Дефицит электричества и износ сетей: казахстанцам придётся платить

В конце 2022 года эта новость прошла почти незаметно – в декабре казахстанцев фактически попросили экономить электричество

ФОТО: © Depositphotos/zhengzaishuru

Оказалось, что 7 декабря в стране был зафиксирован исторический максимум потребления за всю историю казахстанской энергосистемы – 16459 МВт, при этом суммарная генерация электростанций страны составляла только 15203 МВт. Дефицит покрывался за счет внеплановых перетоков из российской энергосистемы.

Новая тарифная политика: мнения экспертов

По оценкам экспертов, Казахстан занимает высокое место в мире по развитию теплофикации, протяженности тепловых сетей и затратам топлива в системах централизованного теплоснабжения. В то же время эта сфера – одна из самых проблемных, слабо модернизированных, экономически и энергетически неэффективных и инвестиционно непривлекательных, считают эксперты. Износ теплосетевой инфраструктуры в Казахстане достиг 60%, технологические потери в сетях – порядка 30%.

При этом одной из основных причин нехватки электро- и тепловой энергии сегодня называют изношенную казахстанскую инфраструктуру. За примерами далеко ходить не нужно: этой зимой из-за ряда аварий на отечественных ТЭЦ десятки тысяч казахстанцев остались без тепла.

И очевидно, что для решения проблемы наряду с призывами экономить свет и тепло (кстати, по потреблению первичной энергии мы опережаем среднемировые показатели в два раза) будет пересмотрена и политика ценообразования в области энергетики. Других способов найти средства на обновление стремительно ветшающей инфраструктуры, по мнению экспертов, нет. Тем более что в Казахстане одни из самых низких в мире тарифов на первичную энергию. К примеру, в республике на среднюю зарплату можно приобрести 8,6 тыс. кубометров природного газа. Для сравнения: в России и Великобритании это 7,5 тыс. и 6,3 тыс. кубометров газа соответственно.

Уже известно, что по поручению президента РК в 2023 году будет внедрен механизм «тариф в обмен на инвестиции», который был разработан на самом деле еще в 2009 году и, по мнению экспертов, опробован достаточно успешно.

Жакып Хайрушев
Жакып Хайрушев
ФОТО: личный архив

Так, энергетик Жакып Хайрушев отмечает, что благодаря данному механизму в период с 2009 по 2016 год было введено более 1,2 ГВт новых мощностей и восстановлено более 1,7 ГВт мощностей, которые в итоге и дали возможность покрыть возникавший ранее дефицит:

«Бытует мнение, что предыдущая версия этой программы была не до конца проработана и позволила ряду компаний вывести финансовые средства под разными предлогами (дивиденды, бонусы и прочее). Поэтому при реализации новой программы необходимо учесть все нюансы прошлой программы и закрепить неправомерный запрет на вывод средств из компаний. Также по поручению президента собственники этих объектов должны будут внести соответствующие финансовые ресурсы, и только в этом случае для этого энергообъекта будет утвержден тариф в обмен на инвестиции. Для казахстанцев успешная реализация программы позволит повысить надежное энергоснабжение потребителей без аварийности и отключений. Также появится возможность ощутить все прелести цифровизации и smart-grid (умные сети электроснабжения – F)», – отмечает эксперт.

Правда, сам проект концепции «тариф в обмен на инвестиции» рынок еще не видел, разговоры идут пока на уровне презентаций и справок.

«Сектор теплоэнергетики и централизованного теплоснабжения является устойчиво убыточным, необходима такая корректировка ценовой модели рынка тепла и балансировки рынков тепловой и электрической энергии, чтобы этот вид деятельности был конкурентным, экономически оправданным и доступным для потребителей», – считает Жакып Хайрушев.

Модернизация и экологизация за счёт потребителя?

Талгат Темирханов, председатель ОЮЛ «Казахстанская электроэнергетическая ассоциация», считает новую тарифную политику очередной волной вынужденных мер для реанимации энергетического сектора: «Глава государства не впервые обращает внимание на ситуацию в энергосекторе. Он уже говорил о том, чтобы сделать зарплаты в промышленных группах конкурентными, снизить аварийность, провести модернизацию инфраструктурных объектов и останавливался на цифрах, которые показывают высокий износ и уровень аварийности именно на этапах генерации и передачи тепла и электроэнергии».

Талгат Темирханов
Талгат Темирханов
ФОТО: личный архив

Говоря об истории ценообразования в энергетике, эксперт отмечает, что нынешняя ситуация берет начало в 2018 году, когда энергосектор был обвинен в получении сверхприбылей.

«Нам одномоментно сократили тарифы, всем компаниям по горизонтали, на 25%. По ряду компаний это привело к тому, что мы даже не имели возможности обслуживать долг перед БВУ. Это был очень серьезный удар по сектору, второй удар имел место в начале 2022 года, когда нам на 180 дней в одностороннем порядке «заморозили» тариф», –  рассказывает Талгат Темирханов.

Сейчас, по словам эксперта, при уровне инфляции в 18% тарифы в отрасли не повышаются больше, чем на 4–5% за год.

«Мы в принципе не догоняем даже официальный уровень инфляции. Поэтому главная проблема – недофинансирование отрасли в целом. В теплоэнергетике сегодня прибыли как таковой нет вообще», – отмечает эксперт.

При этом налицо серьезные показатели по аварийности, уровень износа ТЭЦ в том же Экибастузе составлял 80%, по оценкам экспертов. Есть вопросы и к уровню оплаты труда в отрасли.

«У нас большой отток кадров в другие отрасли либо в энергосектор той же России. В западных регионах специалисты уходят на нефтегазовые проекты. В Атырауской области средний уровень зарплат составляет 450–460 тыс. тенге, а у наших атырауских коллег зарплата не превышает уровень в 250 тыс. тенге», – говорит Талгат Темирханов.

«Помимо необходимости обновления инфраструктуры и повышения зарплат в отрасли, существуют и экологические обязательства в соответствии с реализацией ЦУР ООН в Казахстане, которые подразумевают снижение выбросов парниковых газов, низкоуглеродное развитие, а это затратные мероприятия», – отмечает эксперт.

«В соответствии с проектом низкоуглеродного развития у нас с 2040 года будет наблюдаться активное выбытие угольной генерации. То есть цена вопроса – экологическая модернизация всей отрасли. Но нужно учитывать, что в энергетике единственным источником финансирования является тариф, других источников нет. И насколько мы в течение 10–15 лет готовы нагрузить потребителя, чтобы с 2040 года планомерно начать отключать угольные станции? На наш взгляд, это требует дополнительного обсуждения», – считает глава ОЮЛ «КЭА».

Провести необходимую модернизацию за счет привлечения инвестиций или кредитования, по мнению эксперта, также вряд ли удастся. Причина: в энергосекторе нет ни одной программы льготного кредитования, отрасль кредитуется по рынку. Программ, подобных льготному автокредитованию (от 4%) или «7–20–25», дающих длинные дешевые деньги, в энергетике нет, говорит эксперт.

Мастер-план от Минэнерго

Еще одну модель решения проблемы, которая вызвала острую дискуссию, предложило Министерство энергетики Казахстана.

«В проекте закона «О теплоэнергетике» вводится понятие мастер-плана (повышения энергоэффективности – F), который должен содержать вопросы развития системы теплоснабжения, в том числе через развитие централизованных систем теплоснабжения и приоритетное использование комбинированных источников электрической и тепловой энергии. Мастер-план также должен охватывать вопросы реализации приемлемых технических решений, источники их финансирования и оценку тарифных и социально-экономических последствий для конечных потребителей тепловой энергии», – отмечает Жакып Хайрушев.

При этом такая разработка и ежегодная актуализация схем теплоснабжения, по задумке их инициаторов, должна привести к более грамотному планированию всей экономики таких регионов.

«Региональные схемы теплоснабжения должны быть синхронизированы с другими стратегическими документами энергетической отрасли. Кроме этого, в этих схемах в обязательном порядке должны быть прописаны пошаговые мероприятия по действию региональных коммунальных ТЭЦ в случае возникновения системных аварий в единой энергосистеме Казахстана и повышения надежности систем жизнеобеспечения городов без потери выработки электрической энергии и тепла. Также этот документ должен содержать информацию о количестве созданных дополнительных рабочих мест, прогнозные показатели роста тепловых нагрузок, балансы покрытия перспективных тепловых нагрузок, постепенное развитие цифровизации и автоматизации объектов теплоэнергетики», – сообщает Жакып Хайрушев.

Проектом закона вводится также новое понятие Единой теплоэнергетической компании (ЕТЭК), которая, по замыслу, будет являться единым закупщиком и продавцом тепловой энергии в пределах территории, определенной соответствующим мастер-планом развития теплоэнергетики. Основной целью создания ЕТЭК будет являться обеспечение недискриминационного доступа потребителя к услуге по обеспечению тепловой энергией в пределах действия территории, определенной мастер-планом развития теплоэнергетики.

Также эксперт считает, что пора прекратить практику, когда ТЭЦ и теплосети находятся в одном холдинге.

«По моему мнению, в этой модели необходимо законодательно закрепить условие запрета нахождения в Единой теплоэнергетической компании энергопроизводящих активов. То есть необходимо поставить условие: во-первых, отделить теплопередающие организаций от энергопроизводящих; во-вторых, установить запрет на нахождение в Единой теплоэнергетической компании других форм аффилированных активов по передаче тепла от энергопроизводящих организаций (когенерация)», – считает Жакып Хайрушев.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
6849 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить