Меняющие реальность

Банковский сектор трансформируется в результате приобретения банков с госучастием ограниченным числом игроков

Фото: John Labbe/ImageBank RM/fotobank.ru

Начавшиеся с прошлого года изменения в казахстанской банковской системе происходят как в связи со сменой контроля в трех банках, из капитала которых выходит государство (случившаяся смена собственника в АТФБанке также в какой-то степени сопряжена с этим сюжетом), так и со сменой руководства Национального банка. Причем если в момент назначения председателем Нацбанка Кайрата Келимбетова преобладающим впечатлением было то, что речь идет скорее о стилистических коррективах в подходах регулятора, нежели о каких-то содержательных преобразованиях, то теперь можно говорить пусть не о смене модели, но о меняющейся в силу обстоятельств реальности.

Наиболее серьезным фактором для банковской системы выглядит именно приход новых собственников в крупные банки, в результате чего приобретателями стали несколько оте­чественных финансовых групп. Это во многом вынужденный выбор, так как после реструктуризации внешних обязательств и достижения высокого уровня проблемных кредитов возможность появления в нашем финсекторе внешних инвесторов крайне невелика. И даже, появись таковые в проблемных казахстанских банках, они, вероятно, были бы менее эффективны как собственники на нынешнем этапе отсутствия перспектив быстрого роста. Сам тип существующей конкуренции, связанный с работой с проблемными заемщиками, и наличие ликвидности, обеспечиваемой во многом за счет средств нацкомпаний, делают востребованным ограниченный круг местных финансовых групп, имеющих опыт взаимодействия с государством. Банки с иностранным участием и формально имеют меньшие возможности привлечения депозитов национальных компаний (хотя это не мешает «дочке» Сбербанка финансировать крупные проекты в казахстанском корпоративном секторе). Ценность «призов», получаемых указанными группами, с точки зрения бизнеса весьма сомнительна (симптоматичным выглядит, например, отказ от приобретения БТА со стороны Халык Банка, несмотря на то что в результате дочерний пенсионный фонд будет присоединен к ЕНПФ без какой-либо компенсации). Очевидно, одним из существенных плюсов добровольно-принудительных инвестиций для участников процесса может быть признание их «системности» государством. В дальнейшем не исключена реализация каких-то возможностей, которые появятся на этапе оздоровления проблемных финансовых институтов. 

Принятое президентом политическое решение о выходе из капитала банков до конца 2013 года и признание новым менеджментом Альянс Банка того, что необходима новая рекапитализация, означают, что государство не может в казахстанских условиях быть долгосрочным собственником в банковском секторе и реанимировать проблемные бренды. Его вхождение в капитал БВУ было оправданно лишь с точки зрения поддержания определенной степени доверия к системе со стороны депозиторов. Один из крайне интересных трендов, который должен проявиться в ближайшие месяцы, касается того, как депозиторы оценят выход государства и приход частных акционеров, будет ли происходить отток либо, наоборот, приток клиентских депозитов. При уходе европейской UniCredit Group и приходе местного частного инвестора в лице KNG Finance значимого оттока не произошло, но все же это несколько иная ситуация. 

Не очень понятно, насколько быстро новые собственники смогут улучшить ситуацию в весьма крупных приватизируемых банках. Большинство комментариев относительно достигнутых договоренностей о покупке БТА консорциумом с участием Казкома связывают возможный положительный эффект как раз с возможностями последнего – с его самыми низкими операционными расходами на рынке – быстро осуществить соответствующие сокращения в БТА. Вероятное слияние Альянса и Темира, а также, в более отдаленной перспективе, небольших ForteBank и Kassa Nova аналогично трактуется как способ снижения издержек и повышения эффективности. Как уже отмечалось, первым решением стала докапитализация Альянс Банка и возможная повторная реструктуризация его обязательств. Если реструктуризация произойдет, то держатели облигаций при голосовании должны будут найти для себя мотивацию, достаточно сильно отличающуюся от той, которая наличествовала при проведении всех без исключения казахстанских банковских реструктуризаций, когда немаловажным фактором для инвесторов помимо определенных немедленных выплат было и присутствие в качестве контролирующего акционера «Самрук-Казыны». Теперь им придется голосовать за реструктуризацию, открывающую дорогу к контролю над Альянс Банком финансовой группе Булата Утемуратова.

Размер банковского сектора превышает потребности экономики, и консолидация неизбежна

Большинство банкиров сходятся во мнении, что размер банковского сектора превышает потребности экономики и консолидация неизбежна. Глава Нацбанка в декабре отмечал, что минимальный регуляторный размер капитала в 10 млрд тенге на сегодняшний момент весьма далек от уровня капитала банков, в среднем составляющего $338 млн. Между тем регуляторные требования к капиталу поэтапно будут повышаться, по мере введения «Базеля-3», что будет еще одним побудительным мотивом, помимо ограниченности ресурсов и достаточно высокой роли государства, для консолидации банковского сектора. Самым большим опасением регулятора, по словам Келимбетова, является существование в этом году банков-зомби, которые кажутся нормально функционирующими, но фактически не осуществляют кредитование. Главный банкир также высказал убеждение, что банковское кредитование возвратит себе роль одного из драйверов экономического роста в Казахстане. (Это выглядит довольно интересным заявлением от человека, который скептически оценивал казахстанскую банковскую модель, сложившуюся к моменту кризиса.) Признаки обеспокоенности недостатком именно финансирования со стороны частного капитала проявляются довольно явно. Симптоматичным стало, например, решение холдинга «Байтерек» по поводу направления свободных средств на фондирование кредитования банков второго уровня. При этом БРК будет финансировать действительно крупные проекты стоимостью от 4 млрд тенге. Келимбетов добавил, что для банков будет открыто и долгосрочное фондирование со стороны ЕНПФ, которое, правда, будет сопровождаться индивидуальными договоренностями по поводу активизации кредитования реального сектора.

Главным вопросом является то, что именно будет представлять собой, судя по всему, неизбежный транзитный период, направленный на активизацию банков, и сколько в нем будет от «ручного управления», весьма часто применяемого в последние годы в целом к экономике, а сколько от регулирования, состоявшего в излишне жесткой и подробной регламентации не совсем в духе контрцикличности, которое тоже существовало. Очевидно, индивидуальные договоренности были неизбежны и нужны для того, чтобы жесткий и амбициозный план сократить уровень проблемных кредитов до 10% от портфеля мог быть реализован. Иначе выполнение его к фиксированной дате было бы, даже если отвлечься от проблематики реструктуризируемых банков, явно трудно выполнимым и привело бы либо к серьезной нестабильности, либо к формальной галочке на бумаге. К казахстанскому банковскому сектору с легкостью приклеивали ярлык «олигархичности», но все же в силу его конкурентности и открытости, зависимости от внешнего фондирования и соответствующего выстраивания корпоративного управления это было скорее эмоциональной оценкой. Вытаскивание из болота проблемных финансовых институтов может потребовать каких-то встречных шагов со стороны государства, и крайне важно, чтобы на рынке было какое-то четкое общее представление о том, в чем именно могут состоять эти шаги.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
2460 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
23 марта родились
Кайрат Крымов
владелец Tastai Property Management
Хроники бизнесменов. Владимир Ким

На чём зарабатывает своё состояние №1 списка 50 богатейших бизнесменов Казахстана по версии Forbes Kazakhstan

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить