В какую сторону направится поток инвестиций в Казахстане в 2026 году

Учитывая важность привлечения инвестиций для устойчивого развития Казахстана, управляющий партнер PwC Казахстан Азамат Конратбаев рассказал о том, какие глобальные тренды будут определять стратегию инвесторов, как они отражаются на возможностях для казахстанских компаний и какие шаги необходимы, чтобы бизнес оставался конкурентоспособным и привлекательным для долгосрочного капитала.

Какие основные выводы вы делаете на основании результатов отчета?

— Начну с того, что инвесторы не ожидают благоприятного макроэкономического фона в 2026 году — больше 70% опрошенных компаний не ждут роста мирового ВВП более чем на 2%. При таких неблагоприятных макроэкономических условиях стратегия инвесторов будет более избирательной. На этом фоне, для них особенно критичным становится умение менеджмента сочетать успешное внедрение инноваций и надежное управление рисками.

Что касается секторальных предпочтений, то несмотря на споры о возможном «пузыре» вокруг ИИ, ожидается, что технологический сектор останется главным магнитом для инвестиций в ближайшие три года, значительно опережая другие отрасли. За ним следуют управление активами и капиталом, энергетика и коммунальные услуги, банковский сектор, а также здравоохранение.

При этом от компаний ожидается способность работать на стыке нескольких секторов, поскольку инвесторы считают бизнес, ограниченный одним направлением, более уязвимым перед конкурентными рисками. Если представить гипотетическое распределение 100 условных единиц инвестиций, около 70% капитала инвесторы направили бы компаниям с кросс-секторальной моделью и лишь 30% тем, чья деятельность сфокусирована в одном секторе. В казахстанской практике подобная кросс-секторальная модель также популярна и часто встречается в частном бизнесе, когда владельцы вкладываются в разные направления (от добычи минеральных ресурсов или финансовых услуг до агробизнеса или ритейла), чтобы распределить риски, повысить устойчивость и прибыльность бизнеса.

Наконец, чтобы быть привлекательными для инвесторов, компаниям также необходимо демонстрировать готовность к трансформации. Инвесторы ожидают увеличения вложений в проекты, ускоряющие изменения, и 92% призывают направить больше капитала на технологическую модернизацию. При этом они требуют прозрачных метрик, надежного управления и доказательств того, что технологии реально снижают затраты, повышают эффективность и стимулируют рост доходов.

Как это влияет на возможности казахстанских компаний привлекать зарубежные инвестиции?

— В целом Казахстан остается привлекательным для инвесторов прежде всего благодаря добывающему сектору, инфраструктурным проектам и производству. Показательно, что крупнейшей сделкой 2025 года стало приобретение китайской компанией Zijin активов RG Gold. Интерес со стороны китайских компаний стабилен: они расширяют присутствие, инвестируя не только в добычу, но и в переработку, инфраструктуру и совместные проекты.

В несырьевых отраслях также наблюдается активность: сделка вьетнамской VietJet по покупке Qazaq Air, выкуп Holten Group (ОАЭ) казахстанской части франшизы Burger King, приобретение катарской PIH телеком-оператора Mobile Telecom Service.

Способность казахстанских компаний привлекать зарубежные инвестиции будет зависеть от их готовности сочетать традиционную привлекательность добывающего сектора и растущий потенциал несырьевых отраслей с прозрачным управлением и активными вложениями в технологическую трансформацию.

Какие дополнительные факторы сегодня оказывают влияние на решения инвесторов, помимо тех, что вы уже упомянули?

— Помимо традиционных финансовых показателей, инвесторы всё больше обращают внимание на стратегические аспекты устойчивого развития. Несмотря на политическое давление, 84% опрошенных нами инвесторов считают, что компании должны сохранять или увеличивать инвестиции в адаптацию к изменению климата.

Почти 70% готовы хотя бы умеренно увеличить инвестиции в компании, управляющие энергопотреблением и инфраструктурой; 61% — в компании, использующие данные устойчивости для повышения эффективности; 53% — в проекты по климатической устойчивости; и 48% — в инициативы, связанные с налоговыми стимулами.

Многие инвесторы рассматривают устойчивое развитие как фактор операционной эффективности и долгосрочного создания стоимости. Поэтому отказ от климатических инвестиций из-за краткосрочных политических споров может соответствовать текущим настроениям, но ставит под угрозу долгосрочную ценность. Политические циклы меняются, физические риски остаются. Поэтому компании, которые не ограничиваются тактическими шагами, а формируют долгосрочную стратегию с акцентом на устойчивость и инновации, получают конкурентное преимущество в привлечении капитала.

Что, на ваш взгляд, сегодня мешает Казахстану стать более привлекательным для инвесторов?

— Казахстан обладает значительными конкурентными преимуществами для инвесторов: политическая стабильность, богатая ресурсная база, интеграция в международные экономические инициативы.

Однако для раскрытия полного инвестиционного потенциала Казахстана недостаточно усилий отдельных компаний — требуются системные изменения, есть ряд вопросов, требующих решения. Среди них — высокая стоимость финансирования, обусловленная жесткой монетарной политикой по сдерживанию инфляции. Высокие ставки ограничивают доступность капитала, что, в свою очередь, снижает инвестиционную активность и замедляет рост бизнеса.

Также инвесторов тревожат изменения Налогового кодекса — повышение НДС, дифференцированные ставки по КПН, отмена налоговых льгот, что повышает инфляционные ожидания населения и бизнеса в целом. Однако реальный эффект изменений можно будет оценить после вступления кодекса в силу. Ожидается, что по итогам практического применения и обратной связи правила будут корректироваться.

Наконец, недостаток квалифицированных кадров ограничивает возможности для иностранных и отечественных компаний, которые рассматривают наличие профессиональной рабочей силы как один из ключевых критериев при выборе страны для инвестиций. Без инвестиций в развитие навыков будет сложно конкурировать за глобальный капитал.

В заключение, какие области для развития вы бы выделили как наиболее важные для устойчивого развития Казахстана?

— Я думаю, что значительный потенциал для устойчивого развития страны лежит в развитии регионов. Опыт, в том числе наш, местный, показывает, что качественное управление на местах способно дать хороший импульс экономическому росту и привлечь инвесторов, создавая условия для новых проектов и рабочих мест.

Чтобы этот потенциал реализовался, необходима регуляторная стабильность, равные и прозрачные возможности для игроков рынка, инфраструктурные улучшения и устранение лишних административных барьеров. Это позволит бизнесу, крупному и малому, строить долгосрочные планы, а инвесторам быть уверенными в будущем.

Особое внимание заслуживают проекты, которые помогают нам меньше зависеть от импорта, стимулируют переработку и создают настоящую добавленную стоимость здесь, внутри страны. Сюда же относятся масштабные и успешные казахстанские стартапы и прочие технологические компании, которые работают на глобальном рынке и повышают наш страновой имидж в глазах инвесторов. Такие проекты показывают, что страна может быть интересной не только в традиционных отраслях, но и в инновационном сегменте.

Завершая, хочу отметить аспект, который иногда остается в тени обсуждений — благополучие и благосостояние людей. Экономический рост и инвестиции важны, но их смысл раскрывается тогда, когда они реально улучшают качество жизни: делают ее безопасной, комфортной и здоровой. Люди выбирают среду, которая обеспечивает им возможность самореализации, уверенность в будущем и финансовую стабильность. В конечном счете именно уровень благополучия населения является индикатором того, насколько успешны экономические реформы.