Почему фондовый рынок быстро растёт, когда экономика остаётся слабой

Рынки недооценивают вероятность начала суровой второй волны будущей зимой

Иллюстрация: Depositphotos.com/jukai5

КЕМБРИДЖ – Почему котировки на фондовом рынке быстро растут, в то время как реальная экономика остаётся настолько слабой? Один из факторов становится всё более очевидным: нынешний кризис непропорционально сильно бьёт по малому бизнесу и работникам сферы услуг с низкими доходами. Все они очень нужны для реальной экономики, но не очень – для фондовых рынков. Конечно, существуют и другие объяснения сегодняшних высоких котировок, но у каждого из них есть свои ограничения.

Например, считается, что фондовые рынки оценивают перспективу, поэтому нынешние цены на акции могут отражать оптимизм по поводу скорого появления эффективных вакцин от Covid-19 и радикального улучшения методов тестирования и лечения, что, в свою очередь, позволит вводить меры карантина ограниченно и с нюансами. Подобный взгляд может быть вполне оправдан, но нельзя исключать, что рынки недооценивают вероятность начала суровой второй волны нынешней зимой и переоценивают эффективность и роль вакцин первого поколения.

Второе (и, наверное, более убедительное) объяснение сегодняшнего состояния фондового рынка заключается в том, что центральные банки опустили процентные ставки почти до нуля. Рынки убеждены, что шансы повышения ставок в обозримом будущем малы, поэтому цены на долгосрочные активы, например, дома, искусство, золото и даже биткоины, движутся вверх. А поскольку потоки доходов технологических компаний перекошены далеко в будущее, им непропорционально выгодны низкие процентные ставки.

Однако опять же совершенно неизвестно, насколько рынки правы, ожидая, что низкие процентные ставки будут сохраняться бесконечно. Дело в том, что долгосрочные негативные явления на стороне предложения (прежде всего из-за деглобализации) могут сохраняться ещё длительное время после восстановления глобального спроса.

Третье объяснение состоит в том, что помимо обеспечения сверхнизких процентных ставок центральные банки напрямую поддержали рынки частных облигаций, что является беспрецедентной интервенцией в случае с ФРС США. Покупку частных облигаций нельзя воспринимать как монетарную политику в привычном смысле. Скорее, она напоминает квазибюджетную политику, когда центральный банк действует в качестве агента министерства финансов в чрезвычайной ситуации.

Именно поэтому эта интервенция, скорее всего, окажется временной, хотя центральные банки пока не преуспели в разъяснении этого факта рынкам. Несмотря на крайне высокую макроэкономическую волатильность и увеличение предложения корпоративных долговых обязательств, на многих рынках спреды в процентных ставках относительно госдолга даже сократились, а количество крупных корпоративных банкротств пока что остаётся поразительно низким для столь масштабной рецессии.

В какой-то момент рынкам придётся расстаться с идеей, что налогоплательщики будут оплачивать всё до бесконечности. В конечном итоге у центральных банков имеются ограничения по объёму рисков, которые им позволено брать на себя, а вера в то, что они по-прежнему готовы брать их всё больше и больше, будет поставлена под серьёзное сомнение, если зимой начнётся жёсткая вторая волна пандемии.

Хотя эти три объяснения содержат определённые идеи по поводу причин роста фондовых котировок в тот момент, когда реальная экономика падает, они упускают из вида очень большой кусок этого пазла: бремя экономических страданий, причиняемых Covid-19, не ложится на публично котируемые компании. От пандемии страдает малый бизнес и индивидуальные предприниматели из сферы услуг (химчистки, рестораны, организация досуга и так далее), не имеющие листинга на фондовом рынке, где шире представлено промышленное производство. У этих небольших игроков просто нет капитала, необходимого, чтобы пережить шок такой продолжительности и мощности. А срок действия государственных программ, которые помогали какое-то время поддержать их на плаву, начинает истекать, что повышает риск возникновения эффекта снежного кома в случае второй волны.

Некоторые из банкротств малого бизнес будут восприниматься как часть более широкого процесса экономической реструктуризации, который спровоцировала пандемия. Но множество предприятий, которые в ином случае были бы вполне жизнеспособны, тоже обанкротятся, благодаря чему крупные публичные компании получат даже более сильные рыночные позиции, чем у них уже есть. В этом, кстати, заключается ещё одна причина рыночной эйфории. (Да, конечно, некоторые крупные компании тоже подали заявления на защиту от кредиторов в рамках процедуры банкротства, но большинство из них, например розничные сети с физическими магазинами, испытывали проблемы и до пандемии).

Неравное влияние пандемии ещё больше подчёркивает тот факт, что государственные налоговые доходы не упали так сильно, как можно было ожидать, учитывая масштабы рецессии и рекордный с послевоенных времён уровень безработицы (или – в случае с Европой – размеры госрасходов на выплаты работникам, отправленным в неоплачиваемый отпуск). Причина, конечно, в том, что рабочие места потеряли в основном люди с низкими доходами, которые платят меньше налогов.

Впрочем, фондовые рынки, которые сейчас находятся в столь приподнятом настроении, сталкиваются с целым рядом рисков, причём не только экономическими. Среди них (и это, конечно, не единственный риск) значительная вероятность начала беспрецедентного политического кризиса в США после ноябрьских президентских выборов. После финансового кризиса 2008 года массовое недовольство вызывала политика, которая выглядела выгодной для Уолл-стрит, а не Мэйн-стрит. На этот раз Уолл-стрит снова будут изображать злодеем, однако гнев популистов будет нацелен также и на Кремниевую долину.

Одним из вероятных результатов (особенно если начавшийся процесс деглобализации затруднит вывод корпорациями своих операций в страны с низким налогообложением) станет разворот вспять тенденции снижения ставок корпоративных налогов. Для цен на акции это будет не очень хорошо, и было бы ошибкой полагать, что популистская реакция на этом остановится.

До тех пор пока повышенные котировки фондового рынка не начнут опираться на широкое улучшение состояния экономики и здоровья населения, инвесторам не следует чувствовать себя излишне комфортно со своими чрезмерными прибылями, полученными во время пандемии. То, что поднимается вверх, может опуститься вниз.

© Project Syndicate 1995-2020 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
4919 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
27 февраля родились
Елена Бахмутова
председатель совета Ассоциации финансистов Казахстана
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить