Равнозначна ли помощь банкам помощи их акционерам?

Государство в очередной раз «вычерпывает воду из корабля», выделяя средства из Нацфонда на помощь банкам второго уровня

Фото: Rssing.com

Конец зимы 2017 выдался приятным для некоторых банков Казахстана: президент подписал указ о выделении 1 трлн тенге для оказания помощи банковскому сектору страны.

Как сообщала пресс-служба Акорды, президент постановил «выделить целевой трансферт из Национального фонда Республики Казахстан в республиканский бюджет на 2017 год в размере 1 (один) триллион 92 (девяносто два) миллиарда 941 (девятьсот сорок один) миллион 288 (двести восемьдесят восемь) тысяч 400 (четыреста) тенге для оздоровления банковского сектора» (указ президента РК № 421).

По курсу на день подписания документа, 14 февраля, это было $3 399 506 340. А ранее зампред Нацбанка Олег Смоляков говорил о 2,1 трлн тенге помощи в планах правительства.

Итак, триллион запущен. Как и очередной раунд дискуссий: стоит ли помогать банкам, насколько это рыночная мера, почему банкам прощают долги, но банки не прощают кредитов своим клиентам?

Уместно ли помогать частным компаниям?

В английском языке финансовая помощь звучит как bailout. Изначально это морской термин, который обозначает вычерпывание воды из тонущего корабля. Он лучше всего отражает суть государственной финансовой помощи коммерческой фирме. Если один отсек на корабле полон воды, то риск для всего суда затонуть резко увеличивается.

Основной смысл помощи -  предотвращение последствий, которые могут возникнуть в результате прекращения ее деятельности.

Например, США потратили около $80 млрд на финансовую помощь General Motors и Chrysler, но все же потеряли на этой операции около $11 млрд. Смысл помощи такого размера был в том, чтобы сохранить одни из важнейших компаний США, с сотнями тысяч сотрудников, десятками научных лабораторий, и чтобы их заводы были градообразующими в ряде населенных пунктов.

В 2008 правительство Великобритании выделило около $64 млрд, чтобы поддержать три крупнейших банка страны: HBOS, Lloyds TBS, RBS.

Вот, что об этом писал Пол Кругман, лауреат Нобелевской премии по экономике, в своей колонке в New York Times: «Что можно сделать, чтобы справиться с кризисом? Помощь владельцам домов не сможет предотвратить большие потери по плохой ипотеке, и в любом случае эффект будет слишком медленным. Естественным выбором будет решить проблемы низкого капитала через обеспечение финансовых институтов в обмен на долю в них.

Правительство г-на Брауна (Гордон Браун, экс-премьер-министр Великобритании) объявило план по поддержке финансового сектора, вливании ликвидности в банки чтобы банки опять начали бы кредитовать экономику.На удачу мировой экономике, то, что делают Гордон Браун и его правительство, имеет смысл. И они, может быть, показали нам путь из кризиса».

В целом, США в рамках программы финпомощи предусмотрели выделение $700 млрд, из которых финансовым институтам досталось $426 млрд. В одном только 2008 правительство США объявило о выделении $200 млрд на спасение гигантов ипотеки – Fannie Mae и Freddie Mac, и $29 млрд - чтобы JP Morgan Chase купило бы Bear Stearns.

А между 1986 и 1995 годами в США лопнуло около 1,5 тыс. депозитно-ипотечных компаний (похожих на наш Жилищно-строительный сберегательный банк), депозиты в которых были застрахованы федеральным правительством. В итоге пришлось выделить $293,3 млрд на спасение этой отрасли, как социально-значимой.

Поэтому в попытке спасти банковскую систему правительство Казахстана не уникально. Если присмотреться, неуклонный рост благосостояния человечества в целом и Казахстана в отдельности – состоит из волнообразной линии.

Зачем помогать банкам?

Однако зачем помогать банкам? Они берут проценты за кредиты, комиссии за переводы и часто оказывают плохой сервис.

У банков всего-то несколько функций, но без них экономика не сможет функционировать. Банки создали сеть для перевода денег и помогают нам в этом, банки хранят наши деньги и дают нам за это проценты, банки выдают кредиты, если нам нужны деньги.

Нет, это не работает безупречно. У потребителей много претензий. Ставки по кредитам высокие, комиссии также велики, качество обслуживания часто оставляет желать лучшего.

Однако это два разных направления дискуссии: нужны ли нам банки и хороши ли наши банки.

Общий объем кредитов, выданный нашими банками, составил 15,3 трлн тенге на 1 февраля 2017. То есть около 865 тыс. тенге на каждого казахстанца. Даже если объем кредитов физическим лицам составляет 50% от портфеля – 7,65 трлн тенге – то это 432 тыс. тенге на человека, включая пенсионеров и детей. При среднем размере семьи в Казахстане 3,4 человека, это 1,47 млн тенге на семью. Из них с просрочкой платежей – 2,1 трлн тенге, включая 1,1 трлн тенге с просрочкой более 90 дней. В значительной мере за просроченными кредитами стоят провалившиеся бизнесы, внезапное увольнение, нарушенные контракты.

Представим, что банков в одночасье не стало. Тогда мы смело убираем как минимум 15,3 трлн тенге из нашей экономики; а это кредиты на развитие бизнеса, ипотеки, покупки машин, бытовой техники и других удобств на $47,8 млрд, то есть более четверти ВВП Казахстана.

Поэтому помощь банкам – это попытка государства освободить резервы, которые БВУ создают на просроченные кредиты. У банков высвободятся средства на возобновление кредитной активности, которая падает уже 3 года подряд.

При этом у казахстанцев в банках находятся 7,7 трлн тенге депозитов (16,8 трлн тенге вместе с депозитами компаний), за использование которых клиенты получают процентное вознаграждение. Банки выплачивают это вознаграждение со своих процентных доходов. Отказывая в поддержке банкам, государство рискует получить недовольных владельцев 7,7 трлн тенге. Это к вопросу о том, почему банки не прощают проценты по своим кредитам. Это деньги не банков, а вкладчиков.

Новый кризис – это нерешенный старый

Кризис, который казахстанское правительство решает выделением средств банкам, не новый. Мы взяли старый кризис из 2008 года с собой в 2017: национализация БТА, бизнес-планы, просчитанные при цене на нефть $140 за баррель, и медленно обесценивающиеся ипотеки тучных лет.

Если мы возьмем в целом экономику Казахстана, то увидим, что банки как раз отражают ее родимые пятна. В экономике много вмешательства акционеров в работу компаний, ориентация на быструю прибыль, слишком быстрый рост и небрежный анализ ситуации с нежеланием работать над улучшением бизнес-процессов.

И, как в экономике, в банках слишком много политики в принятии кредитных решений. Можно предположить, что не менее 30-40% от неработающих кредитов на балансе банков возникло из-за того, что на кредитные решения влияли акционеры.

Вторым фактором, который создал плохие кредиты, была неблагоприятная экономическая ситуация как на казахстанском рынке, так и вокруг.

Третьей же причиной был низкокачественный экономический прогноз банков. На банках, ключевых игроках в финансовой системе государства, лежит бремя отслеживания финансовых показателей экономики. Это нигде не декларируется, но обычно крупнейшие банки любой страны мира регулярно выпускают анализ финансовых показателей компаний в разных индустриях и регионах страны. Это является своего рода путеводителем для бизнес-структур при принятии инвестиционных решений и помогает банкам направлять спрос на кредиты в нужную сферу.

Из этих трех причин возникает гипотеза о необходимости улучшения качества корпоративного управления в казахстанских банках одновременно с улучшением надзора за банковской деятельностью.

Тяжело найти на нашем корпоративном ландшафте компанию, которая выросла бы до уровня гиганта без темных пятен на биографии. Как говорят англичане, чей-то дедушка обязательно был пиратом. Вот почему надзор за качеством кредитных решений банков является абсолютно необходимым.

Поэтому за банковским надзором первый шаг – отделить акционеров от менеджмента банка. Нелишне будет мотивировать менеджмент принимать собственные решения: законодательно запретить выплачивать бонусы менеджменту БВУ, который прибег к государственной поддержке. Как и выплачивать дивиденды по акциям таких финансовых институтов, потому что помощь банкам не должна превратиться в помощь их акционерам.

Отдельный и важный вопрос – стресс-тесты. Про них мы больше говорим, чем делаем. При этом участники процесса часто воспринимают стресс-тестирование скорее как поиск проблем в балансах банков с немедленным наказанием, тогда как это закрытое, беспристрастное исследование тенденций в балансах банков, их экстраполяция на качественные макроэкономические прогнозы, с вынесением рекомендаций. Закрытость исследования необходима, потому что ряд проблем в банках имеют цикличный характер (удельный вес проблемных кредитов), однако могут быть неверно истолкованы любым неспециалистом – хоть в газете, хоть в правительстве.

Решение проблем в экономике не относится к полномочиям банков, однако через качественный финансовый анализ развития отраслей и регионов они смогут направлять усилия правительства в развитии страны. Тем более, недавно глава государства внес экономический рост в мандат Национального банка, что подвигает как регулятора, так и банки второго уровня к более активному участию в реальном секторе.

Итак, многие недовольны помощью банкам. Их неудовольствие можно понять - налогоплательщики должны оплачивать ошибки менеджмента банков и надзорных органов. Но стратегическая роль банков в экономике делает помощь им необходимой. В конце концов, практически все кредиты так или иначе были выданы на улучшение экономики страны.

Существующие перекосы в финансовой системе, неопытность менеджмента являются скорее болезнями, сопутствующими быстрому росту благосостояния и расширения операций.

Кроме того, рост благосостояния также неоднороден для разных слоев общества – значит, частично на банках, а больше на правительстве лежит бремя облегчения доступа к понятным, прозрачным и недорогим финансовым услугам в любой точке Казахстана. Текущие тенденции развития технологий убирают барьеры дистанций, а поэтому скоро и банки в их привычном понимании подвергнутся значительным изменениям и, может даже, исчезнут.

А раз государство уже начало помогать банкам, можно хотя бы сделать надзор за их деятельностью более тщательным, чтобы общество знало свои финансовые риски. Кстати, термин bailout означает не только поддержание компании на плаву – это также может означать ее медленное, подконтрольное прекращение ее операций.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


финансовый консультант

 

Статистика

6013
просмотров
 
 
Загрузка...