера триумфа интернет. Но интернет, как и большинство технологических прорывов, представлял собой массу технологий и инноваций, создававшихся методом проб и ошибок в течение многих лет. Тот коммерческий интернет, которым мы пользуемся с 1990-х, имеет мало отношения к своему предполагаемому государственному предшественнику, то есть военному сетевому протоколу. Да, правительство США выделило определённые деньги. Но оно не давало никаких «направлений», если, конечно, не поверить в то, что Америка устроила холодную войну ради создания компаний Amazon и Google.

Напротив, главное – это метод проб и ошибок частных компаний, или «инновизм». Экономист из МИТ Джеффри Харрис составил хронику предыдущих попыток разработать вакцину от ВИЧ, которая так и не появилась, и от Эболы, которая появилась слишком поздно. Однако метод проб и ошибок в применении мРНК-технологий, например, в компании Moderna, подготовил научное сообщество к разработке вакцин от Covid-19. Промышленная политика и государственные «направления» имеют ко всему этому мало отношения.

Дирдри Нансен Макклоски, почётный профессор экономики и истории в Университете Иллинойса в Чикаго, соавтор (совместно с Альберто Мингарди) книги «Миф о предпринимательском государстве» (издательство The American Institute for Economic Research, 2020)

Альберто Мингарди, ассоциированный профессор истории политической мысли в Университете IULM (Милан), генеральный директор Института Бруно Леони (Милан)

© Project Syndicate 1995-2021 

Все материалы по теме «Пандемия коронавируса» вы можете посмотреть по этой ссылке.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
3752 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
25 сентября родились
Ерхат Искалиев
председатель правления ТОО «СК-Фармация»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить