Как инвестор Эштон Кутчер превратил $30 млн в четверть миллиарда

«Парню из Голливуда» не делали никаких скидок. Но его поразительный успех доказывает, что легко управлять деньгами других и сложно делать это хорошо


Актер Эштон Кутчер стал знаменитым, играя роли симпатичных пресных парней. Но наряду с менеджером Мадонны Гаем Озери поддержку ему оказывают самые известные миллиардеры мира (Рон Беркл, Эрик Шмидт, Марк Кьюбан, Дэвид Геффен, Марк Бениофф). И он сам уже помог с финансированием некоторым из наиболее выдающихся технологических проектов (Uber, Airbnb, Skype, Pinterest, Spotify). Превратив $30 млн в четверть миллиарда, Кутчер не собирается останавливаться и сейчас скрупулезно работает над тем, чтобы сделать успешной одну из самых необычных историй в современном мире денег.

Эштон Кутчер, один из самых высокооплачиваемых актеров телевидения, разумеется, может позволить себе самый необходимый в Лос-Анджелесе элемент звездной роскоши – автомобиль с водителем. Но он до сих пор предпочитает Uber. «Едем в Warner Bros., – командует звезда, пока мы вместе с его деловым партнером, музыкальным менеджером Гаем Озери, запрыгиваем в черный Chevrolet Tahoe в Беверли-Хиллз. – Так что сначала в Мурпарк, а потом по шоссе 101».

Вообще-то указания не нужны. Оптимальный маршрут от ворот огороженного анклава, где через три двери друг от друга живут Кутчер и Озери, до места в Бербанке, где актер снимает свой новый сериал для Netfliх, уже заложен в телефон водителя. Но Кутчер ничего не может с собой поделать: в этой машине босс – он. Пять лет назад Кутчер и Озери вложили в Uber $500 тыс. – купленная ими доля сейчас стоит в 100 раз больше.

Этот проект можно было бы счесть просто удачной ставкой. Но портфель Кутчера и Озери, где в совокупности более 70 инвестпроектов, включает в себя кое-что интересное и помимо Uber – Skype, Airbnb, Spotify, Pinterest, Shazam, Warby Parker, а также подающие надежды стартапы, такие как Zenefits и Flexport, находящиеся в стадии вынашивания и формирования.

Можно было бы счесть 38-летнего актера и 43-летнего музыкального менеджера U2 и Мадонны любителями, которые используют свою популярность для привлечения сделок. Да вот только масса самостоятельно добившихся успеха миллиардеров, включая Рона Беркла, Эрика Шмидта, Марка Кьюбана, Дэвида Геффена и Марка Бениоффа, дали им для инвестирования миллионы из собственных капиталов. И пусть упомянутая пятерка известна тем, что в полной мере наслаждается вкусом блеска и славы, несомненно, более консервативный инвестор Liberty Media недавно подбросил друзьям $100 млн.

Будучи публичной компанией, Liberty Media должна всецело руководствоваться цифрами. А вот это как раз то, что делает Кутчера и Озери неотразимыми. Партнеры предоставили Forbes доступ к своей бухгалтерии, и цифры произвели на нас значительно большее впечатление, нежели фильм «Где моя тачка, чувак?», где снялся Кутчер. За шесть лет они превратили $30 млн в $250 млн. Тот самый парень, который до недавнего времени был лишь звездой сериала «Два с половиной человека», получил 8,5-кратную отдачу от своих вложений.

«Если вы запросто можете получить прибыль в трехкратном размере, вас будут считать одним из лучших венчурных капиталистов, – говорит Марк Андриссен, завсегдатай «Списка Мидаса», за годы работы в своей компании Andreessen Horowitz привлекший инвестиций на сумму более $4 млрд. – Если же вы сможете довести эту цифру до пяти, это будет абсолютный успех. Я не терял времени даром на уроках математики: восемь с половиной значительно больше пяти».

Андриссен не одинок в своих оценках. Поговорите с глазу на глаз с тяжеловесами Кремниевой долины, которые проводили время с Кутчером и Озери, видели их в деле, и вы услышите одно и то же: «Эти ребята определенно умны». «Парням из Голливуда» не делали никаких скидок. Их поразительный успех еще раз доказывает две истины: легко управлять деньгами других людей и сложно делать это хорошо.

Необычный путь Кутчера – венчурного капиталиста начался с ныне обанкротившегося рэпера 50 Cent (Кертиса Джексона). Десятилетие назад тот получил долю в материнской компании Vitaminwater под названием Glaceau в обмен на то, чтобы стать лицом напитка, и заработал около $100 млн, когда Coca-Cola купила компанию в 2007. «В то время я заключил традиционный договор о рекламной поддержке с Nikon, – вспоминает Кутчер за калифорнийским завтраком из яиц и авокадо в доме Озери. – И я такой: «Оу, подождите-ка секунду. Мне надо понять, как вступить в игру с долями и акциями, потому что это имеет больше смысла!»

Весь путь Кутчера был построен на интуиции. Родившийся в Айове, в семье представителей среднего класса, он не сталкивался с какими-либо уроками бизнеса, за исключением самого важного – трудолюбия. К 10 годам Эштон уже помогал отцу на стройке; в старших классах примерил несколько не самых обычных профессий, в том числе уборщика, мясника и фабричного рабочего в General Mills.

Ум всегда был при нем: когда он подал документы в Университет Айовы, то планировал специализироваться на биохимической инженерии – до тех пор пока не победил в конкурсе моделей, не бросил учебу и не переехал в Нью-Йорк, а затем в Лос-Анджелес.

Его звездный час настал в 1998 вместе с «Шоу 70-х», в котором он играл глуповатого, но физически привлекательного Майкла Келсо, после чего последовала целая вереница подобных киноролей. Параллельно он начал оттачивать свое мастерство. В 2003 создал юмористическое шоу скрытой камеры для MTV под названием «Подстава» и стал его ведущим. Ко времени, когда его посетило вдохновение Vitaminwater, Кутчер уже основал продюсерскую компанию Katalyst. Директор по цифровым технологиям Сара Росс, которую он переманил из TechCrunch, начала знакомить его с элитой Кремниевой долины, включая Рона Конвея и Майкла Аррингтона. «90% времени я только слушал», – вспоминает Кутчер.

«Определенно был период, когда очень мало людей за пределами долины воспринимали все это всерьез, – комментирует Андриссен. – Он занялся этим бизнесом, когда это не было круто».

Кутчер подвижен, если говорить на языке технических стартапов. На частном ужине в ходе саммита Forbes «30 моложе 30» в прошлом году он на протяжении получаса вел бурные дебаты с группой медийных тяжеловесов на тему правильных коэффициентов по оптимизации веб-трафика и доходов от цифровой рекламы. Как футболист, начавший общаться с ботанами-математиками и в итоге продемонстрировавший, что стал одним из них. «Когда вы поймете, что собой представляет снежный барс, – говорит Кутчер, – вам будет достаточно легко узнать его, если он пройдет мимо».

Андриссен предложил ему вложить $1 млн в Skype в 2009. Когда Microsoft выкупил компанию 18 месяцев спустя, Кутчер получил доход в 4 раза больше вложенных средств. И он подсел. Что еще более важно, Эштон произвел впечатление на своих новых друзей из Сан-Франциско, которые все еще восстанавливались от Великой рецессии.

Озери тем временем испытывал похожие метаморфозы. Он родился в Израиле и переехал в Лос-Анджелес в возрасте восьми лет, в итоге оказавшись в средней школе Беверли-Хиллз. Там Озери начал управлять мелкими хип-хоп-вечеринками и общаться с детьми влиятельных персон Голливуда, таких как Фредди Деманн. Музыкальный менеджер нанял подростка на работу в Maverick Records – лейбл, который основал совместно с Мадонной. В середине 1990-х Озери прошел путь от охотника за талантами до президента, присматривающего за Muse и Аланис Мориссетт.

«Многое из того, чем сейчас занимаюсь, похоже на ту работу, – говорит он. – Ведь я так же пытаюсь разглядеть талант и помочь вывести на рынок свое видение».

Зараженный вирусом стартапов, Озери наладил отношения с Биллом Гроссом, в конце 1990-х привлекшим около $1 млрд для своего бизнес-инкубатора Idealab, расположившегося в Пасадене. Но в 2000 обвалившийся рынок потянул за собой множество из его развивающихся технологических компаний, планы об IPO и вместе с ними миллионы долларов Озери, который поставил все на Idealab. Отказ от предложения бывшего агента CAA Сета Родски вложиться в ту самую сделку с Vitaminwater, которая обогатила 50 Cent и вдохновила Кутчера, лишь подсыпал соли на рану.

Примерно в то же время Озери подружился с Берклом, который заявил ему, что в случае с сокрушительным провалом Idealab нет худа без добра: в 27 лет он получил ценный урок. Озери стал менеджером Мадонны, направляя ее в одно за другим мировые турне, что в итоге принесло $600 млн. Когда Родски пришел к нему в 2008 с предложением вложиться в Vita Coco, он выписал чек на $1,2 млн. В итоге с $28 млн стоимость компании выросла до $664 млн.

Следующей крупной сделкой стал Groupon. Погружаясь все глубже в финансирование стартапов, Озери обнаружил, что индустрия развлечений крайне недостаточно представлена в Кремниевой долине. «Из нашего сообщества там был только один парень, который не просто занимался этим, а участвовал во всех хороших проектах, – вспоминает Озери. – Это был Эштон». Когда Озери предложил объединить усилия, Кутчер дал согласие.

Кутчер и Озери присоединились к Берклу и в 2010 основали A-Grade Investments (по первым буквам их имен). Миллиардер принес $8 млн и поддержку своего операционного отдела, а Кутчер и Озери – по $1 млн. Первые чеки A-Grade были выписаны на суммы от $50 тыс. до $100 тыс., но мало-помалу выросли до семизначных. Трио нацелилось на стартапы, обладающие тремя следующими характеристиками: интересные основатели, с которыми хотелось бы поработать; миссия, нацеленная на решение какой-либо проблемы, связанной с экономией или повышением качества времяпровождения; бизнес-модель, которую можно развить.

Одним из таких проектов стал сайт стихов и литературы Genius, ранее известный как Rap Genius. A-Grade стал его первым крупным инвестором, после того как компания вышла из инкубатора Y Combinator в 2011. Рассказывает сооснователь проекта Илан Зекори: «Каждый, кто когда-либо получал финансирование, понимает, насколько это важная вещь и сколько обычно выжидают инвесторы, чтобы увидеть, как поведут себя другие». Кутчер задействовал свое внушительное влияние в социальных сетях – именно его аккаунт в Twitter первым собрал миллион подписчиков, – чтобы привлечь посетителей на сайт. Когда цифры пошли вверх, в 2012 Andreessen Horowitz вложили $15 млн. A-Grade вошел в проект, когда его стоимость была $10 млн, с тех пор эта цифра выросла в дву­значное количество раз.

Поворот в карьере Кутчера начал привлекать внимание, пусть и в качестве диковинки (New York Times назвала его «симпатичным растяпой», который «выучил утопический говор Кремниевой долины»). Его смешивали в одну кучу с другими инвесторами из числа звезд, такими как Джастин Бибер и Леди Гага, которые были достаточно умны, чтобы слушать своих менеджеров, но не более того. «Сейчас в нашей индустрии есть множество «туристов» из числа звезд, – говорит инвестор-миллиардер Крис Сакка, украсивший обложку прошлогоднего выпуска «Списка Мидаса». – Знаменитые люди сидят в засаде, пытаясь ухватить кусок пирога, при этом не привнося никакой ценности. Случай же Эштона – это ежедневная преданность технологиям в течение уже восьми лет».

Кутчер – это знаменитость, которая не просто берет долю в компании за рекламную поддержку или использует свою известность для привлечения инвесторов, а фактически управляет деньгами других людей. Это позволяет делать личный опыт. В 2011 Кутчер, Озери и Беркл вложили $2,5 млн в Airbnb, сейчас их доля стоит $90 млн. Они вложили $500 тыс. в Uber – часть на ранней стадии через Lowercase Capital, принадлежащий Сакка, другую – напрямую позже, и теперь их доля оценивается в $60 млн.

Просчетов тоже было достаточно. Кутчер вложил средства и ненадолго стал креативным директором компании интернет-телефонии Ooma, рухнувшей после своего IPO. Он потерпел фиаско с аналогом Uber для самолетов – приложением BlackJet. A-Grade вложился в онлайн-портал о моде Fab.com и наблюдал, как его стоимость на бумаге взлетела до $1 млрд, а затем обвалилась до никудышной цены в $15 млн.

Аналогично Голливуду и музыкальной индустрии, венчурный капитализм держится на хитах. И даже если отбросить джек-поты в виде Uber и Airbnb, доходность A-Grade стабильно держится на уровне 3,3 раза благодаря другим успешным проектам, включая $3-миллионную инвестицию в Spotify в 2010 (рост как минимум в 3 раза), $300 тыс. в Warby Parker два года спустя (в 7 раз) и $1,5 млн в Houzz в 2014 (в 6 раз).

В 2012 Кутчер, Озери и Беркл решили привлечь больше средств для A-Grade и создали настоящий «паровозик» из миллиардеров, желающих вложить деньги. «Стартапы из мира технологий дают неустойчивые результаты, и я доверился этим ребятам, чтобы успешных проектов стало больше», – поясняет Геффен. Кьюбан добавляет: «У обоих парней есть потрясающее чутье на то, что будет пользоваться успехом у потребителей». «Не важно, ставят ли на нас или на наш портфель, у людей уже была возможность увидеть плюсы», – замечает Кутчер.

Известность может стать выгодной инвестицией, когда ее используют правильным образом. Когда Нью-Йорк попытался ограничить рост Uber удушающими нормами, Кутчер воспользовался социальными медиа, чтобы открыто критиковать мэра Билла Де Блазио, который вскоре дал обратный ход. Озери привлек своих клиентов, включая Мадонну, к публичному использованию мобильного приложения Flipboard – еще одной инвестиции A-Grade. Кутчер даже заработал выговор от Федеральной торговой комиссии в 2011, после того как включил некоторые из проектов A-Grade в онлайн-издание журнала Details, где был приглашенным редактором.

Настолько высокая степень вовлеченности открывает возможности. «Когда у вас репутация эффективного и вносящего вклад в дело человека, вас обычно стараются привлечь ко многим вещам», – говорит Андриссен.

Действие следующей главы путешествия Кутчера в качестве венчурного капиталиста происходит на окраине насыщенного технологическими компаниями района Сан-Франциско Саут-оф-Маркет (СоМа) в залитой солнцем мансарде, которую недавно освободили ребята из AngelList. Это новый дом Neighborly, стартапа по краудфандингу муниципальных облигаций, недавно закончившему привлечение первых инвестиций в размере $5,5 млн. Когда вы выходите из лифта, вас встречает ободранная краска: AngelList сняли свой знак-пацифик размером с велосипед. Это место, по словам основателя Neighborly Джейза Уилсона, 33-летнего выпускника Массачусетского технологического, займет заключенная в рамку цитата Эштона Кутчера: «Сделать облигации вновь сексуальными».

Кутчер и Озери будут управлять $100 млн, полученными от Liberty, в новой компании – Sound Ventures. Neighborly – одна из первых ее инвестиций. «Они видят вещи с такой точки зрения, с которой мало кто смотрит, – говорит Уилсон. – Это не просто развлечения, медиа. Это глобальная взаимосвязь людей». «У каждого предпринимателя из нашего портфеля есть наши личные номера телефонов, – рассказывает Кутчер. – Они могут звонить нам в любой момент, 24 часа в сутки, по любым вопросам». Sound Ventures – это шаг вперед: больше денег, причем от других людей. Liberty сознательно отклонила предложения Кутчера и Озери вложить их собственные миллионы: никаких «взрослых».

Хотя Беркл не смог встретиться с Forbes, его мнение относительно расставания, которое он выразил по электронной почте, звучит примерно так: «Мы настолько же близки, как раньше, и наши команды продолжают рассматривать сделки вместе». Кутчер добавляет: «Мы такие хорошие друзья, что никогда не возражали, чтобы разные точки зрения на потенциальный рынок вступали в конфликт».

Более вероятным кажется, что Беркл, у которого на протяжении многих лет не было начальника, не хотел, чтобы ему говорили, что делать. Liberty имеет право вето в отношении крупных инвестиций и будет осуществлять операционную поддержку через концертного гиганта Live Nation, в котором является основным акционером. Именно генеральный директор Live Nation Майкл Рапино познакомил Кутчера и Озери с генеральным директором Liberty Грегом Маффей. Те подтвердили, что договорились на обычные условия – 2% от вложенных средств и 20% от прибыли, плюс бонусы в зависимости от результата деятельности.

Так почему же Liberty разместила свои средства у Кутчера и Озери вместо более привычных компаний а-ля Greylock или Sequoia? «Возможно, последние не согласились бы на некоторые условия, – считает Маффей. – Но, думаю, более важным стало то, что у ребят свой, отличный от других путь».

Neighborly символизирует собой этот новый путь. В Sound Ventures Кутчер и Озери хотят сосредоточиться на скучных сферах. Помимо краудфандинга муниципальных облигаций, они уже инвестировали в автоматизацию управления человеческими ресурсами (Zenefits), финансовую прозрачность местных органов управления (OpenGov) и бытовых услуг (Handy). В течение следующих нескольких лет планируется профинансировать 60–70 компаний. Чтобы увеличить свою $100-миллионную базу, нужно будет делать более крупные вложения на более поздних стадиях. «Четыре проекта, если нам повезет, будут новыми суперзвездами, по 50% мы предполагаем достичь уровня безубыточности, – рассказывает Кутчер. – А 25% сойдут с дороги».

Сделка может стать больше. Друзья подготовили TPG Capital к вливанию дополнительных средств, если портфелю компании потребуются еще более крупные вложения. Кошелек Liberty, вероятно, тоже остается открытым. «Они всегда могут прийти и попросить больше денег», – говорит Маффей. Эти слова кружат голову Кутчера и Озери во время посиделок в гримерной, заполненной сувенирами Chicago Bears, и обсуждения идеи создания инкубатора. Заглядывает работник сцены и спрашивает Кутчера, готов ли тот приступить к съемкам. Актер кивает: «Буду через две минуты». Это вмешательство тоже говорит о перспективах. Кутчер заработал $20 млн за последний сезон сериала «Два с половиной человека». Озери, недавно завершивший концертные турне U2 и Мадонны, которые принесли $152 млн и $305 млн соответственно, вероятно, получит $15 млн. Так что для этих парней их общее дело – страсть, а не вопрос жизни и смерти.

«Если мы не заработаем денег, но изменим мир, потому что решаем реальные проблемы и поддерживаем выдающихся людей, это станет достаточной прибылью», – говорит Кутчер. Слова истинного ветерана Кремниевой долины.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
23087 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
7 декабря родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить