«Могу предположить, что ЕПЦ создают к 20-летию тенге»

Исполнительный директор Казкоммерцбанка Нурлан Жагипаров рассказал Forbes.kz, чем могла быть вызвана поспешность при продавливании Нацбанком законопроекта о Едином процессинговом центре

Исполнительный директор Казкоммерцбанка Нурлан Жагипаров.

Недавно в администрации президента Казахстана состоялось совещание по поводу создания Единого процессингового центра (ЕПЦ). На совещании представители Нацбанка, банков второго уровня, Ассоциации финансистов Казахстана (АФК) и правительства представили свои доводы «за» и «против» ЕПЦ. Как сообщали СМИ, перед АФК и Нацбанком поставили задачу: к 1 июля, когда должен быть готов законопроект о ЕПЦ, найти компромиссный вариант создания центра. По мнению главы АФК Серика Аханова, которого цитировали отечественные медиа, «время еще есть» и до 1 июля, и в последующие два летних месяца, когда будет продолжаться обсуждение, и осенью, когда законопроект будет в парламенте.

В состав рабочей группы АФК входит исполнительный директор Казкоммерцбанка Нурлан Жагипаров. Для читателей Forbes.kz он рассказал, почему крупные игроки на рынке банковских услуг выступают против обязательного участия в Едином процессинговом центре и на какую страну станет похож Казахстан, если идея с ЕПЦ воплотится в жизнь.

«Это уже третья попытка создать ЕПЦ»

F: Нурлан, финансовый регулятор хочет создать Единый (и единственный) процессинговый центр в Казахстане. Были ли у Нацбанка раньше аналогичные проекты?

- Не секрет, что это уже третья попытка создать ЕПЦ. Первая была предпринята в 1990-х, вторая - в начале 2000-х. В 2001 году был создан «Национальный процессинговый центр». Если сравнить, что тогда заявляли создатели ЕПЦ-2 (назовем его так для простоты) и что сейчас, то отличий вы практически не найдете. Тогда тоже говорили, что эта структура нужна для снижения комиссий за платежи и снятие наличных, для увеличения оборота безналичных платежей.

На ЕПЦ-2 выделили примерно 1 млрд 200 млн. тенге, часть этих денег дали банки. Было закуплено оборудование, создана инфраструктура, приглашены специалисты. Но клиентов этот дата-центр не смог найти - видимо, в силу того, что оборудование было у него не лучшее и услуги, которые он оказывал, не самые выдающееся. Поэтому ЕПЦ-2 стал заниматься не свойственными для него вещами: например, несколько лет назад пытался выпускать талоны с платежными функциями к водительским удостоверениям. Эта затея не увенчалась успехом. Сейчас центр находится на стадии ликвидации. Методический совет Агентства по защите конкуренции принял решение об отказе в продолжении деятельности центра «по результатам анализа в связи с развитостью конкуренции и отсутствия необходимости присутствия на рассматриваемых рынках квазигосударственных организаций». Однако сейчас мы являемся свидетелями создания ЕПЦ-3.

F: У государства были и другие инфраструктурные задумки - РФЦА, Единый регистратор ценных бумаг, Государственное кредитное бюро. Как вы оцениваете их эффективность?

- Национальный банк часто приводит их как пример удачных проектов. Но я бы не стал говорить, что эти проекты позволили что-то улучшить или удешевить. Тот же Единый регистратор ценных бумаг дал обратный эффект: услуги подорожали, уровень сервиса снизился по сравнению с тем временем, когда существовала сеть частных регистраторов.

«Никому не приходит мысль сократить продавцов на Зеленом базаре»

F: Если говорить о ЕПЦ-3, чем он все-таки отличается от своего предыдущего воплощения?

- К аргументам «за» добавился пункт о необходимости защиты социально уязвимых групп населения. Нацбанк переживает за пенсионеров, которым приходится платить большую комиссию, когда они обналичивают деньги в чужих банкоматах (не принадлежащих банку - эмитенту карточки. - F). Однако лишь 2% от всех операций совершаются в  «чужих» банкоматах. И только некоторые из 2% переплативших жалуются в Нацбанк. Получается, что именно их интересы стали основанием для монополизации рынка.

Но если пенсионер, у которого карточка Казкома, снимает деньги с нашего банкомата, то он ничего не платит. Если он идет в чужой банкомат, то с него берут деньги, потому что чужой банк несет расходы: он заправляет банкомат наличными, на инкассацию тратится. Так происходит по всему миру. Например, Bank of America берет комиссию минимум $2, если деньги обналичивает «неродной» клиент. За счет комиссии банки стимулируют клиентов пользоваться родными банкоматами, потому что они перестали быть лишь аппаратами по выдаче наличных: это уже фактически небольшое банковское отделение, где предоставляются различные услуги.

Конечно, комиссионные существуют, потому что затраты должны окупаться. Банки получают доходы, но это не фантастические прибыли. Кроме того, чем больше доходы банков от этой деятельности - тем больше налоги государству. В любом случае, все идет к тому, чтобы комиссии выравнивались рыночным путем.

Другой аргумент финансового регулятора: банки бросают деньги на ветер, когда в одном месте ставят десять разных банкоматов. Мол, надо экономить - уменьшать количество устройств, что и поможет сделать ЕПЦ. Однако никому в голову не приходит мысль сократить продавцов на Зеленом базаре. Зачем их столько?! Но если будет больше продавцов овощей - цена будет стремиться вниз. А если будет один государственный продавец зелени, представляете, что из этого выйдет?

«Одномоментно в создание ЕПЦ нужно вложить $357 млн»

F: Вы сомневаетесь, что ЕПЦ может снизить стоимость эквайринговых услуг (обслуживание банкоматов и POS-терминалов)?

- Я к этому вопросу с другой стороны подойду: сколько придется затратить денег и времени на создание новой системы? Нацбанк свои расчеты к законопроекту о ЕПЦ не приложил, поэтому давайте сами посчитаем, во что может вылиться эта инициатива.

В Казахстане 8700 банкоматов. Минимальная стоимость внутриофисного банкомата - $10 тыс., уличного - $20-25 тыс., банкомата с функцией cash-in для приема наличных - до $35 тыс. Выходит, что средняя стоимость банкомата составляет $15 тыс. Умножим эту сумму на 9000 банкоматов (8700 плюс запасные, не введенные в эксплуатацию) - получим минимальную цифру в $135 млн только на покупку этих устройств. Также ЕПЦ должен будет обеспечить страну POS-терминалами. Сейчас в Казахстане действует около 40 тыс. таких аппаратов, стоимость каждого – в среднем $350. То есть бюджет на «восстановление численности» POS-терминалов должен будет выделить $14 млн.

Чтобы обслуживать 9000 банкоматов, нужно раскошелиться на 144 расчетно-кассовых центра площадью 200 кв. м каждый. Чтобы купить 28,8 тыс. кв. метров, понадобится $28,8 млн (при стоимости $1000 за «квадрат»). Еще понадобится 600 инкассаторских машин общей стоимостью $30 млн.

Кроме того, необходимо построить три дата-центра: два в Алматы - основной и резервный, а в другом месте, например, в Астане - третий, который также будет работать в режиме stand by. Подобная система выстроена, например,  нашим банком. Это делается для того, чтобы в случае чрезвычайной ситуации (Алматы находится в сейсмоопасной зоне) можно было переключиться на другой дата-центр и продолжать обслуживать клиентов. Возведение дата-центров обойдется в $100 млн. Около 20% от стоимости оборудования придется тратить на его содержание - программное и техническое обеспечение. Нужно будет еще тянуть коммуникационные провода от банкоматов к дата-центру. На это потребуется порядка $50 млн.

Итого, одномоментно нужно вложить $357 млн. Оборотные средства я не учитываю, хотя под эти цели в банкоматах нужно держать $500 млн. Чтобы вся эта система физически появилась и заработала, уйдет в лучшем случае два с половиной - три года.

«За такой короткий срок невозможно создать инфраструктуру ЕПЦ»

F: В процессе создания ЕПЦ банки будут работать в прежнем режиме?

- Это очень интересный вопрос. В проекте о ЕПЦ написано, что закон вступает в силу через 30 дней после его опубликования. После этого никто на территории Казахстана не имеет права заниматься эквайрингом - то есть обслуживанием банкоматов и POS-терминалов. За нарушение запрета предусмотрена административная ответственность. Разработчики хотели до 1 июля внести законопроект в парламент. Предположим, парламент принял бы закон в сентябре, президент его подписал - и 1 ноября все бы остановилось. Потому что за такой короткий срок невозможно создать инфраструктуру ЕПЦ.

F: Чем можно объяснить такую поспешность при продвижении идеи ЕПЦ?

- Могу только предположить, что это делали к 20-летию тенге, которое будет отмечаться 15 ноября.

«Безналичные платежи в Казахстане и так растут»

F: С помощью ЕПЦ Нацбанк намерен увеличить объем безналичных платежей, а это актуально в современном мире. Что на это скажете?

- Если посмотреть статистику на сайте Национального банка, как развивается рынок снятия наличных и рынок безналичных платежей, видно, что последние несколько лет платежи по карточкам развиваются опережающими темпами - люди все активнее платят безналом. Конечно, по нашим подсчетам, пока только 20% населения делает платежи по безналу, 80% снимает наличными. Но тренд уже наметился. По данным Visa Inc, Казахстан по приросту платежей в интернете и POS-терминалах является одним из лидеров региона, куда входит часть стран Восточной Европы и всё СНГ. То есть безо всяких ЕПЦ безналичные платежи растут.

Этот рост связан с тем, что в Казахстане достаточно либеральное законодательство: у нас разрешены платежи по карточкам, с использованием чипа, бесконтактных карт, mPOS'ов. И всё это, кстати, появилось благодаря работе Нацбанка, который активно проводил соответствующие реформы, популяризировал и упрощал безналичные платежи.

«Концепция ЕПЦ-3 радикальнее, чем узбекская»

F: Почему же теперь, на ваш взгляд, Нацбанк предлагает монополизировать этот рынок?

- Нам самим непонятна эта инициатива. Вот зачем грузить бюджет страны, если есть компании, которые берут эти расходы на себя? Если на создание ЕПЦ возьмут деньги из госказны, то правительство вынуждено будет отрезать кусок от пенсий, соцпособий и т.д.

Появление единого центра приведет к тому, что все операции, совершаемые в стране, будут зависеть от работоспособности одной структуры. Если возникнут проблемы в ЕПЦ, то ни один банк страны не сможет предоставить качественное обслуживание своим клиентам. Достаточно одного-двух сбоев, чтобы доверие потребителя к карточкам резко упало: люди вновь перейдут на наличку. То есть ЕПЦ может дать обратный эффект: объем безналичных платежей не вырастет, а снизится.

К тому же концепция ЕПЦ-3 даже более радикальна, чем та, что была реализована в Узбекистане. В 2004 году наши соседи создали Единый общереспубликанский процессинговый центр, куда загнали все банки. Причем их не лишили возможности работать с банкоматами и POS-терминалами, а у нас собираются забрать и банкоматы, и POS-терминалы.

С помощью узбекского ЕОПЦ платежи можно проводить только внутри страны и только в сумах. Локальная платежная система не интегрирована с международными системами Visa, MasterCard, American Express. Да, это позволяет несколько экономить на платежах для банков и потребителей. Но это привело к тому, что карточки в национальной валюте не обладают теми свойствами, которыми обладают все другие современные карточки. Допустим, вы не можете ею рассчитаться в любой точке мира - только на территории Узбекистана.

Кроме того, карточный бизнес стал неинтересен местным финансистам. Об этом говорят такие простые цифры - в Узбекистане с населением 29 млн человек насчитывается 1200 банкоматов. В Казахстане их в 7 раз больше (8700 устройств), а населения почти в два раза меньше - 17 млн. В Узбекистане из-за нехватки банкоматов страдают потребители. Там сейчас стала привычной такая картина. Приходишь в магазин, где тебя уже ждут несколько человек с карточками и просят: «Давай мы за тебя заплатим карточками, а ты нам отдашь наличку». А карточками узбеков заставили пользоваться - им на карты зарплату перечисляют.

«Какой смысл создавать свою платежную систему при населении 17 млн?»

F: У других стран, помимо Узбекистана, есть подобный опыт?

- Я не знаю, с чем это связано, но сейчас в Центральной Азии вал подобных инициатив. Через это прошли Таджикистан и Киргизия. Последние, как и мы, хотели создать безальтернативный ЕПЦ. Но так как Киргизия является членом ВТО, то действия по монополизации отдельного сегмента рынка вызвала непонимание других членов Всемирной торговой организации, поэтому киргизы вынуждены были создавать процессинговый центр как альтернативную структуру. Мы сейчас тоже вступаем в ВТО, переговоры прошли с представителями более сотни стран-участниц. То, что предлагается разработчиками законопроекта, противоречит правилам ВТО. Поэтому нашему правительству опять придется проводить переговоры, чтобы объяснить партнерам по ВТО изменения в законодательстве.

Кроме того, около десяти лет назад в Китае создали национальную платежную систему China Union Pay (монополист на рынке Китая, владеющий единственным национальным платежным брендом карточных карт и управляющий единственной в стране расчетно-клиринговой системой для осуществления розничных платежей по картам). Однако CUP до сих пор не удалось пошатнуть позиции Visa, Master Card и American Express: никто, кроме китайцев, не пользуется China Union Pay. В конце концов, китайцы смогут создать что-то конкурентное, потому что у них население почти 1,5 млрд человек, им есть куда развиваться и с кем конкурировать. А в чем смысл создавать свою платежную систему при населении 17 млн человек? С кем мы будем конкурировать?

«Мы опять пересядем на “Жигули”»

F: Как создание ЕПЦ может отразиться на развитии карточного рынка?

- Во-первых, резко ухудшится сервис. Представьте ситуацию: банкомат не выдал деньги. Это и сейчас часто происходит. У нас в Казахстане температура колеблется от -40 до +40, банкоматы на это реагируют: то перегреются, то вода туда попадет - и железо перемерзает. Куда клиент пойдет жаловаться? Сейчас он идет в банк. Мы обязаны зарегистрировать его заявление (если не регистрируем, то нас наказывают) и в течение определенного времени решить проблему. А при ЕПЦ он куда будет обращаться? Если в ЕПЦ, то у центра должна быть развитая филиальная сеть. Вопрос: когда ее создадут, и сколько это будет стоить? Я также сомневаюсь, что ЕПЦ будет заботиться о том, чтобы банкоматы постоянно были заполнены деньгами.

Во-вторых, затормозится развитие карточных продуктов. Специфика карточного бизнеса заключается в том, что здесь как минимум два раза в год происходят кардинальные изменения - появляются новые стандарты, форматы, технологии. Эти процессы все время ускоряются, потому что платежные карты - не единственный метод оплаты. Есть ли гарантия, что монополист на карточном рынке будет отслеживать и внедрять новое? Гарантий нет никаких.

К тому же глобальные платежные компании, с которыми Казахстан сейчас интегрирован, - это в большей степени IT-структуры. Они постоянно разрабатывают новые продукты, внедряют новые услуги. Если у нас опустят «железный занавес» (а Нацбанк хочет создать замкнутую платежную систему, как в Узбекистане), если нас отсекут от новейших разработок, то мы опять, образно говоря, пересядем на «Жигули».

«ЕПЦ придется разрабатывать уникальный продукт»

F: Потребителю обещают, что при появлении ЕПЦ платежи будут более надежно защищены от мошенников. Согласны ли вы с этим аргументом?

- ЕПЦ будут выстраивать как альтернативу Visa, MasterCard, American Express, то есть придется разрабатывать уникальный продукт, который будет ограждать от мошенников. Я не могу предвидеть качество этого продукта, но могу прогнозировать расходы на его создание. Давайте посмотрим, сколько тратят глобальные корпорации на защиту. Visa Inc купила в 2010 году за $ 2 млрд CyberSource, ведущего специалиста по управлению рисками. American Express в том же году за $150 млн. приобрела Accertify - специалиста по предупреждению мошеннических действий. Почти одновременно MasterCard купила за 300 млн фунтов DataCash схожей направленности. Это только вложения в покупку компаний. Но инвестировать в систему безопасности нужно беспрерывно. Для нашего банка это ежегодная статья расходов размером почти в $1 млн. И это при том, что мы взяли готовые решения у перечисленных выше глобальных игроков, своё мы не создавали.

«Нет никаких признаков, что предпочтение будет отдано какой-то финансовой структуре»

F: В материалах о ЕПЦ, которые АФК подготовил для СМИ, говорится, что проект единого дата-центра предполагает создание крупного банка, имеющего монополистические права на осуществление карточных операций. Не получится ли так, что эти права перейдут к уже существующему банку?

- Там речь идет о том, что ЕПЦ как финансовый институт будет по многим параметрам соизмерим с крупным банком. Что касается самого вопроса, то может сложиться такая ситуация. Вот приедут иностранцы на EXPO-2017, как они будут рассчитываться? Они с наличкой не ездят, а у нас локальная замкнутая платежная система, «заточенная» только под казахстанские карты. Что произойдет? Некоторым банкам дадут разрешение на обслуживание Visa, MasterCard, American Express. Но это уже ограничение конкуренции: почему одним можно, а другим нельзя?

F: У вас есть предположения, кто войдет в «белый список»?

- В законопроекте эти моменты не прописаны. Но сейчас нет никаких признаков, что предпочтение будет отдано какой-то финансовой структуре или ряду структур.

F: Так откуда ветер дует?

- А вы задайте вопросы Нацбанку. Там есть люди, которые непосредственно занимаются этой темой.

«Глобальные игроки зарабатывают на платежах в РК $2,5 млн в год»

F: Что всё-таки положительного есть в идее ЕПЦ?

- Если он будет создан по схеме, действующей в Германии, то рынок и особенно небольшие игроки от этого только выиграют. В этой стране есть дата-центр, к которому подключились небольшие банки, те, что не могут инвестировать в создание собственного процессингового центра по $300 млн. Они пользуются услугами дата-компании за определенную плату. В то же время банки, которые не хотят предоставлять тот же набор услуг, что и другие, имеют свои дата-центры. У нас в Казахстане процессинговые центры имеют 13 банков (всего же, согласно реестру Нацбанка, в Казахстане выдано 38 лицензий на проведение банковских операций. - F). Пусть ЕПЦ будет 14-м игроком на рынке, пусть он станет крутым, но не за счет вливаний из бюджета.

Давайте опять посмотрим, какова цена вопроса. Нам говорят, что нужно исключить международные платежные системы: мол, если мы их уберем, то сэкономим кучу денег. Но глобальные игроки зарабатывают на платежах внутри нашей республики не более $2,5 млн в год. А на создание инфраструктуры ЕПЦ государство потратит $357 млн. Вот и считайте, стоит ли овчинка выделки.

Как сообщил редакции Forbes.kz заместитель председателя правления Народного банка Казахстана Аскар Смагулов, они также делали расчеты - сколько будет потрачено на создание ЕПЦ. Цифры Народного практически совпадают с выкладками специалистов Казкома. Разница составляет плюс-минус 10%.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9927 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
19 апреля родились
Именинников сегодня нет
Хроники бизнесменов. Владимир Ким

На чём зарабатывает своё состояние №1 списка 50 богатейших бизнесменов Казахстана по версии Forbes Kazakhstan

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить