Forbes Kazakhstan представляет: Бизнесмен года - 2020

В начале каждого года Forbes Kazakhstan объявляет о своем выборе в номинации «Бизнесмен года» по итогам года ушедшего. 2020 год – первый за все время существования номинации, когда у редакционной коллегии не было выбора: суперуспешный выход на Лондонскую биржу Kaspi.kz его не оставил

В итоге в казахстанском бизнесе появилось два новых миллиардера, а капитализация технологической компании на конец декабря составила $11,5 млрд. Поэтому в этот раз в номинации у нас сразу два победителя.

Сооснователь компании Вячеслав Ким – председатель совета директоров и владелец 25% AO «Kaspi.kz» (до IPO было 36,69%). В октябре группа разместила глобальные депозитарные расписки (ГДР) на Лондонской фондовой бирже на сумму $1 млрд. За девять месяцев 2020 АО «Kaspi.kz» увеличило чистую прибыль на 42,8%, до 184,4 млрд тенге. В топ-50 самых богатых бизнесменов Казахстана, вышедшем до IPO, Вячеслав Ким занимал восьмое место.

Михаил Ломтадзе – сооснователь, председатель правления АО «Kaspi.kz» и владеет 23% простых акций группы. С 2007 года живет в Казахстане. Последние два года признавался лучшим СЕО Казахстана по результатам ежегодного исследования PwC «CEO Survey».

Вячеслав Ким и Михаил Ломтадзе
ФОТО: Андрей Лунин
Вячеслав Ким и Михаил Ломтадзе

Публика обожает истории миллионеров, не получивших формального образования. Иногда эти истории подаются так, словно именно отсутствие аттестата открывает путь к большим деньгам.

Создатели самой дорогой на сегодняшний день казахстанской публичной компании (цена Kaspi.kz на LSE по итогам IPO в октябре 2020 составила $6,5 млрд, но акции продолжают дорожать) в схему таких «историй Золушки» не укладываются.

51-летний алматинец Вячеслав Ким аттестат о среднем образовании получил в РФМШ (Республиканская физико-математическая школа, созданная в 1972, по результатам ежегодных олимпиад набирала одаренных в точных науках детей со всего Казахстана; была, конечно, и неафишируемая альтернатива в виде высокого социального статуса родителей ученика, но это не сильно сказывалось на общем уровне подготовки). Сейчас он вспоминает об этом со смехом, но тогда, наверное, выглядело довольно сурово – на переменах школьники не носились по коридорам, как положено детям в этом возрасте, а тихими озабоченными группками что-то решали: задавали так много, что внеурочного времени не хватало.

Тем не менее это была самая престижная средняя школа Казахстана, своеобразный местный Итон, откуда вышла значительная часть нынешнего казахстанского истеблишмента, от глав Нацбанка и КНБ до заметной доли участников списка Forbes Kazakhstan. Кстати, в 90-х годах именно бывшие выпускники спасли РФМШ от развала, создав попечительский совет и фонд, который обеспечил в том числе и нормальную зарплату учителям в период бюджетного коллапса (Вячеслав Ким и сейчас входит в СД РФМШ в качестве независимого директора).

Первое образование Вячеслава было медицинским, в дальнейшем он получил финансово-экономическое образование. В медицине Ким так и не поработал, но в его бизнес-истории она присутствует – мало кто знает, что именно Вячеслав с партнером в 90-е открыл в Алматы знаменитую офтальмологическую клинику Коновалова.

45-летний уроженец Батуми и гражданин Грузии Михаил Ломтадзе первый диплом получил в тбилисском European School of Management, а степень MBA – в Гарварде.

- Еще будучи студентом-старшекурсником ESG, Михаил присоединился к Georgian Consulting Group, учредителем которой я был, и позднее возглавил аудиторское направление, став партнером (поработав некоторое время в GCG, Михаил вместе со своими университетскими профессорами создал компанию Georgian Auditors and Advisors, которая потом вошла в GCG - прим. ред). Он был очень целе­устремленным и дисциплинированным молодым человеком, с ним было комфортно работать, его очень ценили клиенты. Еще одно важное качество – Михаил невероятно быстро учился новому и обладал даром собирать вокруг себя талантливых людей, – вспоминает экс-глава Ernst&Young Georgia Георгий Базгадзе (E&Y позже купил GCG).

В 1993 году, в 23 года, Вячеслав Ким основал сеть магазинов электроники и бытовой техники «Планета Электроники», а в 2002 вместе с партнерами купил небольшой и ничем не примечательный Банк Kaспийский. 27-летний выпускник Гарвардской школы бизнеса Михаил Ломтадзе как раз в этот год прилетел из Бостона в Москву, чтобы начать новый этап своей карьеры в инвестиционной компании Baring Vostok Capital Partners, и не подозревал, что парки уже начали прясть нить, которая через несколько лет свяжет его с далеким и не особо интересовавшим в ту пору Казахстаном.

Роль Юнга в бизнесе

Сначала я в розницу продавал электронику, потом мне стало интересно развивать и банковскую розницу. Например, мы первыми в Казахстане выдали экспресс-кредит, – объясняет Вячеслав Ким.

Но уже через несколько лет стало понятно, что банковский бизнес очень непрост и для настоящего успеха в нем нужен совсем другой уровень компетенций. В 2005 году стал вопрос о необходимости дополнительных инвестиций.

- Мы получали разные предложения от потенциальных инвесторов, в том числе от казахстанских. Но я был заинтересован не столько в капитале, сколько в первоклассных знаниях и опыте, в частности в построении корпоративного управления и формировании стратегии развития, – вспоминает Вячеслав.

С Ломтадзе, который к тому времени был партнером Baring Vostok, их познакомил общий друг. Предложение, которое сделал Baring Vostok, было далеко не лучшим среди возможных как по оценке, так и по условиям (например, фонд не платил за долю наличные средства текущим акционерам), это не устроило основного партнера Вячеслава, известного бизнесмена Юрия Цхая, владельца холдинга «Каспиан Групп» (и неудивительно – в середине нулевых, когда страна буквально пухла от нефтяных денег, иностранные инвесторы с удовольствием покупали казахские банки за сумасшедшие по нынешним временам суммы). В итоге в декабре 2006 Вячеслав продал все свои активы, чтобы выкупить доли партнера (Юрия Цхая, ныне владельца Caspian Group) и в банк на паритетных началах вошел Baring Vostok. По сути, для Кима это было классическое складывание яиц в одну корзину, рискованная ставка. И толкнула его на этот риск не только бизнес-интуиция, но и такая эфемерная вещь, как внезапно возникшее взаимное доверие.

- Самое ценное – благодаря этому мы познакомились с Михаилом и стали работать вместе. У Юнга, ученика Фрейда, есть такое определение – «химия отношений». Это когда вам очень комфортно общаться и в жизни у вас одинаковые ценности. Это либо есть, либо нет. Понимание этого обычно приходит с первой же секунды: твое или не твое. В случае с Михаилом это произошло именно в первые секунды знакомства, – вспоминает Вячеслав.

Ломтадзе стал ответственным за инвестицию Baring Vostok в Казахстан. Оформление сделки заняло целый год, что было связано с получением разрешений, необходимых по казахстанскому законодательству.

- Мы с самого начала работали вместе, плечом к плечу. И за этот год очень сблизились, подружились и вместе решили, что Михаил займется непосредственным развитием банка. После завершения сделки он недолго был членом совета директоров, а потом стал председателем правления. Именно тогда, в 2007 году, мы ударили по рукам и сказали друг другу, что сделаем лучший розничный банк – как партнеры, – вспоминает Вячеслав.

Это была одна из самых крупных инвестиций Baring Vostok, и я здесь находился в качестве партнера инвестиционной компании. А потом мы с Вячеславом решили, что сможем вместе построить и вырастить бизнес. Я выбрал не компанию, а партнера. Просто оказалось, что партнер в Kaspi, а Kaspi в Казахстане, – подтверждает Михаил.

Они не раскрывают подробности тогдашних договоренностей, и до августа 2018 Михаил Ломтадзе не значился крупным участником Kaspi.

- Я никогда не был просто менеджером, Вячеслав и я изначально были партнерами, просто оформили это гораздо позже. Kaspi не привлекал внешних инвестиций в капитал, и поэтому нам было достаточно устной договоренности – наши отношения всегда строились и строятся на полном доверии и взаимопонимании, – рассказывает Михаил.

- Подумайте сами – выпускник Гарварда, самый молодой партнер Baring Vostok, работающий в Москве, управляя инвестициями по всему региону и имея самые блестящие перспективы, вдруг переезжает на долгие годы в Казахстан. Просто мы решили вместе создать великую компанию, – дополняет Вячеслав.

По его словам, у Михаила есть редкое сочетание двух талантов – профессионального управленца и предпринимателя:

- Профессиональными управляющими я называю тех, кто получил профессиональное, фундаментальное бизнес-образование. При этом натура у него предпринимательская – у него сильное чутье, он генерирует идеи и берет на себя ответственность за риски. И здесь он увидел возможности для реализации своих идей.

Из Каспийского в Kaspi

Банк Каспийский был небольшим универсальным банком.

- Но нас не интересовало корпоративное кредитование, которое тогда составляло 95% баланса. Мы не хотели тратить на него усилия, потому что у нас не было конкурентного преимущества в корпоративном бизнесе. Мы намеревались посвятить все наши ресурсы розничному бизнесу, который тогда составлял только 5% баланса. В розничном бизнесе можно достичь успехов лишь с помощью самых современных технологий. Это сложно и долго, но как раз технологии позволяют принимать решения быстрее и быть наиболее эффективными, создать сильные конкурентные преимущества, – объясняет Михаил.

Особенных усилий для адаптаций к казахстанским условиям ведения бизнеса, по его словам, прикладывать не пришлось:

- Я работал в Грузии и в России. Финансовые рынки постсоветских стран не сильно различаются.

Но именно в это время начался финансовый кризис в США, стремительно трансформировавшийся в мировой.

- Я стал председателем правления в 2007 году. Финансовый сектор в стране был в плохом состоянии из-за больших внешних долгов, кредитования связанных лиц, вложения в неликвидные активы, слабого корпоративного управления и т. д. Необходимо было собрать новую команду, принимать быстрые и жесткие решения для полной реорганизации и создания платформы для дальнейшего роста. Мы хотели построить новый бизнес, – вспоминает Михаил. Бренд Kaspi родился в 2008 – в самый разгар кризиса.

Вячеслав говорит, что автором «гениальной идеи» трансформации розничного банка в технологичную компанию был Михаил.

- Я помню, он тогда заперся у себя в офисе, весь стол был завален книгами про инновации, e-commerce и дизайн. Это были книги и исследования про Amazon, Apple, Zapos, PayPal, Google и многие другие. В результате Михаил предложил запустить онлайн-платежи и позже – интернет-магазин. Он честно меня предупредил, что идея рискованная и никто так не делал. В итоге мы стали первым банком в мире, кто построил свою экосистему и превратился из розничного банка в крупнейшую технологическую компанию страны, – рассказывает председатель совета директоров AO «Kaspi.kz».

Основатель Baring Vostok Майкл Калви несколько лет назад в интервью Forbes Kazakhstan объяснял, почему фонд так и не вышел из проекта, в который заходил на три-пять лет: «С Вячеславом у нас общее видение, мы вместе развиваем Kaspi. В момент инвестиции не думали, что это будет столь долгосрочный проект. Но развитие оказалось таким успешным, что теперь мы считаем его для себя одним из самых знаковых. Даже теперь, когда регион оказался в сложной экономической ситуации (разговор происходил в январе 2016 года. – Прим. ред.). Это сейчас один из самых инновационных и технологических бизнесов в Казахстане. Мы считаем, что новая линия бизнес-стратегии, не связанная с банковским сектором, очень перспективна, дает быстрый рост, и хотим развивать ее дальше».

Вячеслав Ким и Майкл Калви
ФОТО: Андрей Лунин
Вячеслав Ким и Майкл Калви

Осенью 2015 Kaspi получает статус банковского холдинга, и среди акционеров появляется Кайрат Сатыбалды, доля которого со временем доходит до 30%. Вячеслав Ким говорит, что внедрение технологий потребовало значительных инвестиций, он сделал предложение нескольким участникам рынка, но договориться удалось только с Кайратом Сатыбалды, с которым его связывают давние дружеские отношения: «Для него это была финансовая инвестиция с горизонтом в три года».

По оценке Forbes Kazakhstan, инвестиции Сатыбалды составили тогда от $145 до $147 млн. В 2018 году Сатыбалды вышел из Kaspi, сумму обратного выкупа стороны не разглашают.

Виртуальная реальность

Летом 2017 Kaspi объявил о запуске мобильного приложения – продукта, которого на тот момент клиентам банка не хватало, пожалуй, больше всего. Приложение объединило в себе все сервисы, имевшиеся на тот момент на портале Kaspi.kz, появилась возможность найти на карте ближайший банкомат любого банка, посмотреть остаток лимита на онлайн-покупки и другие функции. Новый сервис был адресован и владельцам карты Kaspi Gold, на тот момент ставшей одним из самых популярных продуктов банка из-за возможностей онлайн-переводов и технологии бесконтактных платежей, а саму карту отныне можно было получить в любом отделении банка буквально за 15 минут. На фоне конкурентов, у которых процесс мог занять до 10 дней, такая возможность действительно впечатляла.

Цифровые сервисы и мобильное приложение, в котором со временем появлялись новые функции, сформировали экосистему Kaspi. Пользователи оценили удобный, интуитивно понятный интерфейс, возможность оплатить услуги, приобрести товары в «Kaspi Магазине» (и получать бонусы), посмотреть истории платежей и покупок, открыть карту, депозит, оформить кредит и даже получить кредит наличными, сделать перевод по номеру карты, мобильного телефона, а со временем и по Kaspi QR. Карты Kaspi Gold вкупе с приложением буквально взорвал рынок безналичных платежей.

Если в ноябре 2016 года в обращении находилось 15,5 млн платежных карт, то в ноябре 2020 года – 45,4 млн. По данным Национального банка РК, за январь – октябрь 2020 года объемы транзакций с использованием платежных карт казахстанских эмитентов составило 40,1 трлн тенге, а количество – 2435,7 млн. Количество безналичных транзакций составило 2187,2 млн операций, основная доля которых совершена посредством интернета и мобильного банкинга (57,7 и 81,4% от общего количества и объема безналичных платежей и переводов денег) и POS-терминалов (42,1 и 18,2% от общего количества и объема безналичных платежей и переводов денег).

На рост популярности безналичных платежей в 2020 оказала влияние пандемия, но она лишь продолжила тренд, заданный ранее. В конце 2019 Kaspi анонсировал, а в 2020-м представил новые сервисы. У клиентов банка появилась возможность получить Kaspi Gold за 60 секунд посредством специального устройства Kaspi-картомат, созданного командой Kaspi.kz. На сегодняшний день картоматы есть почти в каждом отделении, всего около 150 устройств. Лицензия на них сделана открытой, чтобы другие участники рынка могли взять технологию на вооружение.

- Мы решили, что будет хорошо, если во время пандемии у людей будет возможность бесконтактно получать карты не только нашего банка, – объясняет Вячеслав Ким.

В работе над сервисом применены технологии, позволяющие дистанционно подтвердить личность пользователя, подписать всю документацию с помощью электронной подписи, не приходя в отделение.

Впрочем, отмечает Михаил Ломтадзе, пользователям важны не технологии, а конечный продукт, а он оправдывает ожидания:

- Мы используем самые современные технологии для создания самых удобных продуктов и сервисов. Точно так же происходит с Kaspi Gold, самой популярной в стране картой. Сначала появилась возможность получить именную карту за 10 минут, потом – за 60 секунд. Наши клиенты хотят получать услуги быстро и качественно, поэтому в любом нашем сервисе скорость и простота доступа к продуктам – важное конкурентное преимущество. Все продукты и сервисы доступны через приложение, то есть все услуги Kaspi.kz в кармане у пользователя, на экране смартфона.

Запуск QR-платежей для владельцев Kaspi Gold стимулировал развитие данного инструмента бесконтактной оплаты, который оказался как нельзя кстати в пандемию. В сентябре прошлого года состоялся запуск сервиса для юридических лиц Kaspi Pay, который дает возможность не только принимать мобильные платежи, но управлять финансами компании, получать кредит, делать перевод и платеж в бюджет без комиссии, и, конечно, пополнять свой Kaspi Gold.

- Мы изначально решили, что будем развивать свои собственные сервисы Kaspi QR и Kaspi Pay, не подключаясь к Apple Pay, Google Pay, Samsung Pay и другим системам. Только в этом случае мы сможем дать одинаково качественный и быстрый сервис всем нашим пользователям, а не привязываться к конкретному производителю мобильного телефона или платежной системе, – объясняет Михаил Ломтадзе.

Одним из ключевых факторов роста Kaspi как технологической компании и крупнейшего игрока рынка электронной коммерции стало развитие партнерской экосистемы, которая сегодня объединяет 30 тыс. субъектов. Большинство из них малые и средние предприятия, их финансовые возможности не позволяют самостоятельно получить доступ к технологиям столь высокого уровня. Подключая партнеров к технологической платформе платежей и маркетплейса, Kaspi фактически предоставил казахстанскому МСБ возможность использовать современные технологии, маркетинговые ресурсы и тем самым увеличить продажи и сохранить рабочие места – в период пандемии, напомним, продажи онлайн для многих предпринимателей оказались единственной возможностью получить доход.

В августе 2020 Kaspi купил сервис продажи и бронирования билетов Santufei, а в конце года объявила об открытии сервиса Kaspi Travel. Вячеслав Ким и Михаил Ломтадзе говорят, что идея выхода на этот рынок возникла давно, да и название Kaspi Travel нравилось. Приобретение в лице Santufei позволило реализовать планы.

- У них отработанные современные технологии и опыт, великолепная команда, которая присоединилась к нам. Цель нашей команды – стать крупнейшей платформой для путешествий. Преимущество Kaspi Travel перед конкурентами во многом, начиная с дизайна и клиентского опыта до полной интеграции с нашим мобильным приложением, платформой платежей, кредитными продуктами и бонусной программой. Такая интеграция в рамках Kaspi.kz обеспечивает высокое качество сервиса, – прокомментировал Михаил Ломтадзе.

ФОТО: Андрей Лунин

Основатель Santufei Асхат Омаров, комментируя в августе для Forbes Kazakhstan итоги сделки, отмечал, что условий для дальнейшего роста компании как самостоятельного проекта было не так уж много. Активные инвесторы вложились в ближайшего конкурента, а перспектива развития собственными силами представлялась ограниченной – не было достаточного количества финансовых ресурсов, чтобы вложиться в агрессивный рост. При таком раскладе сделка с Kaspi для команды Santufei представлялась оптимальным вариантом продолжить развитие и завоевать лидерство, отмечал Омаров. Команда проекта практически полностью перешла в Kaspi, и это в большой степени показатель того, как люди оценивают перспективы работы.

- Из названия Kaspi Travel понятно, что мы говорим о путешествиях в принципе, а не только об авиабилетах. Пандемия не будет продолжаться вечно, мы вернемся к нормальной жизни, а к этому времени у нас появятся новые сервисы. Мы начали с авиабилетов, потому что это самая простая услуга и внутренние линии сейчас работают, – пояснил Вячеслав Ким.

Казахстанский «единорог»

О заявке Kaspi.kz на IPO в Лондон Михаил Ломтадзе объявил в ноябре 2018 года. Весь последующий 2019 год журналисты забрасывали Kaspi запросами, но компания ничего не комментировала. Между тем в октябре 2019, когда размещение Kaspi.kz ожидалось со дня на день, Halyk Bank молниеносно провел в Лондоне SPO (дополнительное размещение акций). Halyk оценили по цене предложения, равной $11,75 за одну депозитарную расписку, рыночная капитализация составила $3,2 млрд. SPO признали успешным.

Аналитики считали, что после этого риски проведения IPO для Kaspi.kz существенно выросли: многие инвесторы через покупку расписок Halyk Bank закрыли для себя лимиты на финансовые организации Центрально-Азиатского региона.

Михаил Ломтадзе объясняет перенос IPO тем, что «рынки начало лихорадить»: «Успех IPO зависит не только от бизнеса и достижений самой компании, но и от состояния рынков капитала. Причин спешить с размещением у нас не было. Компания быстро росла, у нас было огромное количество идей, и мы были уверены, что компания покажет в будущем отличные результаты и мы сможем провести успешное IPO. Так и произошло».

15 октября 2020 международные инвесторы раскупили расписки казахстанского финтеха как горячие пирожки. Спрос позволил провести размещение по верхней границе ценового коридора, по $33,75 за расписку, побив результат Halyk Bank, и предложить покупателям дополнительные расписки, увеличив предложение до 29,6 млн бумаг. На конец декабря 2020 в Лондоне расписки Kaspi.kz вплотную подошли к черте $60 за бумагу.

По словам Ломтадзе, команда относилась к IPO как к бизнес-цели – получить не просто инвесторов, а «правильных» инвесторов, с длинным горизонтом инвестирования:

- Мы очень много рассказывали им про Казахстан, потому что люди инвестируют сначала в страну, а потом уже в компанию. Инвесторы поверили в уникальность нашей модели, потому что таких компаний нет на других рынках. В итоге наше IPO стало одним из самых успешных и больших – второе по размерам на Лондонской бирже и четвертое в Европе в 2020 году.

22 октября произошло размещение на казахстанской AIX, которое разочаровало недопуском к бумагам розничных инвесторов.

- По правилам IPO в Лондоне иностранным компаниям запрещено предлагать свои бумаги розничным инвесторам, и такие же зеркальные требования размещения были на AIX, чтобы избежать любых юридических рисков, – поясняет Ломтадзе.

Размещение Kaspi.kz действительно стало суперуспешным. Bloomberg описал это как «горячее IPO в Лондоне», которое «привело к появлению в Казахстане двух новых миллиардеров».

Ожидалось, что основным продавцом выступит фонд Baring Vostok, владевший на момент IPO 27,72%, однако в итоге его доля увеличилась до 31%. Большую часть продал Вячеслав Ким, доля которого на 1 октября 2020 составляла 36,69%, а теперь – 25%. Сам он говорит, что это было согласованным решением:

- Я дольше всех был акционером в компании и использовал практически все свои финансовые возможности на выкуп акций Кайрата Сатыбалды. Именно поэтому акционеры дали мне возможность продать больше акций во время IPO.

По его словам, free float Kaspi.kz на бирже будет увеличиваться: «Большая часть текущих инвесторов сделала инвестицию с долгосрочным горизонтом в 5–10 лет. Мы хотим, чтобы в будущем пакет торгуемых акций был значительным – это даст возможность привлечь еще больше инвесторов».

Примечательно, что Kaspi.kz, небольшую в мировом масштабе компанию, работающую на узком казахстанском финансовом рынке, глобальные инвесторы оценили значительно дороже аналогичной российской, с гораздо большим объемом бизнеса TCS Group (группа компаний «Тинькофф») – $4,82 млрд на середину октября 2020 года. «Яндекс» собирался приобрести ее за $5,48 млрд (сделка в итоге не состоялась).

Аналитик Freedom Finance Данияр Оразбеков считает, что компания была высоко оценена благодаря наличию большого объема комиссионных и транзакционных доходов, за счет которых прибыльность Kaspi.kz намного выше всех прочих казахстанских банков. Например, чистая прибыль Kaspi.kz меньше прибыли Halyk Bank в абсолютных значениях в 1,3 раза, а объем активов Kaspi.kz меньше в 3,6 раза, что говорит о большой разнице в структуре активов. К тому же рост показателей (объемы проданных товаров, объемы переводов, объемы выданных кредитов) в последние годы был двух- или трехзначным, и этот факт высоко оценили инвесторы.

- Получается, что Kaspi.kz одновременно является и компанией роста, и дивидендной компанией, что довольно редко встречается на рынке, – делает вывод Оразбеков.

В ближайшей перспективе, по словам Оразбекова, «многое будет зависеть еще от того, насколько успешными окажутся новые проекты компании: Kaspi Travel, QR-терминалы и программа финансирования продавцов». Если продукты окажутся достаточно успешными и востребованными на рынке, «это обеспечит дальнейший рост финансовых и операционных показателей, а следовательно, и рост котировок депозитарных расписок».

Сейчас у Kaspi три основных бизнеса – финтех, платежи и маркетплейс.

- В платежах и маркетплейсе доходы и прибыль растут намного быстрее. Тем более что мы все это организовали в одном суперприложении. Совсем скоро более 50% прибыли нам будут приносить нефинансовые услуги, – прогнозирует Ломтадзе.

ФОТО: Андрей Лунин

В связи с этим роль банковской составляющей в системе координат Kaspi.kz, по-видимому, будет снижаться. В далеком 2005 банк был седьмым по объему ссудного портфеля, а в начале декабря 2020 года – третьим. За 15 лет выдача Kaspi bank выросла в 14 раз, а в среднем по рынку – в 5,7 раза. Провизии банка увеличились в 3 раза, а по рынку прошло сокращение. Активы Kaspi bank выросли в 19 раз, в среднем по банкам – в 7,5 раза. Любопытно, что основная кредитная динамика пришлась на период между 2010 и 2015 годом, а к концу 2020 она плавно сократилась. Банк «охлаждает» кредитный портфель, это видно по уровню просрочки, которая теперь уже ниже средней по рынку. Соответственно, снижая ссудный портфель, банк ужимает и базу фондирования – депозиты. Их динамика также медленно идет вниз с пиковых 2010–2015 годов.

- Все эти показатели для нас неважные. Мы не соревнуемся по размерам активов, кредитного и депозитного портфеля. Нам приятно быть первыми, но мы в первую очередь ориентируемся на создание продуктов и сервисов непревзойденного качества, – комментирует Ломтадзе.

Он отмечает, что в условиях пандемии большинство людей сидит дома, торговля и, соответственно, покупки ограничены.

- Не только мы стали более консервативно подходить к оценке кредитоспособности заемщика, но и сами клиенты стали реже обращаться за кредитами. Мы считаем неправильным и рискованным быстро наращивать кредитование в такой ситуации, – резюмирует Ломтадзе.

Блестящая команда

Тем не менее рынок не стоит на месте, и поле, на котором работает Kaspi, становится все более конкурентным. Рентабельность, которую получает Kaspi.kz, по мнению Jýsan Invest, говорит о том, что «в онлайн-сегмент умещаются другие игроки, приход которых, на наш взгляд, неизбежно вызовет падение цен и тарифов компании и, как следствие, стабилизацию ее рентабельности. Хотя Kaspi.kz открыто заявляет, что у нее нет сопоставимых конкурентов, мы видим, что как минимум трое игроков пытаются составлять компании конкуренцию в Казахстане, хотя, надо признать, с большим отставанием в настоящий момент» (этими конкурентами аналитики называют Jýsan, Halyk и Сбербанк).

Впрочем, вряд ли местные и даже региональные игроки смогут составить конкуренцию Kaspi хотя бы в среднесрочной перспективе – слишком велик отрыв и лояльность клиентов. Но ведь внешние игроки тоже могут заинтересоваться уже подготовленным рынком?

- Есть много стран, где наша блестящая команда могла бы реализовать такие же успешные проекты с похожей бизнес-моделью. Мы можем конкурировать на любых рынках и с любыми игроками. И считаем, что чем больше будет инноваций и конкуренции, тем лучше для всех и для нас в частности. Мы постоянно развиваемся, учимся и улучшаемся, – говорит Ломтадзе.

Но казахстанский рынок невелик – сейчас практически все взрослое население страны, 8,7 млн человек, является клиентами Kaspi, и необходимость выхода за пределы Казахстана лежит на поверхности. Компания уже купила несколько площадок в Азербайджане, внимательно рассматривает перспективы выхода в Узбекистан. Ломтадзе также утверждает, что не особенно следит за ценами на акции компании:

- Мы предпочитаем концентрироваться на вещах, которые сами контролируем. Могу сказать точно, что через 10 лет Kaspi все так же будет делать суперкачественные инновационные сервисы и у нас будут работать лучшие профессионалы не только в Казахстане, но и в мировом масштабе. Мы совершенно точно можем сказать, что Kaspi будет не только в Казахстане, но и во всем ЦАР, мы также изучаем другие рынки. Все остальное – капитализация, стоимость и т. д. – это уже задача инвесторов оценивать перспективы компании. Мы на капитализацию не ориентируемся, мы ориентируемся на сервисы, продукты и их качество.

ФОТО: Андрей Лунин

Тем более успех Kaspi воодушевляет казахстанский бизнес. Основатель и владелец Astana Group Нурлан Смагулов считает, что это пример того, что страна может быть конкурентоспособной и в постиндустриальную эпоху:

- То, что у Казахстана есть компания, которая оценивается дороже сырьевых, при этом она основана не на материальных активах, а на идее и продана на международном рынке, – этот опыт очень примечателен. Этот пример очень сильно заряжает меня, как предпринимателя, и других предпринимателей Казахстана, все хотят подтвердить этот опыт и, возможно, улучшить его.

Похоже, это согласуется с задачами, которые, по словам Ломтадзе, Kaspi ставил себе в процессе IPO:

- Во-первых, рассказать про Казахстан и потенциал страны. Во-вторых, рассказать про уникальную бизнес-модель и стратегию Kaspi.kz. Мы справились с обеими задачами. Наш выход на IPO убедил большое количество инвесторов и инвестиционных фондов в перспективе не только нашей компании, но и Казахстана в целом, привлек интерес к инвестиционным возможностям страны. Плюс мы проложили дорогу для новых казахстанских бизнесов, уже есть «фан-клуб» инвесторов, готовых вкладывать в Казахстан.

На родине Михаил после IPO Kaspi.kz стал очень популярен – соотечественники, по словам Георгия Базгадзе, считают его единственным «честным миллиардером», сделавшим состояние благодаря своему труду и таланту, а не на приватизации бывшей советской госсобственности. Но этой истории не было бы, если бы казахстанец Вячеслав Ким не рискнул всем в 2006 году. Может, была бы какая-то другая.

 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
8297 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторах:
Загрузка...
15 апреля родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить