Гаутам Адани: как сын торговца текстилем стал миллиардером благодаря связям с властью

Гаутам Адани, самый богатый человек Азии, накопил миллиарды отчасти благодаря давним связям с премьер-министром Моди, пишет Forbes USA. Теперь его состояние сокращается из-за обвинений в коррупции и манипуляциях с акциями

Гаутам Адани
Гаутам Адани
ФОТО: архив пресс-службы

В среду, 25 января, индийский миллиардер Гаутам Адани стал на $6,5 млрд беднее после того, как активистская инвестиционная фирма Hindenburg Research опубликовала разгромный отчет на 100 страниц об Адани и его группе компаний, в котором говорится о масштабных мошеннических схемах и манипулировании акциями, пишет Forbes Russia. Hindenburg, которая сообщила, что занимает короткую позицию по компаниям Adani Group, обвинила Адани в том, что он «проворачивает крупнейшую аферу в корпоративной истории».

В ответ Adani Group опубликовала официальное заявление финансового директора Джугесхиндера Синга, который отрицает эти обвинения и утверждает, что это «злонамеренная комбинация отдельных искаженных фактов и устаревших, безосновательных и опровергнутых обвинений, которые были рассмотрены и отклонены верховными судами Индии», а также что Hindenburg не связывалась с Adani Group.

 60-летний Адани, который бросил университет и отказался работать в текстильном магазине отца, а в 1988 году основал фирму по торговле сырьем, — давний союзник премьер-министра Индии Нарендра Моди. Адани наращивал свое влияние параллельно с Моди и сейчас контролирует ключевые сегменты индийской экономики, включая крупнейший в Индии порт Мундра. Кроме того, он является крупнейшим оператором аэропорта страны и через семь своих публичных компаний владеет активами в области электроснабжения, производства цемента и зеленой энергетики. В 2022 году, когда падение фондовых рынков ударило по многим состояниям по всему миру, Адани стал богаче на $55 млрд, обогнав всех остальных миллиардеров. Даже с учетом недавней просадки его состояние равнялось $119,1 млрд, что на $112 млрд превышает его состояние в 2014 году, когда Forbes впервые обратил внимание на его связи с Моди, который тогда возглавлял родной штат Адани — Гуджарат.

Ниже — история Forbes Asia о Гаутаме Адани «Как вести дела в Гуджарате при Моди», опубликованная в 2014 году.

Мега Бахри

Когда сын индийского миллиардера Гаутама Адани играл свадьбу в приморском штате Гоа в 2013 году, список гостей  включал самого богатого человека страны, а также многих видных менеджеров, банкиров и чиновников. Многие заехали накануне, чтобы поздравить молодоженов, но пропустили само празднование. Однако один высокопоставленный друг остался на два дня и присутствовал на торжествах с первой и до последней минуты. Он был добродушен и спокоен, словно любимый дядюшка. Это был Нарендра Моди, министр Гуджарата, родного штата Адани.

Адани, который владеет состоянием в $150 млрд (на 31 января 2023-го), управляет крупнейшим индийским портом, энергетической компанией и сырьевым бизнесом. Значительная часть его активов находится в Гуджарате, а администрация Моди была более щедра к Адани, чем к любому другому промышленнику.

Гаутам Адани на встрече с президентом РК Касым-Жомартом Токаевым в Акорде 13 декабря 2022 года
Гаутам Адани на встрече с президентом РК Касым-Жомартом Токаевым в Акорде 13 декабря 2022 года
ФОТО: Акорда

За это время Адани арендовал у правительства 7350 га (с 2005 года) в регионе под названием Мундра в заливе Кач в Гуджарате. У Forbes Asia есть копии документов, согласно которым он заключал 30-летние возобновляемые договоры аренды по цене всего лишь от одного до 45 американских центов за квадратный метр. Он, в свою очередь, сдавал эту землю в субаренду другим фирмам, в том числе государственной компании Indian Oil Co., по цене до $11 за квадратный метр. С 2005 по 2007 год фермеры лишились не менее 1200 га пастбищ.

Согласно индийским законам, земли, предназначенные для выпаса скота, могут быть использованы для других целей, только если таких земель слишком много. Есть формула, с помощью которой вычисляется избыток. Жители деревни, расположенной в специальной экономической зоне (СЭЗ) Адани, говорят, что предыдущие главы деревни отдавали пастбища тайно. Они подавали множество исков в Верховный суд Гуджарата, чтобы оспорить действия правительства. Несколько дел все еще рассматривается.

На этой дешевой земле Адани построил крупнейший в стране по объемам грузов частный порт, а также угольную электростанцию на 4620 мегаватт.

Юрист Ананд Ягник, который представляет некоторых жителей Мундры, говорит: «Ключевое положение либеральной экономики заключается в том, чтобы позволить рыночным силам играть свою роль. Тогда зачем отдавать ограниченные ресурсы промышленникам по бросовой цене, если у них есть достаточный капитал, чтобы платить по рыночным ставкам?»

На национальных выборах Моди, нужно отметить, позиционирует себя как символ возрождения индийской экономики, основываясь на своем опыте управления Гуджаратом. В феврале он выступил с речью, в которой подчеркивал преимущества большей деловой конкуренции в Индии.

На первый взгляд шумный порт Адани — пример такой торговли. Одним февральским днем два буксира тащили нагруженное судно к пристани, а в другой корабль погружали контейнеры. У одного причала готовили к отправке автомобили Maruti Suzuki. У другого в ожидании экспорта лежали горы сырья, которое добывают в этом регионе, — боксит, бентонит, железная руда.

Согласно наиболее свежим данным, за время правления Моди ВВП Гуджарата рос в среднем на 13,4% в год, что опережает темпы роста национального ВВП за тот же период (7,8%). Благодаря политике Моди штат привлек инвестиции в такие секторы, как автопромышленность и солнечная энергия. Ему удалось добиться прогресса в сборе дождевой воды и ирригации и обеспечить почти круглосуточное снабжение электричеством всей территории штата. Для сравнения: за последние три года дефицит электроэнергии в Индии составлял в среднем 9%, хотя сейчас этот показатель улучшается. 

Километры ровных дорог, на обочинах которых можно встретить розовые, оранжевые и белые бугенвиллеи и которые чистят подметальные машины, позволяют вам промчаться по огромному городу внутри города — это и есть специальная экономическая зона Адани. Идея заключается в том, чтобы компании, ориентированные на экспорт, создавали свои фабрики в СЭЗ, недалеко от порта. В качестве дополнительного стимула миллиардер построил железную дорогу протяженностью 65 км, которая соединяет порт с национальной сетью железных дорог, а также частную взлетную полосу длиной 17 км, которую арендаторы СЭЗ могут использовать для чартерных рейсов. На данный момент ему удалось привлечь 23 компании. Таким образом, Гуджарат увеличил объемы производства и получил новые рабочие места, но арендная плата досталась Адани.

Adani Group была основана в 1988 году и вышла на биржу в 1994 году. Однако большая часть ее развития пришлась на период правления Моди в Гуджарате. С 2002 года по март 2014-го выручка группы увеличилась с $765 млн до $8,8 млрд, а чистая прибыль росла еще быстрее. За этот период компания построила свою СЭЗ, приобрела шахты в Индонезии и Австралии, чтобы обеспечить стабильные поставки угля на свои электростанции в Индии, и создала крупнейший в Азии терминал для импорта угля в Мундре. В 2011 году компания укрепила позиции в Австралии, купив за $2 млрд Abbot Point, угольный терминал в Квинсленде. Попутно она набрала немало долгов ($13 млрд), увеличив их объемы более чем в два раза с 2011 года.

Ни одна другая компания в Каче или любом другом регионе Гуджарата не удостаивалась таких щедрых цен на землю, как Адани, однако и они выиграли от деятельности правительства Моди. Что бы Моди ни говорил во время предвыборной кампании по поводу коррумпированного капитализма и как бы он ни высказывался в поддержку угнетенных, его правительство озабочено ущербом окружающей среде и правами фермеров еще меньше, чем обычно принято в Индии.

В начале марта на политическом ралли в далеком городе Лакхнау Моди заявил, что фермеры — его друзья и он будет на их стороне. Он добавил, что «никому не позволит разорять казну».

Однако, если вы посетите деревни Кача, вы увидите совершенно иную картину. Этот регион славился урожаями саподиллы — коричневого мясистого фрукта немного меньше теннисного мяча, а также фиг, кокосов и клещевины. Местные фермеры говорят, что это осталось в прошлом. Официальной статистики после 2006 года, по-видимому, нет. По их словам, летучая зола и соленая вода от Adani Power и близлежащей станции Tata Power Co. Ltd. портят урожай и делают почву менее плодородной. Трубы обеих электростанций виднеются на горизонте на километры вокруг. Гаджендра Синх Джадеджа, 28-летний глава деревни Навинал, говорит, что правительство Гуджарата отдало под СЭЗ Адани примерно 930 770 кв. м пастбищ, которые относились к его деревне. Адани заплатил по 19 центов за квадрат.

Пересекая пару бесплодных полей поблизости, Джадеджа говорит, что он поочередно выращивал там хлопок, пшено и клещевину. Теперь на полях заметны пятна белой соли, которые уже стали привычным зрелищем на фермах. «Соленая вода разрушила почву, и урожаи теперь не стоят усилий», ― говорит он.

На другом поле виднеется чахлая поросль клещевины — не сравнить с пышными зелеными полями, какие он помнит.

При населении 15 000 человек Зарапара — одна из крупнейших деревень региона. Когда правительство отдало 400 га пастбищ Адани по цене примерно 19 центов за кв. м, фермеры подали иск, который дошел до Верховного суда Индии. До того как суд вынес решение, Adani Group заключила с жителями деревни мировое соглашение, предложив им 160 акров пастбищ. Компания утверждает, что предложила землю, тогда как фермеры говорят, что до сих пор ничего не получили.

Раньше Зарапара славилась своими саподиллами. «В сезон эта деревня каждый день отправляла на рынок пять полных грузовиков [с саподиллами], ― говорит житель Зарапары Наран Гадави, чья ферма находится в пяти километрах от электростанции Адани. — Теперь наш урожай помещается в один небольшой фургон».

30-летний Гадави объясняет сокращение урожая соленой водой и летучей золой от электростанции Адани, которые загрязнили грунтовые воды и нарушили процесс опыления. Указывая на свою белую рубашку, невысокий жилистый мужчина говорит: «Раньше наша одежда вся желтела [из-за пыльцы]. Теперь, когда утренняя роса стекает с деревьев, земля становится черной от летучей золы».

Ягник, юрист фермеров, утверждает, что, отдавая землю так дешево, Моди лишает казну штата доходов. «Такое субсидирование ограниченными ресурсами уменьшает бюджет, а это оказывает прямое влияние на справедливое распределение, поскольку теперь у штата недостаточно ресурсов, чтобы исправить это неравенство», ― говорит он.

После многолетних жалоб на экологический ущерб федеральное министерство по вопросам окружающей среды в 2012 году назначило наконец панель экспертов — так называемый комитет Суниты Нарайн, по имени его председательницы — для изучения этого вопроса.

В докладе, опубликованном в апреле, группа Нарайн подтвердила жалобы и страхи фермеров. Авторы доклада говорят, что СЭЗ нарушила множество правил в области экологии на разных этапах своего титанического проекта: компания разрушала мангровые леса, закапывала ручьи и загрязняла землю и воду летучей золой.

Электростанция сливает тысячи литров морской воды, полученной через один канал. Собранная вода хранится в резервуаре, откуда она попадает в турбины, генерирует электричество, а затем выливается обратно.

Эксперты обнаружили, что у резервуара не было никакой прокладки, которая защищала бы грунтовые воды. «Осмотр, проведенный комитетом, показал, что почва в этом регионе проницаема, и без дополнительной защиты это приведет к загрязнению. Это явное нарушение условий получения экологического разрешения», ― говорилось в докладе. Комитет порекомендовал компании создать фонд с активами в размере либо 1% общих издержек проекта, либо $37 млн — в зависимости от того, какая сумма окажется выше. В докладе говорилось также, что компании следует реконструировать оба канала, которые используются для сбора и слива воды, а также починить или построить заново резервуар, обязательно добавить прокладку на дне и по бокам.

Однако спустя почти год после публикации рекомендаций компания, похоже, не сделала почти ничего. Между тем она планирует расширить площадь СЭЗ с 7350 до 18 000 га.

В электронном письме с ответами на вопросы представительница Adani Group сообщила, что компания получила государственные земли в соответствии со всеми установленными процедурами и использовала применимые на тот момент оценки до последующих улучшений. «Было бы совершенно ошибочно сравнивать цену земли до и после строительства, поскольку предприниматель берет на себя риск, инвестируя большие суммы в строительство, и, если коммерческое предприятие терпит неудачу, все последствия несет девелопер», ― заявила компания.

Adani Group сообщила, что утечка соленой воды — это локальное явление и что электростанция применяет соответствующие технологии, чтобы не допустить распространения летучей золы. Кроме того, компания отвергла заключения комитета Суниты Нарайн и заявила: несмотря на то что любое строительство повлияет на окружающую среду, компания уверена в том, что позитивные последствия преобладали. Все проекты полностью соответствовали государственным требованиям.

Администрация Моди не ответила на неоднократные просьбы дать интервью.

В современной Индии и других странах правительства нередко предлагают те или иные преимущества влиятельным частным лицам, особенно чтобы привлечь инвестиции в отдаленные районы. Как уже было отмечено, Адани не единственный, кого облагодетельствовал Моди.

«Однако главная странность и главная проблема заключаются в том, что проект такого масштаба был реализован без конкурентной борьбы», ― говорит Аакар Пател, колумнист индийской газеты Mint и давний наблюдатель Гуджарата.

Похожая социальная динамика складывается и вокруг электростанции на 4000 мегаватт, которая принадлежит компании Coastal Gujarat Power с 100%-ным участием Tata и расположена на побережье, в нескольких километрах от станции Адани. Она была открыта в марте 2012 года на других условиях — как часть федеральной инициативы по созданию крупных электростанций. Было объявлено о нескольких таких объектах, однако станция Tata была запущена первой. В соответствии с условиями контрактов федеральное правительство предоставляет операторам землю и все необходимые разрешения. Однако земельные вопросы относятся к ведению штатов, поэтому именно правительство штата (правительство Моди в данном случае) выделило и предоставило конкретные участки. 

В Каче рыбаки и их семьи устраивают лагерь на пляже. Рыбацкая деревня Тагади — один из таких лагерей на берегах того, что теперь превратилось в сбросный канал станции Tata. 43-летний Давуд Умар Джаам уже пять лет рыбачит в этом районе. В последние несколько месяцев его улов сократился на 60%, и он винит в этом электростанцию. Как утверждает профсоюз рыбаков, известный как MASS, который ведет работу в этом районе, когда станция забирает морскую воду, она засасывает еще и мальков, чем моментально их убивает. Станция сливает горячую воду обратно в море, а это приводит к повышению температуры в прилегающих зонах, что ведет к гибели рыбы и изменению миграционных маршрутов.

Джаам, который живет в Тагади с семьей из шести человек, берет кредит около $2000 перед началом рыболовного сезона, чтобы починить сети и в целом подготовиться. По его словам, каждый год он зарабатывал достаточно, чтобы выплатить кредит и отложить примерно $750. Теперь ситуация изменилась. Он сомневается, что сможет выплатить больше $350. Перед началом рыбалки он указывает на забор из бамбуковых палок, который с трех сторон окружает его временный дом. Раньше эти палки были покрыты сохнущей рыбой. Теперь занята только четверть палок.

Подразделение Tata утверждает, что сбросный канал специально обложен камнями, чтобы увеличить поверхность и дать воде остыть. «Сбросный канал длиной [7 км] необходим для того, чтобы температура горячей воды в момент сброса соответствовала экологическому законодательству», ― сообщила компания в электронном письме.

Кроме того, там говорится, что компания обучает рыбаков Тагади более эффективным практикам и раздает сети, чтобы увеличить улов, а также предоставляет чистую питьевую воду.

Тем временем правовая сторона вопроса для Адани усложнилась. В 2011 году жители деревни Навинал, включая их главу Джадеджа, подали прошение в Верховный суд Гуджарата после того, как их пастбища были переданы СЭЗ. В январе суд объявил СЭЗ незаконной и приказал компаниям, которые открыли там фабрики, прекратить любую деятельность. Причина заключалась в том, что СЭЗ была открыта без экологического разрешения. В соответствии с индийским законодательством проект таких масштабов нуждается в разрешении федерального министерства по вопросам окружающей среды, чтобы положить хоть один кирпич. Это решение относится только к СЭЗ, но не к порту и не к электростанции Adani Power. Для этих проектов компания запросила и получила отдельные экологические разрешения, что позволяет им вести деятельность в соответствии с законом.

Верховный суд Индии отказался приостановить рассмотрение дела в суде низшей инстанции, но заявил, что действующие арендаторы СЭЗ могут продолжать работу. Учитывая, что объемы инвестиций уже достигают сотен миллионов долларов, вопрос теперь заключается в том, не достигла ли программа Адани таких размеров, что ее невозможно будет закрыть. Верховный суд Гуджарата передал это решение федеральному правительству, спросив, может ли проект получить запоздалое экологическое разрешение. И вот уже Дели просит пару месяцев на рассмотрение этого решения.

Теперь, когда выборы премьер-министра назначены на 7 апреля, федеральное правительство фактически не может принять это решение. В результате судьбу проекта будет решать тот, кто придет к власти следующим, — а это вполне может быть администрация Моди.

Перевод Натальи Балабанцевой

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
21243 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить