В Казахстане появились два проекта масштаба «Норильского никеля»

Об этом рассказал председатель правления Группы KAZ Minerals Олег Новачук

Олег Новачук и Болат Жамишев.
Олег Новачук и Болат Жамишев.

Актогайский и Бозшакольский проекты развития группы KAZ Minerals – удачный пример того, как следует добиваться доверия инвесторов, убедить их в реалистичности планов. Наградой такого доверия станет рост капитализации компании, в данном случае кратный. С начала года акции KAZ Minerals на Лондонской фондовой бирже подорожали более чем в 3,5 раза, закрывшись 20 декабря на уровне 359,5 пенсов.

Почему разработка Актогайского и Бозшакольского месторождений стала реальностью в современном Казахстане, а не в бытность СССР? Об интересных технических и технологических деталях реализации проектов, крупнейших в мировой промышленности за последние годы рассказал председатель правления Группы KAZ Minerals Олег Новачук на пресс-брифинге по случаю открытия Банком развития Казахстана (дочерняя организация холдинга «Байтерек»)  финансирования завершающей стадии Актогайского проекта.

«Гигантские проекты даже по масштабам Советского Союза»

Строительство Бозшакольского и Актогайского ГОКов – «гигантские проекты даже по масштабам Советского Союза».

«Если вы оглянетесь назад, то такого масштаба проекты не строили за последние 60 лет», - говорит CEO KAZ Minerals.

Для сравнения: только на Актогайском руднике будет производиться 37 млн тонн руды в год при численности сотрудников 1,5 тыс.человек, в то время как на всех рудниках корпорации «Казахмыс» (в 2014 активы Казахмыса и KAZ Minerals были разделены) около 60 тыс. человек производили на исторических максимумах 42 млн тонн руды в год. Кратная разница в производительности связана с использованием оборудования и технологий, которых в бытность СССР не существовало, и доставить такое габаритное оборудование до Казахстана, удаленного от открытых морей, в то время не представлялось возможным.

«Оборудование на этой фабрике самое современное, которое на сегодняшний день существует. Нам потребовалось около четырех лет только на составление проекта фабрики», - подчеркивает г-н Новачук. К проектированию привлекались такие инжиниринговые «звезды», как Fluor, Aker Solutions.

В проектной команде на Бозшаколе и Актогае были задействованы лучшие инженерные кадры – более 400 иностранных специалистов из 15 стран мира. Например, один из специалистов имеет почти полвека опыта строительства таких крупнейших в мире рудников, как Olympic Dam в Австралии, Chuquicamata и Escondida в Чили.

Строительство Актогайского ГОКа осуществлялось в срок и в пределах утвержденного бюджета, что нехарактерно для подобных проектов в мире, где сроки сдвигаются, а итоговая смета расходов превышает первоначальную.

«Актогай – это классический пример того, как нужно строить проект. Мы построили его вовремя и уложились в объявленный бюджет, - отмечает г-н Новачук – Весь этот проект был настолько комплексным, что, оглядываясь назад, наверное, испытываешь какую-то гордость, что в Казахстане теперь есть проект, который по своему масштабу сравним с «Норильским никелем», флагманом цветной металлургии России. А у нас два «Норильских никеля»: Актогай и Бозшаколь».

Чтобы доставить оборудование в Казахстан, пришлось отремонтировать железнодорожные мосты в России

Оборудование, установленное на Актогайском ГОКе, – особая гордость KAZ Minerals. Например, установка первичного дробления, которая расположена возле карьера, – самая крупная в мире по размерам: «Ее мощность 4 тыс. тонн в час, что сопоставимо с целым железнодорожным составом».

Транспортировка руды от карьера до фабрики осуществляется с помощью конвейера длиной около 3 км, который может работать при температуре до минус 50 градусов. Мельницы по перемолу руды настолько большие по размеру, что их доставка в Казахстан – целая история. В отличие от обычных мельниц, которые приводятся в движение механически, установленные на Актогае – безредукторные и вращаются с помощью магнитного поля. Чтобы доставить это оборудование в Казахстан, изначально прорабатывался следующий маршрут: из США мельницы морским транспортом доставлялись до голландского Антверпена, затем – до Северного моря и по российским рекам до Павлодара. Самой большой проблемой была навигация на Северном море через реки, которая длилась лишь три месяца в году.

«Стоило задержать на две недели, навигация закрывалась, и все – мы не можем поставить, и задержка проекта на один год. А один год задержки мог стоить нам нескольких сотен миллионов долларов. И наш поставщик подвел – он задержал производство мельниц на несколько недель, навигация закрылась», - вспоминает г-н Новачук.

Начался поиск альтернативной логистики, и в итоге с «Российскими железными дорогами» было согласовано «специальное движение состава, который вез эти мельницы в Казахстан», так как они были настолько большими, что «встречные поезда не могли разъехаться». Вес перевозимого оборудования превышал допустимый на железнодорожных мостах.

«Эти мосты не были приспособлены для прохождения такого веса. Нам приходилось ремонтировать 19 мостов по ходу следования этого состава. Мы договорились с «Российскими железными дорогами» зачесть в тариф деньги, которые мы потратили на ремонт этих мостов», - замечает глава Группы.

«Где-то в глубине души мы надеялись на Банк развития Казахстана»

Строительство обоих рудников началось, когда обвалились мировые цены на медь. Поскольку ключевым потребителем меди выступает Китай, для финансирования Актогайского и Бозшакольского проектов при поддержке президента Казахстана были привлечены китайские долгосрочные займы.

«Позже, к концу строительства, когда у нас еще не будет достаточно денежных потоков, но уже наступит период выплаты по обязательствам, где-то в глубине души мы надеялись на Банк развития Казахстана. Мы думали, что если удачно построим проект, докажем его работоспособность, то, наверное, он понравится банку, и, к счастью, так и получилось», - говорит CEO KAZ Minerals.

В декабре этого года БРК открыл кредитную линию на $300 млн для завершения строительства обогатительной фабрики по переработке сульфидной руды на Актогайском месторождении мощностью 90 тыс. тонн меди в катодном эквиваленте в год в первые 10 лет производства. Банк предоставил заем сроком до 8,5 лет на завершение строительно-монтажных работ по проекту.

По словам г-на Новачука, в настоящее время такие государственные институты развития, как Государственный банк развития Китая и БРК, дочерняя организация Холдинга «Байтерек», - «единственные банки, которые могут предоставлять займы более чем на пять лет» для реализации крупных проектов.

«Коммерческие банки, как правило, готовы предоставить займы максимум на семь лет, а на проекты такого масштаба коммерческие банки не идут. Мы пытались разговаривать и с западными банками. Кроме системных государственных банков такие проекты никто не в состоянии финансировать», - подчеркивает глава Группы KAZ Minerals, добавляя, что условия, на которых дочка «Байтерека» открыла кредитную линию, «не уступают условиям, на которых мы заключили долгосрочный договор с Государственным банком развития Китая».

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
 

Статистика

7751
просмотров
0
комментариев
 
 

Оставить комментарий

Для того, чтобы оставлять комментарии,
Вам необходимо войти на сайт.

  • Войти, с помощью
Если Вы еще не зарегистрированы,
пройдите процедуру регистрации.
Как зарегистрироваться, используя
аккаунт в соцсети, читайте здесь.

Комментариев нет

Будьте первым, кто оставит комментарий к этой статье.