Праздник общей беды

Таможенный союз подкосил МСБ Казахстана, но привлек иностранные корпорации низкими налогами

Mark Joseph/ Photodisc RF/Fotobank.ru

Малый и средний бизнес Казахстана лихорадит, российские компании уходят под казахстанскую юрисдикцию, китайские и японские промышленные гиганты задумались об открытии в республике крупных сборочных производств – таковы первые итоги отмены внутренних таможенных барьеров стран-участниц Таможенного союза (ТС). Сейчас Казахстан, Россия и Беларусь составляют единую таможенную территорию: заработал механизм зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин, отменено таможенное оформление товаров, установлен общий таможенный тариф и применяются единые меры нетарифного регулирования. Власти стран-участниц ТС с оптимизмом обмениваются отчетами о растущих показателях во взаимной торговле, а бизнес-сообщество растерянно озирается по сторонам, высматривая того, кто объяснит происходящее. Очевидно, что к отмене внутренних таможенных барьеров до конца не оказались готовы ни чиновники, ни сам итоговый «благополучатель» – бизнес, для которого все и затевалось.

Лукавая статистика

ТС работает уже год, таможенных постов нет, пора бы пожинать первые позитивные плоды взаимной интеграции. И как отрапортовали официальные власти, они появились. По данным Комитета таможенного контроля Минфина РК, внешнеторговый оборот Казахстана в январе – июле 2011 года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года вырос почти на 45 % и составил более $61 млрд. На долю экспорта пришлось почти $45 млрд (рост 51,8 %), на импорт – $16 млрд (рост более 28 %), отметили в ведомстве. В свою очередь товарооборот Казахстана со странами Таможенного союза также растет ударными темпами – по сравнению с первым полугодием 2010 года он увеличился в 2,1 раза, до $9,4 млрд, и составил почти пятую часть от общего товарооборота Казахстана.

Рост экспорта и импорта между странами ТС – как раз то, чего добивались организаторы союза. Однако за словосочетанием «увеличился товарооборот» не всегда можно углядеть истинное положение вещей. Ведь что такое «товарооборот»? Современный экономический словарь поясняет – это объем проданных и купленных товаров в денежном выражении за определенный период времени. Именно в денежном, поэтому, если говорится о росте товарооборота, не обязательно, что за рассматриваемый промежуток времени было больше продано товаров в количественном выражении, возможно, просто выросла их стоимость. Обратимся к структуре экспорта Казахстана. В многочисленных официальных докладах по итогам работы ТС говорится о его стремительном росте, однако нет ни одного упоминания о его структуре. То есть за счет чего растет этот самый экспорт, непонятно.

Между тем, по данным Агентства по статистике РК (АСР), структура казахстанского экспорта остается традиционной: на минеральные продукты приходится около 80 %, металлы и изделия из них – более 12 %, химпроизводство занимает почти 4 %, и на все остальное приходится 4 %. Более половины экспортных операций Казахстана приходится на Европу – 53 %, Китай – 15 %, Россию – 10 %. Как и раньше, основным потребителем казахстанских углеводородов остается Италия – более четверти от общего объема, Китай, Нидерланды, Австрия. Если национальный экспорт в количественном выражении по основным сырьевым группам увеличился в 2011 году незначительно, то возникает вопрос, за счет чего отмечается рост? Экспорт Казахстана, по мнению аналитиков, зависит, как обычно, от уровня цен на энергоносители на внешних рынках. По данным Нацбанка РК, индекс экспортных цен за первый квартал 2011 года составил 43 %. Другими словами – выросла цена на нефть, металлы, вырос казахстанский экспорт, и говорить, по мнению экспертов, о решающем влиянии ТС на этот показатель пока преждевременно.

Другая картина с казахстанским импортом, половина которого приходится на Россию, 20 % на Европу и 12 % — на Китай, говорится в отчетах АСР. Здесь индекс импортных цен увеличился всего лишь на 7 %, приводит данные Нацбанк РК, при общем увеличении объема импорта на 28 %. Следовательно, товара в Казахстан стали завозить больше, поставив местного производителя в незавидное положение.

Тризна по МСБ

Интеграция государств в ТС пошла по форсированному сценарию, за которым явно не поспевает бизнес, очевидное явление, и официальная власть это признает. «Создание Таможенного союза и единого экономического пространства шло настолько быстрыми темпами, что не всегда бизнес успевал догонять и понимать те решения, которые на сегодняшний день уже приняты», – сознался премьер-министр Казахстана Карим Масимов 12 июля на встрече с председателем правительства России Владимиром Путиным и премьер-министром Белоруссии Михаилом Мясниковичем.

Настроения представителей казахстанского бизнеса не столь сдержанные. «Для многих казахстанских предпринимателей последствия отмены таможенных постов стали как ушат холодной воды, – поделился с корреспондентом Forbes вице-президент Независимой ассоциации предпринимателей Республики Казахстан Тимур Назханов, защищающий интересы малого и среднего бизнеса. – Нас убеждали, что передвижение товаров по территории трех стран существенно упростится, а на деле получилось наоборот. К нам сейчас идут сотни предпринимателей, которые не знают, что делать. У многих застрял товар на границе, кто-то фактически разорен».

Назханов приводит пример тупиковой ситуации, в которую попала одна предпринимательница, возившая 15 лет мебель из Малайзии в Казахстан. «Все эти годы она платила в общем 15 % налогов от стоимости товара. Когда зашла речь о Таможенном союзе, она стала живо интересоваться этой темой у таможенников, мол, как новые правила отразятся на нее бизнесе. Ее заверили, что платить она будет столько же, а то и меньше. Не так давно она привезла новую партию мебели, и ей посчитали налоги по новой системе – теперь она должна заплатить 500 % от стоимости товара. Груз до сих пор стоит, и женщина не знает, что с ним делать, а власти не могут внятно разъяснить ей выход из ситуации», – рассказывает Назханов.

«Формально документов стало меньше, но на самом деле их число выросло. Например, грузовая таможенная декларация исчезла, но появилась статистическая карточка. Многие предприниматели специально привлекают брокеров, чтобы они разобрались в этом документе, – продолжает Тимур Назханов. – Есть еще проблема с сертификатами. Сейчас сертификат нужно готовить и отправителю груза, и получателю. Выходит, что оба партнера должны готовить два сертификата на один и тот же товар – проходить лаборатории, нести определенные затраты. Или взять детализацию товара: если раньше партию отправляли одним артикулом, то сейчас партии дробятся. В результате подготовка документов затягивается, а стоимость их оформления вырастает примерно в два раза».

В том, что усложнение процедуры оформления документов уже сказалось на росте цен, соглашаются с НАП и таможенные брокеры. «Первые итоги работы Таможенного союза с точки зрения логистики нельзя оценить однозначно. Да, для частных лиц и наземного транспорта, задействованного на перевозке товаров, на государственных границах стран-участниц сегодня остался лишь пограничный контроль. Но при этом таможенное администрирование товаров из третьих стран стало значительно сложнее. Усложнилось и подорожало даже оформление товаров из самого Таможенного союза для торговли внутри него же. Помимо этого вырос таможенный тариф. Все эти издержки ложатся на стоимость товара для конечного потребителя, что, естественно, привело к росту цен», – говорит председатель Ассоциации таможенных брокеров РК Геннадий Шестаков.

По мнению наблюдателей, МСБ Казахстана сейчас находится на грани выживания, и власти необходимо было предпринять меры по защите предпринимателей, как, например, она защитила крупный бизнес – местных табачников.

Генеральный директор табачной компании JTI в Казахстане Луиджи Червезато рассказал, что для его компании Таможенный союз мало что меняет на рынке: в России и Белоруссии работают самостоятельные подразделения представляемой ими табачной компании. Правда, многое могло бы измениться, если бы прошло предложение российского вице-премьера Алексея Кудрина. В апреле 2011 года он выступил за повышение акцизов на табак в Казахстане до уровня российских, отметив, что первые в четыре раза ниже последних. «Россия сейчас опасается, что сигареты и алкогольная продукция Казахстана хлынет к ним, потому что они дешевые, у нас акциз низкий… их товары не будут конкурентоспособными на общем рынке Таможенного союза», – объяснила вскоре министр по делам экономической интеграции РК Жанар Айтжанова. Но на поводу у россиян идти отказалась: «Мы по налогам будем вести отдельную политику, как в странах ЕС. В налоговой политике у нас будет своя экономическая политика, которая будет ориентирована на наших производителей».

Российские лоббисты также защитили некоторые интересы своих финансово-промышленных группировок в рамках ТС. Примеров много, но одним из наиболее любопытных и мало обсуждаемых стала борьба казахстанских судоходных компаний за право ходить по внутренним водам России под флагом Казахстана.

Напомним, во время рабочих встреч профильных министерств в 2011 года со стороны Казахстана было озвучено предложение разрешить работу судов, плавающих под флагом РК, на внутренних водных путях РФ (trade in national waters). Однако российская сторона данное предложение не поддержала, сославшись на межправительственное соглашение, по которому только для разового перехода судна под флагом РФ по ВВП РФ требуется получение распоряжения премьер-министра и предварительные заключения от 9 федеральных органов. Вместе с тем большое количество флота под флагом РФ работает в водах РК на основании каботажных разрешений, выдаваемых Минтрансом РК на регулярной основе без усложненной бюрократической волокиты.

«Во-первых, Россия никому вообще не разрешает работу на своих внутренних водных путях, здесь есть политический фактор. Во-вторых, это не выгодно российским судовладельцам. То есть, если я купил танкер в Норвегии, получил в консульстве РК в Санкт-Петербурге право плавания под флагом РК, чтобы пройти до порта Актау самостоятельно по Волго-Балту, мне нужно организовывать дипломатическую почту, получать все согласования и разрешение ПМ РФ, что занимает около трех месяцев, можно и быстрее, но это будет недешевый вариант, – рассказал Forbes директор по развитию брокерской компании, ведущей морские операции в Каспийском регионе ТОО «КазСтив» Айдар Алшанов. – Альтернативно я могу обратиться к какой-нибудь местной буксирной компании, заплатить ей столько-то сотен тысяч долларов и дойти до РК как груз».

Серые не пройдут

Пожалуй, острее всего на отмену таможенных границ в рамках ТС отреагировал автомобильный рынок Казахстана. Повышение ввозных пошлин на авто создало ажиотаж на пропускных пунктах, кардинально изменив местный рынок. Сегодня в Казахстане работают либо готовятся к выпуску продукции шесть автопредприятий: два в сегменте легковых автомобилей, два в сегменте коммерческой техники, а также кокшетауский «КамАЗ Инжиниринг» и семейский завод Daewoo Bus Kazakhstan, выпускающий автобусы. Потенциал автопроизводства в стране совсем не иллюзорен и в обозримой перспективе сможет претендовать на одну из ключевых ролей в несырьевом секторе. Весомый тренд ряда последних лет: рост официального авторынка и одновременное увеличение доли продаж собранных в республике и в соседней России автомобилей за счет ввозимых из-за пределов СНГ.

Например, по данным Ассоциации казахстанского автобизнеса, отечественный авторынок за первое полугодие 2011 года вырос почти на 160 % по отношению к аналогичному периоду минувшего года. С января по июнь официальные дилеры реализовали 17 564 автомобиля, что почти в 2,6 раза больше, чем в 2010 году (6793 единицы). Большую часть продаж составили автомобили российского производства – 40,3 %, собранные казахстанскими производителями – 31,7 %, и около 23 % – это автомобили, импортируемые из дальнего зарубежья.

На долю усть-каменогорского завода «Азия Авто» сегодня приходится 87 % отечественного производства легковых автомобилей. При этом первые итоги деятельности в рамках Таможенного союза России, Казахстана и Белоруссии оценивают невысоко. По словам президента АО «Азия Авто» Ержана Мандиева, есть тренды, которые недостаточно скрупулезный наблюдатель может принять за эффекты работы Таможенного союза. В частности, рост производства и продаж казахстанского автопрома. «Но это результат беспрецедентного расширения модельного ряда и восстановления потребительского спроса», – уверен он.

С момента образования ТС завод запустил в производство 12 новых моделей Chevrolet, KIA и Skoda. При этом режим импорта подержанных автомобилей вплоть до 1 июля 2011 года по-прежнему оставался предельно либеральным и стимулировал ввоз «секонд-хэнда», а отнюдь не спрос на казахстанскую продукцию. С окончанием действия льгот приобретение автомобиля отечественной сборки выглядит гораздо привлекательнее, и только сейчас имеет смысл обсуждать эффект ТС с точки зрения роста продаж продукции отечественного автопрома. «Выраженный рыночный эффект нового таможенного режима можно будет наблюдать в будущем году».

Мандиев считает, что реалии Таможенного союза изменили инвестиционный климат в отрасли. В самом широком смысле. Отечественный автомобильный рынок никогда не приковывал такого внимания потенциальных инвесторов. «Это продиктовано прежде всего перспективами внутреннего казахстанского спроса на фоне повышения пошлин. И лишь во вторую очередь инвесторов привлекает шанс экспорта на рынок России. При прежних казахстанских или белорусских пошлинах упразднение границ с Россией технологии и инвестиции бы не привлекло. Важна структура потребления. Ни один производитель не может развиваться на рынке, где 90 % продаж обеспечивается импортом. А наш рынок до недавнего времени выглядел именно так», – подчеркнул Ержан Мандиев.

Также одной из реалий союза собеседник считает снижение перспектив всевозможных «серых» схем на данном рынке. Например, существует мнение, что сегодня выгодно ввозить автомобили из соседнего Кыргызстана и растаможивать их за незначительную мзду под видом авто, ввезенных до окончания действия срока льготного ввоза автомобилей для физических лиц. «Успешные попытки пересечения казахстанской границы в режиме временного ввоза, безусловно, есть. Но за активизацией инициативных граждан Кыргызстана последовала реакция таможенных органов и дорожной полиции. В данном случае Казахстан несет повышенную правовую, политическую ответственность за исполнение нормативной базы ТС перед двумя государствами-партнерами. Так что перспективы таких махинаций близки к нулю», – пояснил Мандиев.

Повышение таможенных пошлин на автомобили вызвало ажиотаж.

Автодилер Дос Ильяшев, представлявший до июля текущего года американскую сеть аукционов Manheim Export Trader, согласен с невысокими перспективами «серых» схем. По его словам, сегодня немалое число посредников предлагает посодействовать в получении киргизских номеров для автомобилей, которые казахстанцы не успели ввезти до 1 июля. Законодательство дает возможность за небольшую сумму растаможить автомобиль в Киргизии, а затем пользоваться им на территории РК. Благодаря этой схеме в республику снова начался ввоз подержанных праворульных авто, но собеседник уверен – это временное явление, и пожелавшие воспользоваться им, окажутся в еще более неприглядном положении.

Казахстан или Кипр?

Еще до создания ТС многие аналитики предрекали массовый исход российских компаний со своих насиженных территорий под юрисдикцию Казахстана. Дело в том, что уровень общих налоговых изъятий в Белоруссии составляет в среднем 80,4 % к прибыли, в России – 46,5 %, а в Казахстане – всего 29,6 %. О том, что процесс «юридической миграции» уже стартовал, говорят на разных уровнях и в России, и в Казахстане. Например, по данным Российского союза промышленников и предпринимателей, с начала года казахстанский налоговый режим предпочло уже несколько сотен компаний. Данные российской стороны подтверждают цифры Агентства по статистике РК, свидетельствующие об активной регистрации иностранных предприятий на территории республики. Причем за год – с 2010 по 2011 – темп роста регистрации иностранных фирм в Казахстане вышел на докризисный: прирост – примерно тысяча в год. Статистика не выделяет в общей структуре иностранных компаний российские, однако, по данным НАП, число таковых с начала года в Казахстане увеличилось примерно на 500 единиц, достигнув пяти тысяч. Всего же в РК зарегистрировано более 15 тысяч иностранных фирм и совместных предприятий.

В Казахстан идет разнокалиберный бизнес – начиная с мелких перекупщиков и заканчивая крупнейшими транснациональными компаниями, приводят свои наблюдения эксперты. Компании из РФ регистрируют в Казахстане предприятия для реэкспорта китайского импорта в Россию – фактически это сервисные предприятия. Уже появились сведения, что крупнейшие мировые гиганты стали рассматривать варианты открытия здесь сборочных производств. «По моим данным, одна японская автомобильная корпорация сейчас рассматривает вариант открытия сборочного производства автомобилей в Казахстане, ориентированного на рынок России, из-за лояльного налогового климата в стране, – поделился с корреспондентом Forbes вице-президент банка «Кредит Суисс Казахстан» Гани Токсанбаев. – Более того, я общался с представителями огромного китайского бизнеса – владельцами франшиз самых известных мировых брендов – они хотят открыть в Казахстане производство мебели для российского рынка. Сам завод будет китайский, сырье российское, налогообложение и производство казахстанские».

Аналитики утверждают, что Китай рассматривает сейчас вариант открытия нового Шелкового пути, ведь им интересны в первую очередь рынки Европы, а россияне теперь воспринимают Казахстан, как некий офшор. Как утверждают многие из них, в будущем следует ожидать лишь увеличения присутствия компаний Китая и России на казахстанской территории.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9840 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторах:
Загрузка...
15 августа родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить