Как бизнесмен из России продал свои идеи Snapchat и заработал $300 млн

Цифровые фильтры и маски сделали Шабурова акционером и топ-менеджером Snapchat и принесли ему сотни миллионов долларов

ФОТО: личная страница Вконтакте

В начале августа пользователи Instagram начали выкладывать фото своих собак в образах персонажей мультфильмов Disney. Превратить своих питомцев в мультяшных героев позволил новый фильтр в мессенджере Snapchat — Cartoon face. Появление новой функции — заслуга предпринимателя и инвестора из Екатеринбурга (Россия) Виктора Шабурова.

43-летний Шабуров — гражданин Кипра — уже два года живет в Гибралтаре с женой и четырьмя детьми. Его семейный фонд Botan Investments инвестирует в сфере мобильных технологий и искусственного интеллекта. Два самых ярких продукта таких инвестиций — компании Looksery и AI Factory — Шабуров продал американской Snap Inc. за $150 млн и $166 млн соответственно и стал акционером Snapchat. Историю бизнесмена рассказывает Forbes.ru. 

Уральский Билл Гейтс

Виктор Шабуров родился и вырос в Свердловске (прежнее название Екатеринбурга — прим. Forbes). Первый бизнес Шабурову удалось запустить на четвертом курсе СПбГУ. Он создал резюме и начал искать работу, связанную с программированием, хотя программировал плохо.

На встрече с заказчиком Виктор задавал много вопросов, чтобы скрыть, что плохо разбирается в теме. Работодатель признался, что Виктор выглядел как подрядчик, который «сделает именно то, что нужно заказчику, а не будет рассказывать, как правильно», и отдал проект ему, вспоминает знакомый предпринимателя.

С собеседования Шабуров вышел с тем же ощущением, что и основатель Microsoft Билл Гейтс, когда получил от IBM контракт на операционную систему, которой у него не было. Шабуров стал вспоминать, «кто самый крутой программист в университете», им был Василий Филиппов. С ним Виктор в том же году начал строить свой первый крупный проект — компанию SPB Software.

Оболочка для «Яндекса»

Шабуров предложил Филиппову вместе сделать только что доставшийся ему проект — систему администрирования e-mail для иностранной компании, и поделить деньги пополам. После этого будущие предприниматели начали оказывать услуги программирования на аутсорсе. Сначала их основным клиентом была компания из Норвегии, а затем — немецкая Management Data AG и ее технический директор Себастьян-Юстус Шмидт. Вместе с ним партнеры и учредили в 1999 году компанию SPB Software House. Офис сняли в центре Петербурга, на улице Рубинштейна.

Через несколько месяцев к команде присоединился еще один студент СПбГУ Ярослав Гончаров (гораздо позже, в 2017 году Гончаров выпустил свое мобильное приложение — FaceApp, ставшее популярным по всему миру). В новой компании Шабуров отвечал за продажи, а Филиппов и Гончаров — за продукты. Всего на старте в SPB Software работали 7–10 человек, причем прибыль делили пропорционально вместо того, чтобы платить сотрудникам зарплату, вспоминает знакомый Шабурова.

На первых порах с продажами у Шабурова были сложности: едва ли не каждый клиент «прожимал его до той грани, ниже которой начиналась себестоимость разработки». Шабуров не понимал, почему это происходит и часто ссорился с клиентами. Пытаясь решить эту проблему, он начал конспектировать все переговоры с партнерами со слов «здравствуйте» до слов «до свидания», выписывать удачные места в диалогах и ошибки. Спустя год такой работы Шабуров усвоил базовые принципы торговли. Например, что снизив цену на 100 рублей, во второй раз надо снизить ее на 50 рублей. Иначе «если ты идешь таким же шагом, то клиент понимает, что тебя можно и дальше прожимать», вспоминает его знакомый.

По мере роста клиентской базы SPB Software переориентировалась на разработку собственных продуктов. В 2011 году SPB Software поглотил «Яндекс», а Филиппов, Гончаров и Шмидт получили за нее $38 млн. К тому моменту Шабурова уже десять лет не было в компании. В 2001 году он вместе с беременной женой и ребенком переехал в Германию — тогда он не верил, что в России можно построить компанию «на много миллионов долларов».

«Школа по зарабатыванию денег»

В Германии Виктор устроился в IT-корпорацию SAP программистом-рисечером. Помимо зарплаты, компания платила около €7 тыс. за каждый патент, и Шабуров зарегистрировал 12 патентов за все время своей карьеры в компании. Всего на имя Шабурова зарегистрировано 52 патента в США.

На деньги, вырученные от изобретений, в 2004 году он создал агрегатор приложений Handster для устройств на Symbian, Windows Mobile, BlackBerry и т. д. В тот момент первый iPhone еще не появился, как и магазины приложений AppStore и Google Play. Шабуров подключил к Handster и компанию SPB Software, которая к тому моменту создала несколько собственных популярных продуктов. Помимо SPB Software, Шабуров подключил к своей платформе еще шесть тысяч разработчиков. Кроме Шабурова, в компании работали еще несколько программистов, которым он платил зарплату и дал долю в компании.

К 2008 году аудитория сайта Handster выросла до одного миллиона посетителей в месяц, он приносил $1 млн выручки в год. В 2011 году компанию купила норвежская Opera Software за $10 млн. Шабурову по условиям сделки нужно было отработать в компании два года в должности вице-президента, и эта позиция стала для него «школой по зарабатыванию денег».

В первый год работы в Opera Шабуров не смог выполнить KPI и это был «жуткий стресс», говорит его знакомый: почти каждый день предприниматель приходил домой, говорил жене, что не может разговаривать, оставлял сумку и уходил гулять. Однако за этот год Шабуров усовершенствовал навыки продаж: годовой оборот его отдела Software достиг $10 млн, говорит знакомый Шабурова.

Подход Шабурова к выстраиванию команды был максимально строгим, вспоминает его знакомый: например, он вешал на стену список продавцов и их показатели KPI — те, кто был в конце списка, понимали, что их скоро уволят.

Эффектная худоба

Когда подходил срок окончания контракта с Opera Software, Виктор Шабуров уже думал о новом проекте. В 2014 году он провел два открытых конкурса по программированию в Одесском национальном университете имени И. И. Мечникова. Оба чемпионата выиграла одна команда, которую возглавлял украинский программист Юрий Монастыршин. «Раз он такой крутой, надо с ним работать», — подумал Шабуров.

Монастыршин и Шабуров «плотно общались по скайпу пару месяцев», чтобы найти «интересную идею для реализации», но Шабурову ничего не нравилось. Во время обсуждения возникла идея создать технологию на основе трекинга лица.

В интервью ресурсу Habr Шабуров рассказывал, что толчком для создания Looksery стала особенность работы фронтальной камеры на смартфонах, которая искажала лицо и делала его толще, чем на самом деле. «Идея была такая, что люди хотят выглядеть лучше, чем они есть. По крайней мере, точно не хуже. Поэтому нужно лицо отслеживать во время разговора и делать его чуть тоньше, то есть более пропорциональным. Это была изначальная идея. А когда мы этого добились, то решили: если на то пошло, нужно и прыщи убрать, цвет глаз поменять, губы накрасить, косметику положить, в монстра превратить и так далее», — рассказал он.

Через некоторое время после начала работы над технологией Монастыршин прислал Шабурову видео, где девушка идет с маской на лице, а через некоторое время еще одно видео, где по нажатию кнопки эта же девушка становилась более худой, чем на самом деле. «Это был фантастический эффект», — вспоминает знакомый Шабурова.

«Уже существовали алгоритмы, которые определяли на видео лицо, — туда можно было добавлять очки, бороду. У нас была идея сделать именно четкое определение положения глаз, контуров лица, чтобы [например] сужать их. Для этого нужны были гораздо более сложные алгоритмы, а главное, быстрое действие. Основная задача была сделать эти алгоритмы на мобильных устройствах. На десктопах такие решения уже были от того же Google, но эти решения применялись не для массового пользователя, а для специализированных задач», — рассказывал Монастыршин в интервью.

Как только идея оформилась, Шабуров зарегистрировал компанию: название Looksery придумал старший сын Виктора. Как только разработчики прислали Шабурову картинку, где им удалось человеку поменять цвет глаз и сделать его лицо тоньше, бизнесмен поверил, что приложение «захватит мир», вспоминает его знакомый.

На старте проекта команда Looksery составляла несколько человек, которые располагались в небольшом офисе в одесском бизнес-центре. После того, как алгоритмы научились менять цвет глаз, Шабуров велел партнерам арендовать весь этаж и нанять большую команду. «Вы нашли золото, и сейчас мы просто его выкопаем», — заявил он.

С момента зарождения идеи в 2014 году до того, как приложение появилось в App Store, прошло чуть больше года: за несколько месяцев команда Looksery выросла примерно до 50 сотрудников. Примерно за полгода до готовности проекта Шабуров уже начал продажи будущей технологии.

Бизнесмен запустил кампанию по сбору средств на площадке для краудфандинга Kickstarter — в основном, чтобы привлечь внимание СМИ к проекту. Перед запуском на Kickstarter Шабуров устроил «утечку» информации изданию Cnet. После этого про Looksery написали TechCrunch, американский Forbes, Business Insider, Wired. При этом, кроме видеоролика на Kickstarter, у Looksery на тот момент не было завершенного продукта. После видеосюжета о Looksery, которое показал канал CNN, на сайт компании пришли 200 тысяч человек. «Компания их, конечно, потеряла (как пользователей — прим. Forbes), всего около 10% оставили e-mail», — вспоминает знакомый Шабурова.

Примерно через полгода, когда технология была готова, Шабуров начал продавать ее по лицензии. Покупателями становились косметические компании, а также крупные call-центры, которые хотели во время видеозвонков представить своих сотрудников в наиболее презентабельном виде. Цена лицензии составляла $500 тыс. Изначально предприниматель вложил в проект $2 млн из семейного фонда Botan Investments, причем до запуска успел потратить половину суммы на аренду помещения и зарплаты сотрудникам.

После начала продаж лицензий компания начала приносить по $1 млн в месяц, 20% из которых уходили на операционные расходы. Параллельно разработчики запустили приложение в App Store и Google Play: пользователи скачали его более 3 млн раз. В Instagram фото с фильтрами Looksery выкладывали такие знаменитости, как Джастин Бибер, Ким Кардашьян, Джаред Лето, Рианна и другие звезды. На рекламную кампанию инфлюенсеров Шабуров потратил около $30 тыс. Приложение стало самым скачиваемым в Мексике, Чехии и Словакии и попало в топ-10 самых популярных в других странах.

«Если у тебя компания с российско-украинскими или белорусскими корнями, то получить за нее большую оценку можно только за счет двух вещей: либо заработать кучу денег, либо отобрать бизнес у американской компании. Когда это происходит, за тебя платят столько же, сколько за американскую компанию», — рассуждает знакомый Шабурова. Спустя четыре месяца после запуска Шабуров продал Looksery американской компании Snap Inc., которая владеет мессенджером Snapchat, за $150 млн.

Около 25% этой суммы получили топ-менеджеры компании и техническая команда, у которых были доли в стартапе, говорит знакомый Шабурова. После этой сделки предприниматель стал совладельцем американской компании — часть суммы он получил акциями. Looksery удалили из магазинов приложений, а функции приложения интегрировали в Snapchat.

Реклама с человеческим лицом

После продажи Looksery Шабуров перешел на работу в Snapchat вместе с технической командой и дизайнерами проекта. Он стал отвечать за бизнес-подразделения Snapchat Lenses, в которое и была интегрирована технология Looksery — именно она позволила создать популярные у пользователей маски для лица. По оценке Snapchat, 70% их пользователей, или около 170 млн человек, используют Lenses каждый день.

Через три года, в 2018 году, руководство Snap разрешило Шабурову запустить еще один стартап. Идею нового проекта предложили дети Шабурова, рассказывает его знакомый. «Они сказали, что было бы классно использовать лицо знакомого человека в рекламе: смотришь ролик, а там твое лицо или лица твоих друзей», — вспоминает собеседник Forbes.
Эту идею Шабуров предложил реализовать двум программистам, с которыми познакомился еще в 2016 году на Международной студенческой олимпиаде по программированию ACM ICPC — Александру Машрабову и Григорию Ткаченко (были номинантами рейтинга 30 самых перспективных россиян до 30 лет по версии Forbes в 2020 году). Шабуров обычно обращает внимание на тех участников олимпиад, которые занимают не первые места, а примерно 20–40-е позиции: это круто в мировом значении, но у таких ребят нет звездной болезни и они, как правило, не собираются идти в науку, говорит знакомый Виктора.

Так появилась AI Factory — компания, которая добавляет анимацию в снимки и видео с человеческими лицами с помощью искусственного интеллекта. В стартап инвестировало руководство Snapchat, но сумма их инвестиций не разглашается. Сам Шабуров вложил в проект около $6 млн.

Над проектом работала команда примерно из 80 человек, которые базировались в России, Украине и США. Хотя Шабуров, Машрабов и Ткаченко изначально создавали продукт, который должен был стать частью Snap, они решили делать рыночную технологию, которую можно было бы продать другим гигантам — Facebook, TikTok и т. д.

Шабуров видел в идее проекта «огромный потенциал монетизации», вспоминает его знакомый. Когда в приложении, например, Snapchat появляется реклама с неизвестным актером, люди редко смотрят ее дольше трех секунд. «А если в рекламе будет лицо вашей лучшей подруги, потом лучшего друга, а потом вас самих — вам наверняка будет интересно посмотреть ее до конца», — рассуждает собеседник Forbes. По его словам, приложение будет предоставлять пользователю набор линз или фильтров, а человек даже не поймет, что маска с Бэтменом — это реклама новой кинокартины. «Это скорее похоже на продакт-плейсмент в фильмах, чем на рекламу», — добавляет он.

Спустя примерно 1,5 года после появления идеи проекта, Шабуров договорился о новой сделке со Snap Inc. — американская компания выкупила долю основателей AI Factory за $166 млн, оценив компанию в $200 млн в декабре 2019 года. При этом сама технология нигде не была анонсирована — разработчики демонстрировали ее потенциальным покупателям в закрытом режиме, говорит знакомый Шабурова. «Когда ты запускаешь проект (на базе известного приложения — прим. Forbes) и вокруг него начинается хайп, то это может привлечь несколько миллионов пользователей, но если твой проект новый, то удержать их сложно», — объясняет собеседник Forbes, почему запуск технологии состоялся сразу в Snapchat.

За две недели до того, как стало известно о сделке, Snapchat сообщила, что тестирует новую функцию Cameos, которая позволяет вставлять лица людей в короткие видеоролики и накладывать на них спецэффекты. После сделки Машрабов и Ткаченко перешли на работу в Snap, в подразделение Шабурова, где сейчас отвечают за развитие функции Cameos, но пока находятся в России: из-за пандемии их переезд в США в штаб-квартиру Snap временно откладывается.

Виктор Шабуров, как и во времена работы в Opera Software, остается связанным обязательствами с компанией-покупателем. Он еще два с половиной года должен будет работать в Snap Inc., а потом планирует создать новый проект. «Если ничего не делать — это неинтересно, — поясняет знакомый предпринимателя. — Кроме того, когда человек занимается благотворительностью, то от его заработков зависят и другие люди».

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
5345 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
24 октября родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить