Как защитить информационную инфраструктуру демократических стран

Завершились промежуточные выборы в США, и американцы вздохнули с облегчением: распространявшиеся в социальных сетях угрозы насилия против избирателей и официальных лиц, ответственных за проведение выборов, не материализовались

ФОТО: © unsplash.com

Однако это тревожный знак нашего времени, когда мирно прошедшие выборы становятся приятным сюрпризом.

Что заставляет людей отрицать легитимность честных выборов, поддерживать теории заговора и даже прибегать к политическому насилию? Мы считаем, что ответ связан с новой угрозой демократическим странам во всём мире: отсутствие информационной безопасности.

Отсутствие информационной безопасности – это нечто большее, чем просто уязвимость перед пропагандой. Речь идёт об умышленном и систематическом искажении всей информационной экосистемы, и это искажение становится возможным и усиливается благодаря цифровым средствам.

Можно провести параллели с природными катастрофами и отсутствием климатической безопасности. В прошлом мы имели дело с ураганами, засухами и наводнениями как изолированными чрезвычайными ситуациями. А сегодня мы воспринимаем изменение климата как угрозу всем системам сельского хозяйства, энергетики и безопасности населения. Аналогичным образом ранее мы боролись с голодом, принимая меры для каждого отдельного случая. А сегодня мы понимаем, что отсутствие продовольственной безопасности – это постоянная угроза не только жизни, но и социальной сплочённости и политической стабильности.

Системные угрозы требуют системного ответа, который затронет все способствующие этим угрозам технологические условия. Тактических приёмов, взятых из XX века, например, изолирование или блокирование пропагандистского вещания наших противников, будет недостаточно. По этим каналам вещало ограниченное число хорошо известных источников, которые легко было распознать по их происхождению, вектору и контрасту с обычными СМИ.

Современные информационные операции проводятся одновременно через сотни каналов – оптимизируя речь и охват благодаря взаимодействию вещательных и цифровых медиа, включая социальные сети, а также используя приёмы рекламы онлайн, таргетирования и алгоритмических манипуляций для максимального увеличения размера аудитории. Например, Кремль продвигает свою пропаганду, связанную с Украиной, не только через государственные медиаканалы (как вещательные, так и цифровые), но и с помощью большой сети негласных цифровых каналов на многих языках и платформах. Эти каналы распространяют теории заговора о нацистах в Киеве; возлагают на Запад вину за отсутствие поставок продовольствия, которые заблокировала Россия; подстрекают к беспорядкам в Евросоюзе из-за цен на энергоносители и беженцев.

Эта тактика усиливает распространение доморощенных теорий заговора и размывает различие между иностранными и внутренними игроками. Кроме того, задача заключается не просто в том, чтобы в чём-то убедить, а в том, чтобы подорвать доверие к фактам и заставить подозревать «фейки» во всех новостях. Алгоритмы, настроенные на максимальное привлечение внимания, усиливают этот эффект.

Авторитарные правительства, например Китай, реагируют на эту угрозу захватом контроля над производством и распространением медиа-контента внутри страны. Хотя власти не могут стереть мнение всех несогласных онлайн, они не допускают никаких сильных отклонений от партийной линии. Россия выбрала аналогичные подходы, хотя и с намного меньшей эффективностью.

Демократические страны должны найти другой путь. В демократических обществах свобода слова обязательна – и как базовое право человека, и как главный механизм требования ответственности от властей. В нашем ответе на информационные угрозы мы должны гарантировать, что лекарство не окажется хуже самой болезни.

Мы не можем решить эту проблему с помощью кнопки «удалить». Чтобы отреагировать на угрозы информационной безопасности, не ограничивая свободу слова, мы должны заняться структурой рынка и логикой бизнес-модели, в которой предпочтение отдаётся не честности, а противоречиям. Для этого надо напрямую взаимодействовать с крупными технологическими платформами (в основном американскими и китайскими), которые обладают беспрецедентным контролем над глобальным распределением информации.

Да, эти компании не являются причиной социальных проблем, которые лежат в основе современных политических конфликтов. Но они являются важнейшим фактором, усиливающим тенденцию к экстремизму. Хотя они пытаются ограничить незаконную деятельность и не допускать злоупотреблений их услугами, их продукция по-прежнему разрабатывается с целью извлечения прибыли из чувства негодования, и она по-прежнему уязвима для широких злоупотреблений.

Они обладают такой силой на рынке рекламы, что лишают коммерческой рентабельности традиционную журналистику, которая ранее стабилизировала демократическую политику, помогая сформировать консенсус по поводу базовых фактов. Многие традиционные новостные СМИ в ответ присоединились к этой гонке по нисходящей, которая ведёт на дно.

Демократические правительства должны считать информационные системы критически важной инфраструктурой, подобной инфраструктуре снабжения газом, водой, электричеством, а также телекоммуникационной. Первый шаг – потребовать от американских платформ Facebook, YouTube и Twitter обуздать злоупотребления их услугами авторитарными правительствами, которые сознательно проводят кампании дезинформации. Чтобы укрепить оборону демократий, нам понадобятся стандарты для информационных рынков, на основании которых можно будет оценивать вероятность рисков для безопасности, например, значение китайского контроля над TikTok (наиболее популярной интернет-платформы среди молодёжи).

Эти стандарты ни в коем случае не означают, что правительства должны диктовать, какой именно контент разрешается в медиа-каналах, а какой нет. Решение за игроками частного сектора, и они должны его принять. Впрочем, хотя у всех технологических платформ, действующих на рынке, сегодня имеются правила управления контентом и поведением, а также правила сбора и использования персональных данных, слишком часто они из рук вон плохо выполняют собственные правила. Государственные регуляторы должны требовать от этих компаний выполнения собственных обещаний, а также устанавливать дополнительные стандарты защиты потребителей, подобно тому, как мы регулируем безопасность продовольствия, лекарств, а также отраслей, связанных с эксплуатацией природных ресурсов.

Кроме того, чтобы вновь подключить граждан к общей базе фактов, демократические страны должны укреплять журналистику, выполняющую роль общественной службы. Один из подходов (недавно его применила Австралия) – использовать меры антимонопольной политики, которые заставляют технологические компании, обладающие большой силой на рынке цифровой рекламы, договариваться о соглашениях о разделе доходов с новостными СМИ. Налоги на цифровые транзакции тоже могут использоваться для стимулирования инвестиций в общественные и местные СМИ, а также в повышение медиа-грамотности и в школы журналистики.

Правила, стандарты и инвестиции в медиа-маркетплейсы – это не просто экономические решения. Это один из императивов безопасности, наряду с зелёной энергетикой и здоровьем населения. Если мы не начнём действовать немедленно, тогда наша информационная безопасность ещё сильнее уменьшится, раскалывая нас между собой. А авторитарные лидеры и доморощенные подстрекатели смогут выступать с выгодными им рассуждениями об усугубляющейся демократической дисфункции.

В «Стратегии национальной безопасности», обнародованной в октябре президентом США Джо Байденом, перечисляется ряд «транснациональных проблем», которые не являются «вторичными относительно геополитики»: они находятся «в самом центре национальной и международной безопасности». В числе этих проблем изменение климата, продовольственная безопасность, инфекционные заболевания, дефицит энергоносителей, инфляция. Отсутствие информационной безопасности тоже должно быть в этом списке, потому что оно усугубляет остальные проблемы и само по себе создаёт серьёзную угрозу демократии.

Энн-Мэри Слотер, бывший директор по политическому планированию в Госдепартаменте США, сейчас гендиректор аналитического центра New America, почётный профессор политики и международных отношений в Принстонском университете, автор книги «Обновление: От кризиса к трансформации нашей жизни, труда и политики» (издательство Princeton University Press, 2021).

Бен Скотт, директор организации Reset, входящей в состав The Omidyar Group, благотворительной и правозащитной организации.

© Project Syndicate 1995-2022 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
11242 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить