Почему бороться с промышленной политикой Китая контрпродуктивно

ЧИКАГО – Политические лидеры США уже давно пытаются бороться с промышленной политикой Китая. А теперь они, похоже, решили, что лучше всего это делать, копируя её

ФОТО: © Depositphotos.com\johnkwan

Но их план выдаёт глубокое непонимание уникальной проблемы, создаваемой китайским сочетанием авторитарного политического режима с динамичной рыночной экономикой.

От миллионов китайских компаний, в том числе некоторых наиболее инновационных в мире, иногда требуют послужить политическим целям режима – таков беспрецедентный брак передовых частных компаний с ленинским однопартийным государством. Западные страны не могут с этим сравниться, и им не стоит даже пытаться. Направление экономических действий США в отношении Китая во многом является неверным.

Например, Америка хочет ограничить поддержку Китаем государственных предприятий, вопреки массе убедительных доказательств, что подобная помощь лишает ресурсов частный китайский бизнес. Реальный вызов Америке бросают частные компании, такие как Huawei и Alibaba. Они производят товары, которые охотно покупают американские потребители. Америке не создают проблемы государственные предприятия, подобные производителю самолётов COMAC, который ни разу не получал прибыль и, что ещё важнее, не позволил появиться китайскому эквиваленту Boeing в частном секторе.

Частные компании, доминирующие сегодня в китайской экономике, появились лишь после того, как бывший премьер-министр Чжу Жунцзи закрыл или приватизировал сотни тысяч госкомпаний в начале 2000-х годов. Этот шаг высвободил капитал для частных фирм и расчистил им путь для роста. Неужели кто-то серьёзно может поверить в то, что китайская экономика станет сильнее, если власти страны решат отменить реформы Чжу и оживить все эти старые, убыточные госпредприятия?

Или взгляните, например, на навязчивые американские тревоги по поводу плана китайского правительства под названием «Сделано в Китае - 2025». В рамках этого плана распределяются субсидии между частными фирмами в «стратегических» отраслях, например в производстве полупроводников. Ещё далеко не ясно, окажутся ли эффективными расходы в миллиарды юаней, потраченные на поддержку этих отраслей, но пока что результаты не очень вдохновляют.

Доминирующим глобальным производителем полупроводников является Taiwan Semiconductor Manufacturing Company, а не китайский «чемпион» – Shanghai Semiconductor. Огромные суммы, которые Китай бросил в этот сектор, принесли пока что потрясающие провалы (например, случай Hongxin Semiconductor), а также помогли появлению почти 60 тысяч новых компаний, у которых нет никакого технологического опыта и знаний, зато есть стремление нажиться на субсидиях. Подобные результаты слишком часты в тех случаях, когда правительства субсидируют промышленные отрасли, и причина, наверное, просто в отсутствии ответственности. Кто должен нести ответственность, когда миллиарды были потрачены впустую, а чиновники, распределявшие эти средства, перешли на другие должности?

Рост бизнес-сектора Китая опирается не на поддержку госпредприятий или промышленную политику, а на поддержку частных фирм могущественными местными властями, примером которой служит поддержка Hyundai в Пекине или Tesla и General Motors в Шанхае. «Коммерческие цели – продать больше автомобилей Buick и Chevrolet компании GM – превращаются в политическую и экономическую кампанию по расширению власти и могущества города Шанхая, – объясняет один эксперт, давно наблюдающий за китайским автопромом. – Это как корпорация Shanghai Inc., в которой мэр является председателем совета директоров и гендиректором».

Поддержка местных властей критически важна для частных китайских фирм. Например, компания East Hope Group стала крупнейшим частным производителем алюминия в Китае благодаря поддержке небольшого города Саньмэнься в провинции Хэнань, причём вопреки рьяному сопротивлению государственного гиганта Chinalco.

Местные власти в Китае яростно конкурируют между собой за привлечение бизнеса – и это важнейший фактор, позволяющий частным фирмам расти. Причина в соперничестве между могущественными региональными секретарями Компартии Китая, многие из которых со временем становятся членами Политбюро ЦК КПК. Напротив, министры центрального правительства, которые управляют промышленной политикой и госпредприятиями, почти никогда не попадают на высший партийный уровень.

Если Америка вынудит Китай отказаться от поддержки госпредприятий и свернуть промышленную политику, она лишь уничтожит цепи, сковывающие частный сектор, и сделает более вероятным появление новых инновационных компаний, которых поддерживают региональные партийные секретари и которые будут готовы бросить вызов американскому бизнесу. Потребителям США это будет выгодно, но у китайских фирм – какими бы ни были их намерения – не будет иного выбора, кроме как подчиниться, когда их попросят заняться продвижением политических целей КПК.

Между тем стратегия США явно сосредоточена на копировании худших аспектов китайской промышленной политики. Один из примеров: законопроект «О поддержке производства полупроводников в США», который недавно был внесён в конгресс и который предполагает предоставление инвестиционного налогового кредита американским производителям чипов. А ранее – в июне – сенат США одобрил инвестиции в этот сектор в размере $52 млрд в рамках американского закон «Об инновациях и конкуренции».

Легко понять, почему американская отрасль производства полупроводников рада $52 миллиардам. Но, не говоря уже о сомнительной справедливости идеи просубсидировать богатые американские фирмы, использующие чипы, данная мера принесёт те же самые результаты, что и миллиарды, потраченные Китаем на полупроводники. Она породит компании, специализирующиеся на получении бесплатных денег, а не на инвестициях в новые технологии и товары. Всё это приведёт к тому, что отрасль производства полупроводников в США отстанет ещё больше от ведущих глобальных игроков.

Что же вместо этого должна делать Америка? В конце жизни американский дипломат XX века Джордж Кеннан сказал: «Если мы хотим, чтобы русские позволили нам быть американцами, лучшее, что мы можем сделать, это позволить русским быть русскими». Его совет применим сегодня к американской политике в отношении Китая, с учётом дополнительного осложнения – авторитарная супердержава наших дней обладает рыночной экономикой.

Реальная и связанная с бизнесом проблема США в отношениях с Китаем – это необходимость найти баланс между национальной безопасностью и выгодами экономического обмена, а никак не китайская поддержка госпредприятий или промышленные субсидии. И худшее, что может сделать Америка, - это утвердить собственную промышленную политику.

Чан-Тай Се, профессор экономики в Школе бизнеса им. Бута при Чикагском университете
: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
2740 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
30 ноября родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить