Майкл Делл: последний из компьютерных магнатов

После долгих лет борьбы со скептиками из Кремниевой долины и конкурентами с Уолл-стрит Майклу Деллу удалось провернуть сделку века и увеличить свое состояние, полученное за счет займов и флиппинга, до $50 млрд. Но его самая амбициозная цель еще впереди – и речь вовсе не о полетах в космос

Майкл Делл
ФОТО: © Майкл Принс для Forbes
Майкл Делл

Расположившись в своем кабинете в штаб-квартире благотворительного фонда в Остине, штат Техас, первопроходец в создании персональных компьютеров Майкл Делл размышляет о том, что утром в этом же штате на глазах у миллионов телезрителей основатель Amazon Джефф Безос отправился в космос на своем шаттле Blue Origin. «Я и на Земле себя отлично чувствую», – говорит Делл со смешком и пожимает плечами.

Космическая гонка миллиардеров официально стартовала за неделю до этого с легкой руки еще одного участника рейтинга богатейших людей мира Ричарда Брэнсона. Некоторые видят в частных полетах в космос новаторство и высокие цели, другие – эгоизм и высокомерие. А для Делла это в первую очередь возможность для бизнеса.

«В числе наших клиентов много молодых космических компаний, – говорит он, как о самом обычном факте. – Все эти инженерные подвиги невозможны без невероятных вычислительных мощностей, данных и искусственного интеллекта».

На протяжении последних 10 лет Делл почти не выступал публично, отчасти из-за сложных переговоров о поглощении, отчасти из-за нежелания находится в центре внимания. За него говорили его успехи в бизнесе.

Девять лет назад как Кремниевая долина, так и Уолл-стрит практически списали со счетов и самого Делла, и названную его именем компанию. Они полагали, что всем, кто связан со стремительно уходящим в штопор рынком персональных компьютеров, предстоит такое же забвение, какое настигло Palm и BlackBerry. Но для Делла этот пессимизм показал новые возможности: он привлек инвестирующий в частный капитал фонд Silver Lake и его содиректора миллиардера Эгона Дербана, чтобы перестать зависеть от настроения скептически настроенных публичных акционеров.

В 2013 году в результате крупнейшего в истории обратного выкупа акций Dell вновь стала частной компанией, потратив в процессе $24,9 млрд по большей части заемных средств. Три года спустя Делл и Дербан получили еще $67 млрд на покупку гиганта IТ-инфраструктуры EMC Corporation. В общей сложности компания привлекла займы на астрономическую сумму – $70 млрд, что беспрецедентно для корпоративной Америки.

Но результаты превзошли все ожидания. За это время автомобильная промышленность, телекоммуникации, электросети, больницы и логистика трансформировались в цифровые предприятия, производящие постоянно увеличивающиеся массивы данных, которые необходимо администрировать и хранить. А Делл теперь стоит у руля крупнейшего в мире поставщика инфраструктурных решений для этой работы. «Объем создаваемых данных просто невероятен, – говорит Делл. – Он удваивается каждые семь-восемь месяцев».

Dell Technologies сейчас оценивается в $75 млрд, что более чем в 4 раза превышает стоимость компании в период присутствия на бирже. Благодаря своей стратегии Делл, Silver Lake Дербана и их соинвесторы получили намного большую прибыль, чем если бы компания оставалась публичной. По оценкам Forbes, партнеры в совокупности заработали на Dell не менее $40 млрд, а состояние самого Делла увеличилось до $50 млрд. Получается, что он фактически выступил архитектором самого успешного в истории обратного выкупа акций.

«Я не считал, что у этой стратегии был серьезный риск», – говорит Делл. Скептики не учитывали общую картину. У Dell был отличный запас кеша и множество ценных активов для продажи, включая программное обеспечение. А дешевые займы позволили создать идеальные условия для того, чтобы обновить и усилить наиболее ключевые участки для будущего роста.

«Майкл прекрасно разбирается в финансах. Его никак нельзя назвать просто гиком-компьютерщиком», – говорит миллиардер Джордж Робертс, сооснователь частного инвестиционного фонда KKR и первопроходец в сфере выкупов за счет заемных средств. Его восхищает предприимчивость Делла: «Он выкупил компанию в нужное время. Если посмотреть в прошлое, то, как мне кажется, Делл всегда умел выбрать самый правильный момент».

В свои 56 лет Делл – последний из могикан мира IT, последний из основателей компьютерной эры, все еще управляющий своим детищем. Его соперники уже вышли из игры из-за возраста или сменили род деятельности: IТ-миллиардеры Билл Гейтс, Ларри Эллисон и Стив Балмер ушли в благотворительность или занимаются своими трофейными активами, такими как собственный остров на Гавайях или команда НБА.

А Делл между тем планирует возглавить две разные публичные корпорации: Dell Technologies, входящую в число крупнейших производителей персональных компьютеров и IТ-инфраструктуры, и отпочковавшуюся от нее VMware, занимающую заметное место в индустрии облачных вычислений. Обе компании будут развиваться за счет заемных средств, которые планируется привлекать в разумных пределах, и за счет перенаправления денежных потоков на рост и приобретение новых активов.

«Все смотрят на Amazon, Microsoft и Google, – говорит миллиардер Марк Бениофф, сооснователь Salesforce и друг Dell. – Но никто не видит, что Dell по-тихому застолбила заметную долю рынка корпоративных технологий».

Мало кто из предпринимателей, начинавших свой путь во времена появления персональных компьютеров, может похвастаться таким ярким стартом, как Майкл Делл. В 1983 году из своей комнаты общежития Университета штата Техас он основал компанию, которая стала поставлять первые персональные компьютеры миллионам американцев, руководствуясь мантрой «быстрее, лучше, дешевле».

Делл проложил себе дорогу при помощи эффективного управления и умелых финансовых маневров, позволявших ему обеспечивать сборку и поставку компьютеров при ультранизких затратах на производство. Эти навыки он приобрел еще в юном возрасте, когда в 13 лет основал свой первый бизнес по продаже марок, практически не имея стартового капитала. В доме своих родителей в Хьюстоне он печатал каталоги марок, которые продавал через аукцион и отсылал по почте. На этом он заработал впечатляющую сумму в $2000, к изумлению своего отца Александра, врача-ортодонта, и матери Лоррейн, биржевого брокера. Подростком он продавал подписки на газеты и старательно прочесывал архивные записи в местной администрации в поиске адресов недавно поженившихся пар, которые, как он считал, с большей вероятностью могли оформить подписку. В 16 лет он скопил достаточно, чтобы купить компьютер Apple IIe, который разобрал, чтобы изучить его устройство.

Делл стал зарабатывать на персональных компьютерах, когда в 1983 году поступил в Университет штата Техас в Остине на медицинский факультет. Он продавал жесткие диски и модули памяти зарождающемуся сообществу энтузиастов. К январю 1984 года он обнаружил, что местных дистрибьюторов компьютеров IBM обязывают закупать слишком много продукции, поэтому договорился с ними о скидках в 10–15% на лишние компьютеры и перепродавал их с выгодой для себя. К апрелю он стал зарабатывать по $80 000 в месяц и бросил учебу, что крайне не понравилось его родителям, особенно матери.

Все смотрят на Amazon, Microsoft и Google. Но никто не видит, что Dell по-тихому застолбила заметную долю рынка корпоративных технологий

Делл обнаружил, что продавать собранные из компонентов IBM компьютеры под собственной маркой будет намного выгоднее, так как отлаженная схема управления товарными остатками и модель прямых продаж позволяли сократить расходы на 40%. Он принимал заказы по почте и по телефону, собирал компьютеры и отгружал их в течение одной-трех недель, поставив производство на поток. В 1986 году, когда ему исполнился 21 год, выручка Dell достигла $34 млн. В июне 1988 года, в возрасте 23 лет, он вывел компанию на биржу и стал мультимиллионером, продав акции на сумму $30 млн.

Его нарекли техническим вундеркиндом, и он вместе с такими предпринимателями, как Стив Джобс и Билл Гейтс, вошел в своего рода клуб «До 30», участники которого совместно вывели компьютерную индустрию в мейнстрим. В 1991 году 26-летний Делл с состоянием $300 млн попал в рейтинг 400 богатейших американцев по версии Forbes.

Покупатели Dell высоко ценили возможность уникальной комплектации, уровень сервиса и низкие цены. В 2000 году, после десятилетнего роста продаж, компания стала крупнейшим в мире продавцом персональных компьютеров, а состояние Делла увеличилось до $16 млрд, в основном за счет принадлежавшей ему доли.

Но потом империя начала расшатываться, отчасти из-за гонки по снижению цен на компьютеры, которую Делл сам и начал. В 2004 году он отошел от дел, но накануне финансового кризиса решил вернуться, как раз в момент, когда компания находилась в центре скандала с бухгалтерской отчетностью и начала стремительно терять позиции из-за отставания от важных трендов, таких как растущая популяр­ность ноутбуков. С пришествием iPhone, iPad и низкомаржинальных Chromebook перспективы продукции Dell еще более ухудшились, а решения компании в области серверных хранилищ данных стали восприниматься как устаревшие. В растерянности Делл не нашел ничего лучшего, как потратить $14 млрд на покупку других компаний.

К 2012 году продажи персональных компьютеров неуклонно падали, а индустрия облачных решений продолжала расти. Компанию Делла все чаще упоминали в одном ряду с вымирающими корпорациями вроде Nokia. Нужно было срочно менять формулу успеха. Делл решил укомплектовать компанию новыми решениями – по примеру сборки ранней модели компьютера Dell – и вернуть ей ценность. «Это открывало перед нами новые возможности, – вспоминает он. – У нас был шанс превратить лимоны в лимонад».

На протяжении более чем 10 лет Делл вкладывал миллиарды долларов в семейную фирму MSD Capital, которая часто инвестировала в фонды, занимающиеся выкупом публичных активов за счет частных средств. Одной из первых инвестиций стал фонд Silver Lake. В 2012 году в этом фонде шла смена руководства, и амбициозный молодой переговорщик Эгон Дербан мечтал заполучить крупную сделку. Дербан нашел Делла на конференции в Аспене, штат Колорадо, и попросил о встрече, упомянув в качестве завязки для разговора свой дом на Гавайях, где у Делла тоже есть вилла.

Делл согласился поговорить на ходу – это один из предпочитаемых им способов проводить встречи – в Коне, штат Гавайи. Дербан намеревался расспросить Делла о более мелких активах, но уже через три минуты после начала встречи выложил все карты на стол. «Вам нужно просто уйти с биржи, – сказал он. – На самом деле вам даже не нужны наши деньги, потому что вы сильно недооценены. – Чтобы смягчить впечатление, он добавил: – Разница между вами и Биллом Гейтсом в том, что вы ставите свое имя на упаковку».

Питч сработал. Посоветовавшись со своим другом Джорджем Робертсом в KKR, Делл решил, что это вполне осуществимо. Он тут же сообщил правлению компании о своем намерении провести первый масштабный выкуп с использованием заемного капитала в истории IТ-индустрии – отрасли, известной тем, что здесь или бесцельно копят средства, или беспорядочно их тратят, то есть делают именно то, что несовместимо с самой идеей выкупа.

Выкуп акций в 2013 году стал одной из самых ожесточенных битв за всю историю Уолл-стрит. Карл Айкан возглавил группу протестующих против выкупа акционеров, но в реальности никто, кроме Делла и Дербана, не хотел покупать Dell и делать ставку на персональные компьютеры. Они полагали, что недооцененные активы Dell могут послужить некой страховкой. «Майкла отличает его готовность не просто рисковать, но и находить верные решения и добиваться успеха, – говорит Дербан. – Он не из тех, кто готов безрассудно бросать деньги на ветер».

Обстоятельства складывались идеально. «Если у вас с избытком хватает сбережений, капитал стоит недорого, а на балансе куча денег, то сложно сделать свои акции еще более привлекательными, – говорит Делл. – А если перевернуть уравнение, то мало кто скажет: «А давайте возьмем IТ-компанию с огромными долгами»… При предсказуемых денежных потоках это выигрышная стратегия».

На компьютерном форуме 1992 года в Аризоне Билл Гейтс разговаривает с 27-летним Деллом и сооснователем Sun Microsystems Биллом Джоем, а Дуэйн Фармер из Prediction Company беседует с редактором влиятельного вестника IT-индустрии и организатором конференции Эстер Дайсон.
ФОТО: © Ann Yow/Dyson-Getty Images
На компьютерном форуме 1992 года в Аризоне Билл Гейтс разговаривает с 27-летним Деллом и сооснователем Sun Microsystems Биллом Джоем, а Дуэйн Фармер из Prediction Company беседует с редактором влиятельного вестника IT-индустрии и организатором конференции Эстер Дайсон.

Эгон Дербан летел домой на частном самолете с важной встречи, которая прошла в Остине в огромном доме Делла, прозванном «замком» за укрепленные ограждения по периметру. Это была Страстная пятница 2015 года, и партнеры пытались заручиться расположением руководства EMC Corporation, чтобы запустить процесс поглощения.

Возможность купить EMC, объединявшую ценные подразделения по разработке ПО и облачных технологий и крупнейший в мире бизнес по хранению данных, появилась благодаря интересу со стороны конкурента Hewlett-Packard. Делл долгие годы мечтал заполучить EMC. Первую безуспешную попытку он предпринял во время финансового кризиса 2008 года в надежде расширить свою империю за счет большого списка корпоративных клиентов EMC и ее богатств в виде программного обеспечения и сервисов для облачных вычислений. Падение цены акций открывало невероятную возможность.

В течение нескольких месяцев он и Дербан встречались с руководителями EMC по всему миру, но сделка все еще не материализовалась. Поэтому Делл решил пригласить к себе генерального директора EMC Джо Туччи, председателя совета директоров Билла Грина и руководителя подразделения по имени Гарри Ю. Срочности встрече добавляли предстоящий выход Туччи на пенсию и участие инвестора-активиста Elliott Management, купившего крупную позицию в EMC. Приобрести контрольный пакет компании по более высокой цене было очевидным решением для Делла. Но была одна проблема. Дербану и Деллу нужно было найти $65 млрд свободных средств.

Дербан и представитель EMC Гарри Ю вместе летели в Кремниевую долину и в пути обсуждали сделку. Ю взял салфетку и начал рисовать. Наиболее ценным активом EMC была 81%-ная доля в VMware, крупном поставщике облачной инфраструктуры. Остальные 19% торговались на Нью-Йоркской фондовой бирже. Оценочная стоимость компании составляла $35 млрд. По стандартной схеме Dell должна была купить все активы EMC за наличные, но Ю сообщил, что EMC рассматривала возможность отдельно продать свою долю в VMware, используя публично торгуемые целевые акции. Он даже встречался с финансовым гением – миллиардером Джоном Мэлоуном, чтобы убедиться, что полностью понял эту концепцию. С помощью линий, начерченных на салфетке в самых разных направлениях, Ю показал Дербану, как этот маневр может помочь Dell уменьшить необходимый для поглощения объем наличных. Когда они приземлились, Дербан позвонил Деллу и сказал, что они нашли новый способ.

К началу сентября сделка на сумму более $60 млрд начала обретать форму. Делл и Дербан прилетели в Нью-Йорк и ждали в коридорах юридической фирмы Skadden, Arps, пока в зале шло собрание совета директоров EMC. С ними был Джейми Даймон, миллиардер и CEO крупнейшего в США банка JPMorgan Chase. Деллу нужно было убедить скептически настроенный совет директоров EMC, что у него осталось достаточно сил, чтобы управлять объединенной компанией с годовыми продажами в объеме $75 млрд, и что у него есть свободные средства.

Когда совет директоров EMC был в сборе, Делла пригласили выступить, а Дербан и Даймон вошли с ним. В своей обезоруживающей техасской манере Делл поклялся сохранить культуру EMC и не уничтожать компанию. Часть совета директоров EMC все еще выступала против сделки. Один скептически настроенный директор усомнился в приверженности Делла общему делу: а что если он возьмет свои миллиарды и отправится отдыхать на пляж? Делл ответил с улыбкой. «Мои близнецы уехали учиться в колледж, так что дел по дому будет намного меньше, – сказал он, вызвав смех. – Я буду всецело предан работе».

Потом встал вопрос денег. Есть ли они у Dell? Наступила очередь Даймона. «У них есть деньги, – сказал он. – Мы обеспечим сделку». Месяц спустя было достигнуто соглашение о покупке EMC за $67 млрд, в ходе которой Dell взяла в долг невероятную сумму – $50 млрд, резко понизив инвестиционный класс EMC. Выпуск целевых акций, составлявших 53% VMware, позволил сэкономить более $12 млрд.

«Никто, будучи в здравом уме, не может сомневаться в его приверженности делу или в его способности сражаться и побеждать, – говорит Даймон. – Я иногда смеюсь над теми, кто использует для оценки кредитный скоринг. Ведь важно и то, какой человек перед вами. А они [Делл и Дербан] – выдающиеся ребята».

Сделка на салфетке не просто сэкономила деньги. VMware была самым ценным активом, под залог которого JPMorgan и синдикат из более чем ста банков по всему миру согласились предоставить деньги. Ее стоимость стала быстро расти, увеличившись на $50 млрд после приобретения Dell, что позволило Деллу и Дербану использовать этот актив как банкомат для получения наличных.

В 2018 году они вывели из VMware $9 млрд, чтобы выкупить у акционеров целевые акции в рамках агрессивной сделки, где сначала предложили 60 центов за доллар, к яростному негодованию инвесторов-активистов Elliott Management и Карла Айкана, давнего противника Делла, который не преминул сравнить его с Макиавелли и назвать предложение «тоталитарным». Условия сделки были пересмотрены в пользу акционеров: $14 млрд, или 80 центов за доллар. В ходе этого маневра Делл вывел компанию на биржу под названием Dell Technologies.

Сначала акции новой компании торговались плохо. Цена падала, наводя на мысль о том, что обремененная долгами Dell стоила меньше, чем ничего, с учетом доли в VMware. Делл решил, что самым простым решением будет полностью отделить VMware: акционеры это поддержат, а он сам станет намного богаче. Когда рынок узнал о сделке, которая должна быть закрыта осенью 2021 года, акции Dell резко подорожали, капитализация компании выросла вдвое и принесла Dell $20 млрд. По условиям сделки Dell выведет из VMware еще $9 млрд на уплату части долга за выкуп, что позволит закрыть миллиардные займы, взятые под залог всего ее имущества.

«Нужно отдать ему должное, он все сделал правильно, – говорит Джесс Кон, партнер Elliott Management – фирмы, владеющей акциями Dell. – Он отлично разыграл свою партию».

Теперь Делл сам хозяин своей судьбы. До финансируемого выкупа ему принадлежали 15,6% его собственной компании – это доля стоимостью менее $4 млрд. Благодаря чудесам финансовой инженерии он будет владеть 52% Dell и 42% VMware. Общая стоимость его активов в Dell составляет $40 млрд.

«Невероятно, какая доля в компании теперь принадлежит Майклу, – говорит Марк Бениофф с восхищением. – Я не припомню другой такой истории предпринимательского успеха».

Удивительное возвращение Майкла Делла сводится к одному ключевому факту: в решающий момент он правильно определил направление, в котором движется индустрия.

Продажи персональных компьютеров, поддерживаемые растущим спросом со стороны обустраивающих домашние офисы работников, перешедших на удаленную работу в период пандемии, и не думают умирать. В прошлом квартале продажи ПК выросли на 20% и достигли $13,3 млрд. Более того, облачные хранилища, такие как Amazon Web Services и Microsoft Azure, не сумели захватить мир, несмотря на весь свой успех. Корпорации выбирают диверсификацию, используя открытые облачные платформы, такие как AWS, но сохраняя разветвленную локальную IТ-инфраструктуру для хранения ценных данных и архивов, наряду с частными облаками. Покупка EMC позволила Dell занять лидирующие позиции в обслуживании инфраструктуры центров обработки данных – одного из самых быстрорастущих рынков.

Майкла отличает его готовность не просто рисковать, но и находить верные решения и добиваться успеха. Он не из тех, кто готов безрассудно бросать деньги на ветер

Делл всегда предпочитал продавать оборудование бизнесу и использовать уже существующие связи, чтобы добавлять новые услуги. Сейчас его компания является крупнейшим в мире поставщиком услуг по хранению данных, серверов и «гиперконвергентной» инфраструктуры, а также удерживает лидирующие позиции в продажах стационарных компьютеров и мониторов в Северной Америке. Теперь он хочет воспользоваться своим положением, чтобы предлагать компаниям комплексные решения, закрывающие все их IТ-потребности.

«Вы уже покупаете у нас восемь из двадцати продуктов, которые вам нужны, – говорит Делл в своем питче для крупных и средних предприятий. – Почему бы вам просто не купить у нас все двадцать? И, гарантирую, что вы не пожалеете».

Еще больший интерес представляет недавний запуск нового продукта, Apex, предназначенного для подписки на сервис по хранению данных и управлению облачными хранилищами данных. Стоимость подписки будет зависеть от объемов использования. То, что раньше было разовыми закупками, превратится в регулярно используемый сервис, который начнет приносить все больше дохода по мере роста объемов. При продажах в $94 млрд и операционном денежном потоке в $13 млрд за год, закончившийся в январе 2021 года, Dell рассчитывает, что Apex в ближайшие годы будет расти в 2 раза быстрее мирового ВВП. Здесь, как говорит Делл, самые большие возможности открываются в хранении данных «на периферии», ближе к месту их создания. По мере цифровизации энергетики, транспорта, здравоохранения и коммуникаций потребность в хранении «на периферии», по расчетам Dell, будет увеличиваться на 17% в год.

«По прогнозам Gartner, через пять лет 75% всех данных будут храниться на периферии, – говорит Делл. – Вы же не будете переносить все эти данные в облако». Одним из потенциальных рынков роста может стать телеком, например технологии 5G и виртуальные рабочие столы, которые нужны бизнесу, переходящему после пандемии на гибридный режим работы.

В этом году Dell планирует закрыть еще $16 млрд от своего долга в надежде получить инвестиционный рейтинг. Тогда компания смогла бы вернуться на рынок ценных бумаг и усиливать свое кредитное подразделение, чтобы финансировать больше клиентов и отвоевать долю рынка у конкурентов вроде Hewlett Packard Enterprise. А еще есть VMware, бриллиант в короне Майкла Делла. Когда компания будет выведена (он планирует завершить это после Дня труда, чтобы воспользоваться правилом пяти лет и избежать уплаты налогов), у нее будет отдельное планирование и свой бюджет на приобретения.

«Стоит ли ожидать суперсделок в ближайшем будущем? Скорее всего, нет», – говорит Делл, хотя и не исключает такой возможности.

Из Остина, где к небу поднимается бесчисленное количество строительных кранов, Делл восходит на вершину IТ-отрасли. Его супруга Сьюзан готовит подарочные наборы для топ-менеджеров из Кремниевой долины, которые, как и семья Делл, бегут в Остин в поисках низких налогов и более высокого уровня жизни.

Располагая благотворительным фондом с активами в $1,8 млрд (уже распределены на различные цели $2,25 млрд) и $19 млрд инвестиций через семейный бизнес, супруги Делл взяли на себя роль советников для новоиспеченных миллиардеров, которые воспользовались стремительным ростом рынков, чтобы вывести свои компании на биржу.

Задумывается ли он об уходе на отдых, возможно, на собственном курорте в Бока-Ратон, штат Флорида? «Мне станет скучно, и, вероятно, у меня начнется депрессия», – говорит Делл. В отличие от Безоса, Гейтса, Эллисона или других миллиардеров, увлеченных альтруизмом, гедонизмом или мечтой о полетах в космос, Делл собирается придерживаться плана А: «Впереди у меня еще долгий, долгий путь».

Отважная сделка Делла

Ключевым успехом Майкла Делла стала покупка возглавляемой Джо Туччи компании EMC через Denali Holdings в 2016 году за $67 млрд. EMC владела 81%-ной долей в VMware. Dell создала целевые акции на 53% VMware, которые привлекли внимание таких инвесторов, как Карл Айкан и фонд Elliott Management Пола Сингера. Dell и фонду Silver Lake Эгона Дербана принадлежат остальные 28%. VMware выступает залогом для займа в размере $50 млрд, которые Делл взял под покупку EMC при финансовой поддержке со стороны Джимми Ли и Джейми Даймона из JPMorgan.

Перевод: Анна Жовтис

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
4932 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить